Точка опоры

«И все же, почему директор в Хогвартсе? Или его нет? Тогда зачем он нас позвал?» Гермиона тщетно пыталась понять логику Дамблдора. При этом продолжала двигаться в сторону его кабинета, ведь выхода у нее не было. Даже если в кабинете никого нет, то девушке нужно там появиться, чтобы хотя бы убедиться, что это правда.

Горгулья резво отскочила в сторону, как-то слишком мерзко улыбнувшись. Гермиона недовольно повела плечами, надеясь, что такое поведение стражницы спровоцировано приближающимся полнолунием Самайна.

— Извините, профессор Дамблдор? — девушка постучалась и зашла в кабинет, не дождавшись ответа. Недоуменно вгляделась в темноту.

— Lumos! — как она и предполагала, здесь никого не было. Гермиона нахмурилась, не понимая, зачем было разыгрывать весь этот спектакль с вызовом к директору. Она уже собиралась уйти, как внезапно дверь с громким хлопком закрылась. Девушка тут же кинулась ее открывать, но уже понимала, что ее усилия тщетны — это ловушка.

— Что это значит?! — Гермиона нарочито громко возмутилась, надеясь этим привлечь к себе внимание портретов. И не прогадала. Финеас Блэк тут же встрепенулся и весьма неприятно усмехнулся. Девушка возмущенно на него воззрилась.

— Думали, что Дамблдор ничего не узнает о вашем саботаже?

— О чем вы?

— О ритуале, который вы хотите провести сегодня.

«Так и есть. Директор все узнал. Но откуда? Хотя, глупый вопрос. Наверняка этот пройдоха ему все и рассказал, он всегда презирал Сириуса за его принадлежность к факультету львов. Вопрос: сколько ему известно?».

— Зачем он сюда меня заманил?

— Вообще-то предполагалось, что мальчишка Поттер тоже попадет в ловушку. Кстати, где он?

— Профессор Дамблдор хотя бы знает, что за ритуал мы хотим провести?

— Зачем? Главное — не допустить самоуправства. Вы, глупые детишки, можете столько дров наломать, а разгребать потом их взрослым, — Финеас презрительно усмехнулся, а Гермиона облегченно вздохнула. Значит, директор не знает, что это за ритуал и где он проводится. «Забавно, неужели он думал, что если запрет нас с Гарри в кабинете на всю ночь, то тем самым сорвет ритуал? Хотя… Зерно здравой мысли в таком размышлении есть. Только вот он не учел, что покидать пределы школы мы будем с помощью порталов». Девушка довольно усмехнулась, сжала в кармане монетку и тихо прошептала: «Portus».

* * *

Формулы сильнейших темномагических проклятий причудливо сплетались с витиеватыми ругательствами авроров и Пожирателей Смерти. Ему приходилось нелегко. Все-таки возраст уже не тот, хотя когда-то Альбус мог дюжину противников нейтрализовать лишь парочкой заклинаний. Сейчас магическая мощь Дамблдора зависела от Хогвартса, следовательно, от степени удаленности от школы. Однако на его стороне был опыт и огромный багаж знаний, поэтому пока что сражение было относительно благополучным. Если бы еще не эта тревога, которая сейчас била набатом. Он что-то упустил из виду, нечто очень важное, но не было времени сейчас сосредоточиться и понять, что же было сделано не так. Именно поэтому обычно Альбус предпочитал не сражаться на передовой, избирая роль стратега. Вот только в последние месяцы роль искусного кукловода начала тяготить старого волшебника. Он надеялся, что сможет встретиться лицом к лицу с Томом. Возможно, тогда юному Поттеру и не придется исполнять пророчество. Хотя, глупая это надежда, если Дамблдор так сильно верил в это предсказание.

Мимо пролетел и врезался в стену один из опытнейших авроров. Медленно его тело осело на землю, и жизнь покинула его. На войне неизбежны жертвы, Альбус знал это, только вот от понимания этого не становилось легче. Каждая потеря ложилась невыносимым грузом на его плечи, ведь когда-то у него была возможность избежать этих смертей. Жаль, что прошлое не вернуть и не исправить.

Воздух становился тяжелым и густым, не давая дышать полной грудью, слышались тихие еще раскаты грома и сверкали первые молнии.

* * *

— Мой Лорд, я доставил вам Поттера!

— Так, так, так. Гарри Поттер собственной персоной — какая честь!

Сердце бешено стучало где-то в горле, от волнения вспотели ладони, из-за чего держать вырывающегося Золотого Мальчика становилось все сложнее. Сегодня он впервые увидит Лорда собственными глазами, увидит того, кто сможет сбить спесь с этого зарвавшегося выскочки. Рик на мгновение замер, а затем нерешительно поднял взгляд и застыл, глядя на открывшуюся ему картину глазами, полными ужаса и отвращения. Он думал, что Поттер все врал, когда описывал нынешнюю внешность Волдеморта, ведь когда-то тот был прекрасным мужчиной, величественным и завораживающим. Фишер хотел бы подчиняться такому человеку. Но то, что в данный момент стояло перед ним и мерзко ухмылялось, едва ли вообще могло быть отнесено к роду людскому. Как там иногда ругался Уизли? «Красноглазая ящерица». Прекрасное описание существа, которое предстало перед его глазами. Зелье Враждебности медленно переставало действовать. Откуда бедному мальчишке было знать, что семикурсники Слизерина подливали ему это зелье уже в течение нескольких недель, чтобы он затаил злобу на лидера собственного факультета.

— Риддл, — Поттер злобно ощетинился, словно совсем не испытывал страха перед этим монстром. А Фишер просто стоял и не мог не то что вымолвить хоть слово, он даже пошевелиться был не в силах. Ведь он только что сдал символ своего факультета истинному воплощению Зла. Сознание заполнили страх и паника, поэтому сквозь них не могло пробиться понимание всей подлости поступка, который Рик совершил. Все, что он смог сделать, — это ослабить охват. Этого Гарри хватило, чтобы вырваться, выхватить палочку и отскочить. Все его внимание было сосредоточенно на Волдеморте.

Зря. Если бы он хотя бы попытался оглядеться, то заметил бы, как крыса, до этого сидевшая на пороге хижины, мгновенно удрала.

— Вот мы и встретились вновь, Гарри, — монстр довольно ощерился, демонстрируя отвратительное подобие улыбки. Поттера аж передернуло от отвращения. Он не мог позволить себе потерять бдительность, но все-таки рискнул осмотреться. В помещении не было никого, кроме него, Фишера, Риддла и профессора Снейпа. Когда юноша заметил последнего, то ощутимо напрягся. Нехорошее подозрение закралось в его голову. Волдеморт, естественно, это заметил.

— Что, Гарри, не думал здесь увидеть своего преподавателя? А ведь ему сегодня будет дарована честь пытать Мальчика-который-выжил, — Лорд с интересом пытался прочитать по лицам собравшихся, что они думают по этому поводу. Северус, как всегда, мастерски скрывал свои эмоции. Поттер заметно вздрогнул, бросив еще один взгляд на зельевара и нервно облизав губы, словно пытался придумать экстренный план действий. Жаль, что по этой реакции было невозможно понять, беспокоиться ли мальчишка о своем профессоре или же просто хочет избежать пыток. На другого юнца Волдеморт не обратил внимания, так как мнение пешки его никогда не интересовало. А Фишер медленно, но верно, начал понимать, что он совершил не просто глупость, не просто ошибку, а предательство, которое могло кончиться смертью его однокашника. Однокашника, который не дал гриффиндорцам разделаться с ним, защитил. Это были уже не школьные игры в противостояние, это была реальная ситуация на грани жизни и смерти.

— Северус, ты же прекрасно знаешь, что нужно делать? — эти слова были словно пощечина. Нет, не для Снейпа, а для Гарри, который всеми силами пытался забыть о темном прошлом своего почти отца. Только пока эта тварь будет жить, напоминание о грехах никуда не денется, и профессор не сможет освободиться от плена самоистязаний. Неконтролируемая ненависть навалилась, пытаясь смести все барьеры, завладеть сознанием, уговаривая тут же вступить в магическую дуэль с Волдемортом, чтобы навсегда избавить мир от этой заразы. Только тихий голос где-то в глубине души не давал этого сделать, нашептывая: «Не сейчас, не время, не готов». У Гарри не было шансов побороть Риддла в открытом бою. На данный момент.