Vanitas

Сердце Люции подпрыгнуло и заколотилось где-то в глотке, на лбу выступил пот, и в маске резко стало душно и жарко.

«Вот и он!» — прострелила мысль, но не принесла ни радости, ни покоя. Лишь добавила тревоги.

Больше нет пути назад.

И нельзя будет заявиться к герцогу с пустыми руками и благополучно доложить, что она опоздала на встречу. Или не получила послание в Библиотеке из-за шестого принца. Или ещё какую оправдательную чушь.

Гильдеец заозирался и шагнул к ней ближе.

— Ассссаэхшшшшан? — прошипел он какой-то вопрос.

Люция моргнула и сдержанно — насколько могла в своём взвинченном состоянии — кивнула. На всякий случай. Хотя язык совершенно не узнала и, ни Тырха, не поняла.

Лишь бы он не «пароль» спрашивал!..

Недо-змей рыкнул что-то недовольно. Вероятно, ругательство и снова заговорил со своим шипящим акцентом:

— Поссссссланник изззсссс зззззамка?

— Да, — глухо, из-за маски, ответила она и незаметно вытерла взмокшие ладошки об ткань плаща.

— Получитессссс, распишитессс, — издевательски проговорил он и вытащил из пространства небольшую картонную коробочку, плотно обвязанную бечёвкой, и протянул девушке.

— Как думаете что там? — с опаской спросила она, не спеша прикасаться к посылке. Ей правда было интересно. Вряд ли герцог опосля поделится с ней информацией. Особенно, если там что-то ценное и… запрещённое.

То, что пригодиться ему также как и Кейрану.

Ведь первый принц зачем-то просил об услуге именно Розалию. Она что-то выращивала для него своей магией. Что-то из-за чего потом пришлось сжигать лабораторию.

— Яд, — спокойно ответил доставщик.

— Но на терринов не действуют яды! — вырвалось у Люции, и змей неприятно усмехнулся.

Раздвоенный язык вылез из-за губ, потрогал воздух и скрылся обратно.

— Ассссссиарршшшшиааааазззззииир, — прошелестел террин редкой породы.

Люция могла лишь гадать о переводе этой тарабарщины, но по снисходительному тону уловила: «Мне-то лучше знать».

— Ладно, — покорно согласилась она и схватила коробку двумя руками, внутри едва уловимо звякнули бутылочки.

А посыльный из гильдии не спешил отдавать товар. Держал его, крепко.

— Платасссссссс, — прошипел он.

— Ах, плата! — невозмутимым эхом отозвалась Люция, а у самой под градом покатился по спине и во рту пересохло. Ни о какой плате её не предупреждали! — И сколько?

— Сссссто.

— Медью? — без надежды отозвалась она.

Доставщик склонил голову на бок, и в темноте капюшона сверкнули его рыжие глаза с линией-зрачком. И подозрительный, почти гневный прищур.

— Золотом! — рыкнул он. Длинные пальцы плотнее впились в бок коробки, почти сминая картон. — Платиссссс. Нет ссстатэр — нет товар.

— Сейчас-сейчас! — уверила она и сунула правую руку под полу плаща. Дрожащие пальцы сомкнулись на ножнах мизерикордии, нащупали холодную гарду, и Люция выдохнула.

Как хорошо, что она умыкнула кинжал из близара из кабинета Кейрана

Как хорошо, что взяла его на встречу.

И впредь всегда будет носить с собой.

Пульс стучал в ушах, но внутри всё заледенело в холодной решимости.

Нет у неё золота. Ни одной монетки, ни ста. И отродясь не водилось. Она не могла заплатить при всём желании.

Она собирается убить.

Вот и первое боевое крещение, Люция! Ты знала, что когда-нибудь оно случится!

Фарси отбросила последние сомнения и приготовилась выхватить клинок, когда на плечо упала тяжёлая рука, и знакомый до дрожи в коленках голос спокойно произнёс:

— Я заплачу. Сразу, как мальчишка передаст посылку мне. Он ошибся и взял чужое. Да, малец?

И ей в лицо заглянули знакомые золотисто-карие глаза.

Виктора Грейвана.

* * *

— Так-так-так, и кто это здесь греет свои острые ушки? — вкрадчиво вопросила Кларисса. Но ласковый тон её не обманул Далеона: так же начинал говорить дядя, перед тем как сурово покарать «грешника». — Тащите его в номер!

Громилы заломили ему руки и запихнули в комнату, проволокли по дощатому полу, к столу.

Далеон вырывался, но бесполезно: бугаи Клариссы, как и он, были терринами. Да ещё какими! Смески спригганов и звероморфов, а может, и орков.

Огромные. С тёмными косматыми гривами, волосатыми ручищами, серо-болотной кожей, мелкими рогами на голове и крупными резцами, выпирающими из-под пухлой нижней губы. Они не стеснялись своего истинного облика.

Шестого швырнули на стул и надавили на плечи, чтоб не рыпался. Напротив уселась Клариса. Принц неосознанно скалил клыки в бессильной злобе и подступающем страхе, а она мило улыбалась и с интересом разглядывала его, как забавного щенка на птичьем рынке.

Однако льдисто-голубые глаза оставались холодными, как стужа, и цепкими.

— И что же ты тут забыл, малец? — она склонила голову на бок, и в косичках, собранных в хвост, звякнули колечки и круглые висюльки. А Далеон, изображая скуку, жадно всматривался в её острое, скуластое лицо с серой кожей и искал… Что? Знакомые черты? Узнавание во взоре? — Вынюхиваешь информацию для господина?

— Какого господина? — не понял он.

— Это ты мне скажи. — Её терпение подходило к концу, воздух затрещал от магии, тон заледенел: — Шпион.

— Я не шпион! — возмутился принц.

— На кого ты работаешь? — пропустила мимо ушей тётя.

— Ни на кого! — он подпрыгнул бы на стуле, да громилы удержали. Далеон стиснул кулаки, отдышался. Фыркнул. — Разве что на себя?

— Веселишься? — зловеще протянула она. — Ну-ну. Мы и не таких разговаривали. Во всем сознаешься. Даже как прудил в постельку в десять лет. И как дергал петушок в шестнадцать, втайне от мамочки.

Принц насупился.

— Я не «прудил в постельку».

— А петушок значит дергал? — Кларисса насмешливо выгнула бровь, принц поджал губы. — Да мне, в общем-то, плевать, что ты там делал. Говори, кто твой заказчик! И я убью тебя быстро.

Сердце упало в пятки, Далеон тяжело сглотнул. Он, конечно, знал, что ничем хорошим его «поимка» не кончится, но до этого момента не осознавал, как всё плохо.

Он застал заговорщиков.

Они помогали наёмным убийцам попасть в столицу. Они и впредь будут им помогать…