Вдали от солнца

– А в чём суть?

– Я слышал, что контрразведчики используют подобный способ допроса, чтобы заставить подозреваемого проговориться. Без всяких пыток можно получить нужные сведения. Суть в том, что человек постепенно устаёт, его внимание рассеивается, бдительность притупляется. Он настолько привыкает отвечать, что перестаёт задумываться над смыслом вопроса. Если в такой момент его спросить: "является ли он вражеским шпионом?", то он вполне может ответить утвердительно. Это я к примеру. Вопросы нужно готовить тщательно. Ответ предполагается немногословным, чтобы подозреваемому не пришлось тратить на него много времени. Подряд задавать подобные вопросы нельзя. Говорят, методика особенно эффективна, если допрос будет продолжаться непрерывно в течение двух-трёх суток.

– Любопытно.
– Заинтересовался егермайстер. Он взял перо и написал на бумаге несколько слов, подчеркнул их, после чего стал делать какие-то пометки.
– Вот достаточно простая фраза. Ниже я уточнил, как правильно нужно произносить гласные звуки, где делать ударение. Передайте текст вашим людям, пускай кто-нибудь из них эту фразу заучит. За допросом можно будет понаблюдать со стороны?

– Разумеется. Там обязательно установят ширму, которая скроет нас от допрашиваемого.

– Я хотел бы увидеть реакцию шпиона, когда он услышит эти слова.

– Что вы написали?
– Полюбопытствовал Осмунд.

– Вопрос на языке племени Куницы. Если Эйкен действительно подслушивал мои разговоры с Роющим Псом, то он должен соответствующим образом отреагировать.

– Хитро.
– Одобрил начальник охраны.
– Произнесите вслух, чтобы я мог проконтролировать, насколько хорошо это получится у моего помощника.
– Звучит забавно... Повторите... Ничего сложного в произношении нет.

– Меня не покидают сомнения, что мы могли ошибиться насчёт Эйкена, - пожелав начальнику охраны доброго утра, сказал Манфред.
– А вдруг он стал жертвой случайного стечения обстоятельств и ни в чём не виновен?

– Лично у меня нет никаких сомнений в его виновности, - ответил Осмунд.
– Я успел через ширму понаблюдать за тем, как он держится. Вы когда-нибудь присутствовали на допросах, господин егермайстер?

– Два-три раза, не более.

– Тогда мой опыт не идёт ни в какое сравнение с вашим. Я видел, как ведут себя герои, глупцы, предатели, и те, кто трясётся от страха, и самое главное - как выглядят невиновные люди. Эйкен - безусловно, виновен. Я сразу же отметил его полное самообладание, без всякого намёка на наигранное спокойствие.

– Думаете, он должен был сломаться после одной бессонной ночи и кучи странных вопросов?

– Дело не в этом. Невиновные люди всегда обеспокоены своим положением, даже если старательно это скрывают. Эйкен ничем не обеспокоен, в том числе будущей судьбой. Так может вести себя деревенский дурачок, но никак не тот, кого подозревают в государственной измене.

– Бессонная ночь никак на нём не сказалась?

– Мне сообщили, что у него появились некоторые признаки усталости, но слишком незначительные, чтобы вывести из равновесия хорошо подготовленного человека. Согласитесь, что такая психологическая устойчивость нетипична для обыкновенного стражника, которым он прикидывался всё это время.

– Мне недавно пришлось с ним столкнуться в довольно пикантной ситуации, - вспомнил егермайстер.
– Должен признать, что этот парень быстро соображает и умеет находить выход из сложного положения.

– Вот и подумайте, почему он до сих пор ходит в стражниках и никогда не пытался продвигаться выше по карьерной лестнице, хотя имел такую возможность.

– Так он не привлекает к себе внимания.
– Предположил Манфред.

– Совершенно верно. Он понимает, что случайному человеку едва ли доверят надзор за осуществлением проекта. Туда для него дорога закрыта. Максимум, чего бы он смог добиться в службе охраны - это получить должность начальника караула, но это не помогло бы в его шпионской деятельности. Зачем ему постоянно быть на виду и у начальства и у подчинённых?

– Пожалуй.

– Приглашаю вас собственными глазами взглянуть на допрос вражеского агента. Как только подадите знак, мой помощник задаст вопрос на дикарском языке. О чём там будет идти речь?

– Не устал ли он, и не желает ли сделать перерыв.

– После такой весёлой ночки кто угодно захочет получить передышку. Идёмте, господин егермайстер, заставим шпиона проговориться. На всякий случай напоминаю вам, что обозначать наше присутствие за ширмой нежелательно.

– Как там наш подопечный?
– Спросил Осмунд у стражников, охранявших подступы к комнате, где содержался шпион.

– Незадолго до вашего прихода он ещё веселился, отвечая на вопросы. Сейчас всем своим видом выражает смертную скуку.

Стараясь не шуметь, егермайстер и начальник охраны прокрались за ширму и приникли к небольшим отверстиям, позволявшим рассмотреть, что происходит по ту сторону. Руки и ноги Эйкена были закованы в кандалы, соединённые между собой толстой цепью. Её длина позволяла сидеть на стуле, но пленнику не удалось бы выпрямиться в полный рост.

"Прав был Осмунд, когда говорил, что Эйкен ничем не обеспокоен, - подумал Манфред, разглядывая шпиона.
– Нашёл для тела такое положение, чтобы ему не особенно докучали оковы, и сидит в расслабленной позе. А вопросы действительно смешные. И как это помощникам начальника охраны удаётся сохранять серьёзный вид? Я бы, наверное, не смог без смеха задать вопрос о количестве лап у жука".

Егермайстер встретился взглядом с Осмундом и коротко кивнул ему. Почти сразу же после этого, один из допрашивающих озвучил вопрос на языке племени Куницы.

– Я не против отдохнуть, - ответил Эйкен.
– Или заняться каким-нибудь делом вместо той ерунды, которую вы здесь затеяли. Господин егермайстер!
– Произнёс пленник, повысив голос.
– Скорее всего, вы меня сейчас слышите. Нам нужно поговорить!

Руководитель проекта "Напарник" и начальник охраны Озёрного замка обменялись многозначительными взглядами. В глазах Осмунда мелькнуло торжество, а вот Манфред был озадачен тем, что тщательно подготовленную ловушку Эйкен обнаружил в два счёта и моментально сообразил, что за его реакцией наблюдают.

– Нет смысла прятаться, - прошептал Осмунд и сделал жест, предлагая выйти из-за ширмы.

– Хопи!
– Радостно воскликнул шпион.
– Какие люди пришли пожелать мне доброго утра! Судя по свежим лицам, выспались вы оба просто замечательно. Хоть у кого-то было на это время. Вопрос к вам, господа следователи. Кому из вас пришла в голову мысль пичкать меня всей этой бредятиной? Я, ведь не отказывался сотрудничать, но об этом никто даже не заикнулся. Может быть, поговорим, как взрослые вменяемые люди?

– Отличная идея!
– В тон ему ответил начальник охраны.
– Выкладывайте нам имена остальных агентов, действующих вместе с вами на территории Озёрного замка.

– Вынужден вас огорчить. Кроме меня здесь больше никого нет.

– Позвольте вам не поверить.
– Скептически прищурился Осмунд.

– Это уж, как вам будет угодно.
– Пленник зазвенел цепями, пытаясь развести руки в стороны.

– Можете поведать нам о задании, которое вы выполняли?
– Спросил Манфред.

– Могу.
– Не задумываясь, ответил Эйкен.
– Об этом я хотел бы переговорить с вами, господин егермайстер, но с глазу на глаз.