Ведун

«И где тогда моё тело, если животные в гости к этому придурошному сто процентов не ходят?»

Вот эта мысль озадачила, ведь та группа, что меня здесь положила, с моим мертвым телом никаких манипуляций не производила, насколько я помню.

— Странно, но ладно, — теперь уже окончательно отбросил всякие лишние мысли.

Вдохнул полной грудью…

— Я дома, — выдохнул, теперь уже окончательно в это поверив.

Самочувствие препаршивое, желудок бунтует, мана в теле почти не ощущается, голова раскалывается. Но это я перетерплю, в следующий раз умнее буду. И тут же, уже без всякого призрака, всего, с ног до головы, холодом обдало.

А будет ли этот следующий раз?

И вопрос этот серьезно так меня напряг. Одно спасало, уже вечерело, так что нужно срочно к месту ночлега топать, не до переживаний. Но сначала… позволил себе двадцать минут посидеть на земле, в себя чуть прийти.

Чуть оклемавшись, получилось задействовать свои старые рефлексы: внимательно осмотрелся по сторонам, принюхался, прислушался. Но ничего опасного не заметил, не хотят рядом с этим стремным местом зверушки обитать. Осмотревшись и уже не оборачиваясь на обитель призрака, шагнул под сень деревьев, двинулся в сторону, где в прошлой жизни рюкзак спрятал. Если он еще там, то заберу его, иначе если не сделаю этого, то всю ночь буду гадать: есть у меня кристалл или ему ноги всё-таки приделали.

До нужного места добрался довольно быстро, не так и далеко от ДК я рюкзак спрятал. Меня тогда уже почти догнали, и я окончательно понял, что шансов совсем не осталось.

«В этих вот развалинах», — замерев, смотрел я на руины, с растущими на них деревьями и густо заплетенных плющом.

Подтянул оружейный ремень, чтоб СШК на груди повис и не мешал, подобрал приглянувшуюся ветку и, внимательно смотря куда ногу ставлю, пошел по руинам к нужному месту. В подозрительные места веткой сначала тыкал и только потом ногу туда ставил. Под плющом всё что угодно может быть: и провал, и отдыхающая от трудов праведных змея.

Прошел чуть ли не в центр развалин и остановился на краю небольшой ямы. Поворошил веткой плющ, и только тогда спрыгнул вниз. Осмотрелся по сторонам из этого импровизированного окопа, прислушался — чуть ли не мертвая тишина вокруг: ни ветра в кронах, ни животных и птиц не слышно. Но так недолго будет, стоит окончательно стемнеть, как лес наполнится жизнью… ночной жизнью. И к этому времени мне желательно уже в достаточно надежном убежище находиться.

Придерживая СШК, присел на колено, всё той же веткой освободил от плюща глубокую нишу под плитой.

— О ты мой родной! — губы растянулись в счастливившей улыбке, рюкзак был на месте.

Торопливо достал из подсумка фонарь, включил его и убедился, что рюкзак как спальное место никакая гадость себе не облюбовала, после чего уже смело вытащил его наружу. Открыл и только тогда окончательно расслабился: все мои вещи на месте. Сейчас в беспорядке, навалом, внутри рюкзака лежат. Но не было у меня тогда времени аккуратно всё складывать, как и сейчас порядок наводить.

Вытащил лежавшую сверху сумку планшетную, открыл ее и сразу же нырнул в самое широкое отделение с малым набором для зельеделия и инструментом для раздела ингредиентов. У меня даже руки задрожали, когда убедился, что «аппендикс» никуда не делся. Вот он лежит, как ни в чем не бывало, непримечательный серый комочек, уже прилично подсохший. С первого взгляда и не поверишь, что он баснословно дорого стоит.

Очень дорого, я за него уже один раз жизнь отдал, теперь нужно постараться второй шанс не профукать.

С трудом взял себя в руки, что-то слишком много поводов для переживаний навалилось, нервы уже сдают, но пока не время расслабляться. Так что не стал на кристалл долго пялиться и шептать: «Моя прелесть!» Вместо этого откинул боковой клапан сумки, там в специальных гнездах в несколько рядов десятимиллиграммовые пробирки с горловинами закрытыми крышками торчали. Мой походной набор зелий. Большинство из пробирок пустые, но кое-что еще осталось.

Вытащил пробирку с бледно-золотистой жидкостью и с плавающими в ней маленькими красноватыми пузырьками. Открутив крышку — тянуть не стал, сразу же выпил содержимое. И тут же замер, вовремя до меня дошло, что это первое моё зелье в этом теле, которое я принимаю. По-новому оценил весь спектр ощущений: как оно проскочило по пищеводу, достигло желудка и тут же «взорвалось», стремительно распространяясь по телу приятно-холодной волной.

— Хух, — выдохнул облегченно, когда волна достигла головы и она практически сразу же болеть перестала. — Как же мне вас не хватало.

Закрутил крышкой пробирку и бережно убрал ее обратно в предназначенное для этого зелья гнездо. «Заморозка» или зелье из базилика, чабреца, пустырника и мяты, с добавлением крови вампала — призрачного волка, как всегда идеально работает, когда нужно от головной боли избавиться. Да и не только от головной, вообще при всяких разных сотрясениях и ушибах хорошо помогает. «Замораживает» боль, и помогает быстрому заживлению, главное дать ему время на это — не напрягаться, поменьше шевелиться.

Но не только зелья мне в помощь — достал из сумки нашейный мешочек и вытащил из него «камешек», в оправу вставленный, повесил его на шею и привычно на него настроился.

— Хорошо, — прошептал удовлетворенно.

Энергия из «камешка» потекла в тело, восполняя энергетический запас. Не зря мы с ребятами, в грязи проваливаясь чуть ли не по колено и с монстрами воюя, в поиски ходили, собирая накопители. Не сказать, чтобы много, но насобирали всё же, с тех пор нам никогда не грозило магическое истощение.

Чувствуя, как силы ко мне возвращаются и успокоенный наличием кристалла, думал уже сегодня не напрягаться, тихо мирно до убежища добраться.

Но напрячься пришлось!

Стоило мне только выпрямиться, как краем глаза заметил движение в углублении между давно рухнувших стен. Вот тут я и напрягся, положив руку на рукоять пистолета, пытался рассмотреть, что же там шевелится. Или почудилось?

Почудилось или нет, проверять надо, иначе как вещи собрать?

— Ты еще что за чудо-юдо? — во все глаза рассматривал непонятную, никогда ранее мной невиданную зверушку.

Всё же не почудилось.

— Ц'ка, — выдало в ответ это юдо, когда я его фонарем осветил.

— Согласен, она и есть… Что-о? — протянул я удивленно: или мне послышалось, или гремлин действительно выругался.

Впрочем, больше никакой реакции я от него не дождался. Небольшого роста, где-то сантиметров сорок, человекоподобное существо, пропорционально сложенное и с довольно прилично развитой мускулатурой. Голова… блин, хорошо, что он не дергается, монстрик натуральный, дернулся, пристрелил бы его сразу. Голова с большими заостренными ушами, морда хищная, пасть широкая, полная острых зубов. Глаза… глаза закрыты, так что непонятно какие они. Стоило мне его осветить фонарем, он выругался, если мне не показалось, глаза закрыл и теперь лежит неподвижно, тяжело, прерывисто дыша, только ушами и подергивает, отслеживая мои действия.