Винсе
Шрифт:
«Я, чьё имя от явления в миры живых Корэр;
Взываю к Четвёртому:
«
Корэр принялся уплотнять частицы вокруг своего тела.
Энегия тут же откликнулась на его зов, устремившись к нему, снося на своём пути все преграды, схлопывая пространство вокруг, погребая под землёй особняк и дома неподалёку.
Странник: Глава 20: «Безответственный» Император
Очнулся Корэр запертый в ловушке, созданной его же собственной просьбой. Миры слишком охотно исполняли его волю, ведь он задавал
Единственное, что радовало и одновременно с этим несказанно злило его теперь, так это то, что Вихрь вновь оказался у него в руках, а он вновь схватился за рукоять клинка, как за единственное спасение. Как же он ненавидел в этот момент собственную слабость. Вихрь — клинок заставлявший его нарушать основные законы мироздания. Как бы ария хотел избавиться от этой погани, заставившей проглотить этэ того, кого он был готов назвать своим другом, доверившегося ему. И при том, он слишком боялся лишиться клинка, отчётливо понимая, что погибнет без него.
Разрезав плоть реальности Корэр скользнул в другой мир, чтобы через ещё один разрез вернуться в снятую ему на постоялом дворе комнату. Пошатываясь он кое-как добрёл до постели. Тело всё же оказалось измято глыбами, свалившимися на него, и от того шарниры лязгали и скрипели при каждом движении. Хорошо бы было проследить за процессом восстановления, но он на сегодня слишком устал, потому не стал не то что раздеваться, а даже пытаться тащить сапоги. Ария так и заснул в обнимку с Вихрем, выпустить который при всём желании не получилось. Похоже братец даже из Иных миров умудрился преподать урок и научить не перечить старшим.
Во всяком случае он хотя-бы попытался спасти Сморока. Так же, как когда-то попытался спасти мать… Позорище!
Когда Няша бесцеремонно окунула Корэра в бадью с ледяной водой, он только лениво за бултыхался. Всё тело ломило, двигаться почти не получалось а рука всё продолжала сжимать проклятый меч, словно тот прирос.
Кое-как вырвавшись и то, потому что воительница сильно не упорствовала, ария первым делом пообещал клинку, что эту его часть никому ни за что не отдаст, только после этого Вихрь позволил вложить себя в ножны.
Всё ещё не до конца придя в себя, Корэр всё же принялся распоряжаться, ведь теперь наниматель был мёртв, уж он-то знал:
— Собери всех остальных в комнате Сморока. Но перед этим принеси мои вещи, Синора должна была занести.
— Эта шлюха? — с какой-то странной ревностью спросила Няша, всё же протяну заплечный мешок и куртку.
— Это не то, что должно сейчас тебя волновать. Быстрее, чего переминаешься? — в его голосе ясно слышались распоряжение командира, а не каприз аристократа.
Все собравшиеся смотрели на него, ждали его слов, его решений. А он не успел толком и вымыться, просто рубаху поменял, а штаны так и остались залиты чужой кровью. Он весь пропитался сладковатым запахом смерти.
Окончательно собраться с мыслями перед началом речи Корэр так и не успел. Янь, знавший на что способен Корэр, по разнесённому дому слуг Ноюрна,
оглядев его, поинтересовался:— Та бойня, и целый городской район стёртый с карты, это вы устроили?
Корэр кивнул, начав с самого важного:
— Сморок мёртв, я не успел, слишком долго возился.
Молчаливый тут же хмыкнул:
— Слишком долго изничтожал всё, что попадается на пути? Увлёкся своей кровожадностью, ну с кем такого не бывает? — смотрел он как-то надменно, словно аристократ на грязь под ногами.
Это невыносимо взбесило Корэра, тут же рявкнувшего:
— Я хотя бы попытался что-то сделать, а не шатался по городу, лапая баб и накачиваясь выпивкой. Да от тебя несёт пойлом, так что не смей меня судить! Дело ещё не кончено
Он смотрел на Воина снизу вверх, готовый в любой момент совершить ответный выпад на его реакцию, которая уж точно не будет сдержанной. Так и вышло, Молчаливый, замахнувшись, рявкнул:
— Мои вещи не приносила поутру дешёвая шлюха.
Тут же он попытался ударить, но Корэр, уклонившись выхватил из-за пояса метательный нож, которым разжился в особняке предателей. Молчаливый промахнулся, обрушив удар на стол. Пользуясь мимолётным замешательством, Корэр вонзил кинжал в руку противника, пригвоздив её к деревянной доске.
Оглядев Няшу, готовую визжать от восторга, Яня и Жердяя, настороженно подобравшихся для ответного удара, если он только рыпнется в их сторону, Молчаливого, тут же вдруг присмиревшего, вернувшего прежнее спокойствие, Корэр брезгливо поморщился. Пожалуй он был слишком похож на брата, и от этого становился самому себе противен. А как иначе? Ведь это был единственный способ угомонить весь развязавшийся сброд. И всё же, теперь он пусть и не одобрял методы брата, но прибегал к ним, ведь теперь он вновь избрал самый простой для себя путь, а то, что произойдёт с другими его, как и Экора, не волновало.
— Заткнулись все, падлы, и слушаем меня! — рявкнул Корэр, оскалившись. — Сначала дела, потом собачиться. Сморок мёртв, но я продолжу его путь. Пойдёте ли со мной вы или нет, мне плевать. Нет Сморока, а значит я не могу гарантировать, что будут исполненный все обещания, что он давал. Вы ведь понимаете, что я чужеземец и вся власть, которую имею, держится на моём клинке. Я разделяю всю оставшуюся сумму, что держал при себе Сморок поровну, а дальше вы вольны идти куда хотите, но можете рискнуть и стать героями, если не боитесь, что нас просто вздёрнут как-только переступим ворота замка.
Отрядники переглянулись. Всё они и так прекрасно понимали, что снятие всех обвинений, слава и богатства исчезали со смертью нанимателя. Сморока знали все, и немногие осмеливались пойти против него, даже цари, короли, императоры. А теперь перед ними стоял всего лишь мальчишка, безусловно сильный, но не имеющий никакого статуса среди знати.
Видя сомнения на лицах спутников, Корэр добавил, рассчитывая тем самым избавиться от предателя или по реакции их понять, кто он:
— Есть и хорошая новость. Во главе заговорщиков, боровшихся против царя стоял маг, с фиолетовым глазами. Его я убил.