Заклинатель тьмы

– Вот оно как. Да, ты права. Честно говоря, еще сегодня я хотел пригласить тебя. Ну…

– Я приду, – с неподдельной радостью в глазах ответила она. – Никто же не будет против?

Я покачал головой.

– Даже твоя воображаемая блондинка? – с улыбкой спросила Анна.

– Даже она, – ответил я, заметив, что все еще держу девушку за руку. – Ну, тогда до встречи?

– До встречи, – ответила девушка, и между нами вновь повисла неловкая пауза. Похоже, мы оба не хотели расставаться.

– Анна? – вновь обратился я к девушке.

– Да? – испуганно ответила она, словно боясь, что я попрошу ее о чем-то неловком. И я мог ее понять, так как мой взгляд сместился с глаз Анны на… ее грудь. И более того, я еще немного приблизился к девушке. Пространство между нами неприлично сократилось.

– Возможно, это глупо, и я понимаю, что день рождения все-таки у меня, но можно я сделаю тебе подарок? Не прямо сейчас, конечно! Но… Я считаю, что тебе очень не хватает какого-нибудь кулона на шею.

– Кулона? – удивилась она, смотря на меня снизу вверх.

– Да, – кивнул я. – Такое вот странное у меня желание. Так ты не против?

– Хорошо, – улыбнулась она, резко вдохнула и неожиданно чихнула. – Ой, прости.

– Все, хватит на сегодня, иди скорее домой, – ласково сказал я, нагнулся и вернул Анне поцелуй в щеку. – Спокойной ночи!

– Доброй, Джонатан, – с улыбкой и смущением ответила девушка и открыла входную дверь. – До сегодня.

Я кивнул, проводил Анну взглядом и поспешил домой. У меня оставалось последнее дело – попасть в дом, не разбудив отца, ведь на часах, как оказалось, было уже начало третьего ночи.

Кажется, у меня вполне получилось. Я даже не разбудил Руону, свернувшуюся калачиком в кресле в гостиной. Не включая свет, тихо прошел и мимо комнаты отца. Однако стоило мне подняться на второй этаж и повернуть ручку двери в свою спальню, как меня остановил голос, раздавшийся за спиной:

– Нэт, есть минутка?

– Да, конечно, – ответил я и спустился к отцу обратно на первый этаж. – Я тебя разбудил?

– Не ложился.

– Прости, – извинился я.

Отец сделал шаг навстречу мне и вдруг сел прямо на ступеньки. Я опустился рядом. Нас окружали тишина и безмятежность дома. Лишь свет фонарей с улицы врывался в наш с отцом маленький мир.

– Послушай, сын. – Неожиданно папа положил руку мне на голову и потрепал по волосам, как делал это, когда я был маленьким. – Я понимаю, что тебе тяжело. Если не хочешь быть здесь, то давай попробуем где-то еще. Нет смысла утруждать себя. Если нужно снова уехать – мы уедем. Я могу начать жизнь в другом месте. К тому же нам не за что тут цепляться, нас никто не знает, мы никого не знаем. Все просто. Что скажешь?

– Нет, – ответил я, медленно качая головой. – Все в порядке, пап. Давай останемся. Мне здесь нравится.

– Правда? – спросил он, и я поймал его взгляд – полный такой призрачной надежды и постоянного страха за меня одновременно.

– Да. Кажется, я даже сдружился с парой ребят. Они такие простые, незатейливые, но, знаешь, здесь вообще люди отличаются от тех, что были в столице. Здесь они настоящие, что ли. Не все, конечно, – я улыбнулся, вспомнив Луи и Питера, – но я хотел бы узнать их получше.

– А твои… Ну… – Он до сих пор боялся произнести это слово.

– Видения? Кажется, у меня получается их контролировать. Миссис Хопс – хороший психолог.

– Понятно, я рад это слышать, – отец кивнул, и даже в темноте я заметил, как его усталое лицо тронула улыбка.

– Уже сегодня ты с ними познакомишься. И прости, что мы с тобой так и не поехали на рыбалку. Просто…

– Не переживай. Я тоже хочу увидеть твоих друзей! – воодушевился папа. – Кстати, девушки тоже будут? Мне сегодняшняя понравилась. Да еще и наша соседка.

– Ты нас видел?! – опешил я, встав со ступеней. – Нет! Ну, может, да.

– Эх, Джонатан, – отец снова улыбнулся. – Ладно, пошли спать.

– Спокойной ночи, – ответил я и подумал: вот, значит, почему он не стал расспрашивать меня, где я так задержался…

Нет, конечно, я уже вырос из того возраста, когда за мной надо следить, но… для папы вся текущая ситуация со мной была слишком волнительной. Я уже много раз слышал, как он плакал у себя в комнате, поэтому я не хочу его больше расстраивать. И как же хорошо, что в темноте он не заметил мою порванную куртку и запекшуюся на костяшках моих кулаков кровь.

Только сейчас я понял, насколько устал. Из последних сил я все-таки поднялся к себе, закрыл дверь и рухнул на кровать прямо в одежде.

За окном царила тишина ночи, даже океана не было слышно – гроза полностью отступила, подарив городу Мэн спокойный тихий сон. Только вот я никак не мог уснуть: не оставляли мысли о произошедшем – не только о том, что я помог Анне, но и как это сделал.

Я поднял руку над собой, словно хотел дотянуться до потолка. Попытался вспомнить, как с кончиков моих пальцев всего несколько часов назад сорвалось какое-то синее свечение. Неужели я и правда волшебник или кто-то типа Человека-паука или даже Супермена? Или так действительно пробудилась какая-то спящая во мне сила? Неужели ей владел тот Натан? Но я ничего подобного не наблюдал в своих видениях. А тот голос – это был голос того вора? Так он живет во мне?

– Нет! – воскликнул я и рывком сел на кровати. – Нет никого другого во мне!

Я закрыл глаза, пытаясь прогнать назойливые мысли, а когда открыл вновь, не поверил тому, что не сплю.

Мне казалось, что я уже хоть как-то мог понять, видение передо мной или нет. Но сидящий сейчас прямо передо мной на кровати человек был более чем реален. Его смуглое лицо было наполовину закрыто платком – я мог разглядеть лишь темно-синие глаза, казавшиеся мне в ночи почти черными. На нем были какие-то восточные ткани темно-коричневого оттенка, кожаные сапоги и такой же браслет на левой руке.

Мы смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Но отчего-то мне показалось, что передо мной сейчас сидел очень близкий мне человек.

– Ты молодец, – вдруг начал незнакомец. – Я могу помочь и в следующий раз. Подави свою волю, а я возьму контроль над твоим телом, и вместе мы одолеем наших врагов.

– Но я этого не хочу. Что бы ни случилось, я не позволю тебе командовать, – спокойно ответил я, разговаривая с гостем на равных.

– Сила спит внутри тебя. Но она рвется на свободу. Уверен, что справишься сам?