Западня

— Кар.

— Окей.

Я раздвинула шваброй гибкие стволы и попыталась пробраться. Но колючки тут же впились в капюшон и сбросили его с меня. Пришлось снова одеваться. Несколько минут я прикидывала, как лучше сделать. Нашла еще одну толстую палку и, орудуя уже двумя, смогла проникнуть в пещеру.

Тьма навалилась сразу, как только я оказалась внутри. Страх когтистой лапой стиснул сердце, сдавил грудь.

— Отставить панику, Лили! — приказала я себе.

Звук голоса пронесся по стенам и гулко отозвался наверху.

Я вытащила огниво, подожгла трут, а от него маленькую сухую палочку, которую прихватила с собой.

Тусклое пламя осветило пятачок пространства. Это была обычная небольшая пещера, больше похожая на грот. Я быстро обошла ее по кругу и порадовалась, что она может стать минимальной защитой от непогоды и крупного зверя. Вряд ли он станет ломиться сквозь колючие заросли за добычей, во всяком случае никаких крупных следов рядом я не видела.

— Кап, — я насторожилась, услышав это. — Кап… кап…

Где-то капала вода.

— О боже! — я взвизгнула от счастья и пошла на звук.

У дальней стены разлилась небольшая лужица. Тонкой струйкой вода текла откуда-то сверху по камням и падала вниз. Я зачерпнула полные ладони и умылась. Просто умылась, не рискнув пить прямо с земли. Прохлада освежила горящее от укусов гнуса лицо.

Свет моего факела погас, и сразу навалилась темнота. Дрова! Нужно найти дрова, прежде чем окончательно не наступил вечер.

Я выскочила из пещеры. Уже не обращая внимания на колючки, продралась сквозь кусты, оставив на них клок ткани. Рядом с пещерой валялось много сушняка. Я набирала его на руки, заносила внутрь и возвращалась назад. Нужно было набрать много веток, чтобы не волноваться об огне всю ночь, вот тут и пригодились веревки, которые я обвязала вокруг талии. С ними дело пошло быстрее, я могла делать вязанки.

И вообще, сухих веток было много, словно я оказалась на лесоповале. Но размышлять на эту тему было некогда. Мне удалось даже притащить сваленное дерево. Толстый обрубок я нашла на склоне. Пока катила его по земле, а потом проталкивала сквозь кусты, устала безмерно.

Но не позволила себе ни минуты отдыха. Хлебнув глоток воды — перед уходом я подставила под капли бутылку и подперла ее со всех сторон камнями, которых вокруг валялось множество — я бросилась опять в лес.

Вскоре земля в пещере была завалена ветками и обрубками деревьев. К своему удивлению, я нашла несколько штук.

— Как интересно! — я покачала головой. — Природа будто позаботилась о несчастных путниках. Пещера, колючки, а рядом дрова для костра.

— Кар! — согласилась со мной ворона.

Она больше не улетала. Крутилась над головой и вела меня то к одному стволу, то к другому. Наконец села на высокий куст, усеянный ягодами, похожими на нашу малину. Крупные плоды восхитительно пахли, но я боялась их взять и положить в рот.

Каркуша клюнула одну ягодку, запрокинула голову и проглотила. Следом отправилась и вторая.

И я засомневалась. Если такая небольшая птичка не боится есть ягоды, то мне они точно не навредят. Начала лихорадочно их срывать и набивать карманы.

В пещере я первым делом сделала несколько факелов из крупных веток, воткнула их в землю, а одним осветила потолок. Здесь могли ночевать летучие мыши. Ночные вампиры опасны, особенно если почувствуют кровь. А моя расчесанная шея и искусанное лицо все было покрыто царапинами и ранками.

Но пещерка оказалась чистой от мышей. Мне даже хотелось напевать, настолько все складывалось удачно. Я сделала кострище из камней, сложила внутри ветки, в центр затащила толстый ствол. Теперь предстояло самое главное: нужно было поджечь все это сооружение.

С этой операцией я промучилась еще полчаса. Устала, хотела есть и пить, мечтала прилечь и просто вытянуть гудевшие от натуги ноги. Когда огонек из слабенького и бледного превратился в пламя, даже не поверила своим глазам. Пристроила на камень котелок, который в последнюю минуту прихватила из камбуза, вскипятила воду и сварила подобие каши с вяленым мясом. На десерт съела ягоды.

Накормила ворону и начала готовиться ко сну. Дым костра немного разогнал гнус, от открытый вход все же пугал меня. Огонь костра в ночи виден издалека, и он может притянуть незваных гостей. Я напряглась и откатила пару стволов прямо ко входу. Положить один на другой не смогла, сил не хватило, но так хотя бы создавалась иллюзия защиты.

Я легла на москитную сетку и укуталась плащом с головой. Какое-то время смотрела на пламя, размышляла о своей горькой доле, но не заметила, как отключилась.

Проснулась от странного звука, будто где-то колокольчик звенит. Такие в деревнях вешают на шею коровам и отпускают их на пастбище. Я не поверила своим ушам, села. Пламя костра уже угасало, лишь несколько угольков тлело в куче золы.

— Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Колокольчик все ближе. Я вскочила и бросилась к выходу…

Глава 18

Я продралась сквозь кусты и прислушалась. Колокольчик звенел немного в стороне, и казалось, что звон висел в воздухе: куда ни повернись, везде он. Ворона вылетела за мной, недовольно каркая.

— Каркуша, где звон? Найди корову.

Я замерла, растерянно поглядывая на пещеру. Если сейчас побегу на поиски сама, потеряю это место, а с ним и все вещи. Но и уходить так быстро не хотелось. Позавтракать, запастись водой, приготовиться к долгому походу — это надо было сделать в первую очередь.

Я вернулась ко входу! Но тут услышала совсем близко новый «дзинь» и бросилась на звук.

Это действительно была корова. И не одна. Целое стадо. Буренки бродили по холму, пощипывая траву и трясли бубенцами, оттого и казалось, что звон летит со всех сторон.

— Эй, есть тут кто? — крикнула я. — Ау!

Напряженно прислушалась. Радость от того, что я вышла к людям, переполняла меня, наполняла ликованием. Но никто не ответил мне, и счастье померкло, свернулось в клубочек и закралось в глубину души.

Но одно я точно могла сделать.

Я ворвалась в пещеру, схватила свою миску и помчалась на холм. Две коровы паслись недалеко от меня.

— Миленькие, дайте несчастной, голодной путнице молочка, — елейным голоском попросила я.

Никогда в жизни не доила коров! Даже не видела, как это делается. Представляла только теоретически, что надо крепко сжимать сосок и тянуть на себя. Но и подойти к рогатому чудовищу было страшно. Я делала шаг, протягивала клок травы, и снова шла.

Наконец одна из буренок повернула ко мне голову. Я приблизилась, показала ей траву и миску, погладила бок. Животное вело себя вполне миролюбиво. Я присела, схватила сосок. От мысли, что сейчас я напьюсь теплого парного молока, рот наполнился слюной.