Западня

–  Что у вас тут за шум? Как устроился, малыш?
– спросил он, ласково глядя на Грозовичка.

–  Я… у меня теперь отдельное гнездышко, - еле слышно прошептал Грозовичок.

Ракушечник недобро сощурился.

–  У тебя тоже свое гнездышко, Желудишка?
– тихо спросил Ракушечник.

Желудишка молча потупился, не смея поднять глаза на отца.

–  Моросинка, - в голосе Ракушечника прорезалось рычание.
– Я хочу поговорить с тобой наедине. Будь добра, давай выйдем наружу.

Грозовичок увидел, что шерсть на загривке Ракушечника встала дыбом.

–  Так, дети, марш отсюда!
– спохватилась Туманинка.
– Кажется, вы собирались поиграть в мяч?

И кто-то обещал нарвать свежих камышей для тренировок!

–  Уже бежим!
– пискнул Жучишка, выбегая.

Его голос был заглушён грозным рыком Ракушечника, донесшимся из-за стены детской.

–  Значит, отдельное гнездышко?

–  Он уже большой, - ответила Моросинка.

–  Грозовичок уже большой, - повторил Ракушечник.
– Но Желудишка остается при тебе, я правильно понял?

–  Грозовичок привык спать один, он целую луну провел в палатке у Ежевичинки!
– огрызнулась Моросинка.

–  Спасибо, что хотя бы называешь его Грозовичком!
– громко фыркнул Ракушечник.

–  Не понимаю, что тебя так удивляет, - холодно отрезала Моросинка.
– Я буду называть его так до тех пор, пока Ледозвезд не даст ему другое имя.

–  Значит, ты продолжаешь настаивать на том, чтобы переименовать его в Кривушку?
– ахнул Ракушечник.

Грозовичок похолодел. Стены детской завертелись перед его глазами, в ушах тонко запищало. О чем… о чем они говорят? Кривушка?

–  Да!
– с неожиданной злобой выкрикнула Моросинка.
– Это имя очень ему подходит! По крайней мере, гораздо больше, чем Грозовичок! Скажи спасибо, что я не назвала его Калекой!

–  Опомнись, Моросинка!
– в голосе Ракушечника прозвучал настоящий страх.
– Ты не можешь быть такой жестокой! Наш сын едва не погиб!

–  Но ведь он не погиб, правда?
– прошипела Моросинка.
– А раз так, пусть отвечает за свои поступки. Если бы он не сбежал из лагеря, то сейчас не был бы мерзким уродом и носил бы свое хорошенькое имя. А теперь пусть будет Кривушкой, поделом ему!

Грозовичок задрожал. Слезы навернулись ему на глаза, впервые в жизни он пожалел о том, что выжил. Пусть бы Звездные коты забрали его к себе! Он стал гадким уродом, мама больше не любит его…

Но Моросинка еще не закончила.

–  Если бы он остался в лагере, то и сейчас был бы моим красивым и храбрым сыночком! А такой он мне не нужен!

Грозовичок дрожал всем телом, слезы душили его. Внезапно он почувствовал, как чей-то пушистый бок прижался к его боку.

Туманинка обвила его хвостом, прижала к себе, принялась вылизывать ему ушки.

–  Ш-шшш, малыш, - шептала она.

–  Как ты можешь быть такой бессердечной?
– донесся из-за стены потрясенный голос Ракушечника.
– Неужели ты не представляешь, что будет чувствовать наш сын?

–  Так ему и надо!
– отрезала Моросинка.
– Он это заслужил!

–  Что он заслужил?
– взорвался Ракушечник.
– Сколько еще горя ты готова причинить ему за эту детскую шалость? Неужели он мало страдал, Моросинка? За что ему это унизительное имя? За что родная мать отвергает его?

–  Он сам во всем виноват!
– повторила Моросинка.
– Я не заставляла его калечиться, так что меня его страдания не касаются!

Грудь у Грозовичка сдавило так сильно, что он не мог вздохнуть. Глухое рыдание сотрясло его.

–  Она не понимает, что говорит, - зашептала ему на ухо Туманинка.

– Она в таком горе, что сама себя не слышит. Она любит тебя, малыш!

Голос Ракушечника прозвучал совсем тихо, как шепот.

–  Я не знал, что ты такая… Но если ты сделаешь это, если ты заставишь Ледозвезда дать Грозовичку это ужасное имя, то потеряешь не только сына, но и меня. После этого я больше не буду твоим другом. Я никогда не буду делить с тобой пищу и кров, и больше не подойду к тебе.

–  Ну и пожалуйста!

Больше Грозовичок не мог этого выносить. Захлебываясь слезами, он вскочил и выбежал из палатки.

–  Пожалуйста, не ссорьтесь! Ничего страшного, пускай у меня будет какое хотите имя, мне все равно!
– запищал он. Но Моросинка уже решительно шагала в сторону палатки Ледозвезда и даже не обернулась на его крик. Грозовичок поднял полные слез глаза на отца.
– Пожалуйста… - еле слышно прошептал он.

–  Ты тут ни при чем, малыш, - промурлыкал Ракушечник, обнимая его хвостом.
– Это не из-за тебя, а из-за нее, - он с ненавистью посмотрел вслед удалявшейся Моросинке.

К ним подбежала Ежевичинка.

–  Ну, как дела в детской?
– весело спросила она, но осеклась, поймав взгляд Ракушечника. Повернувшись, целительница увидела, как Моросинка скрылась в палатке Ледозвезда.
– Значит… она всерьез решила это сделать?

Ракушечник кивнул. Ежевичинка зажмурилась, потом открыла глаза и посмотрела на съежившегося Грозовичка.

–  Юные листья сменяют Голые деревья, но Речное племя всегда остается Речным племенем. И твой отец всегда остается храбрым и преданным воином, несмотря на то, идет ли снег или светит жаркое солнце. Ты понимаешь, что я хочу сказать, Грозовичок?
– Голубые глаза целительницы смотрели прямо в сердце маленького котенка.
– Так и ты всегда останешься храбрецом и настоящим воителем, какое бы имя тебе не дали.
– Она нежно коснулась подбородком макушки Грозовичка.

Моховые заросли, загораживавшие вход в палатку предводителя, всколыхнулись, и на поляну вышел Ледозвезд. Взгляд предводителя был мрачен, шерсть топорщилась на его загривке. Моросинка, гордо задрав нос, семенила за ним следом.

–  Пусть все коты, умеющие плавать, соберутся на поляне, - провозгласил предводитель.

Ежевичинка взмахнула хвостом.

–  Может, мне тоже сменить имя?
– пошутила она, отходя от Грозовичка.
– Попрошу Ледозвезда назвать меня… скажем, Травопихательница!
– Она весело замурлыкала, сощурив глаза.
– Что скажешь, малыш?
– улыбнулась целительница Грозовичку.
– Ведь я, в самом деле, только и делаю, что запихиваю в котов разные невкусные, но целебные, травы!

Грозовичок на негнущихся лапах пошел следом за Ежевичинкой. Он хотел замурлыкать, чтобы показать, что оценил ее шутку, но в горле у него пересохло.

Ежевичинка остановилась и посмотрела на него.

–  Выше нос, маленький храбрец!
– прошептала она.
– Звездное племя хранит тебя!
– Грозовичок вскинул голову и робко заглянул в голубые глаза целительницы.
– Никогда не забывай об этом, слышишь?
– продолжала Ежевичинка.
– Мы не знаем своей судьбы, но должны всегда помнить, что Звездное племя нас не оставит. Оно любит тебя и заботится о тебе ничуть не меньше, чем о других Речных котах!