Запертый 2

Отрывисто хрюкнув, Маккой повторил:

— Я сомневаюсь в тебе, сурвер. Сильно сомневаюсь.

Я промолчал. А он дернулся как от укола — не нравится ему молчание. Поняв, что идти ему навстречу я не собираюсь, он наконец-то перешел к сути:

— Я смотрел те схемы коридоров под бассейнами. Ты обнаружил столько нарушений…

— Обнаружил — подтвердил я.

— Прямо огромное количество.

— Немалое — кивнул я — За это мне и платят.

— Но ведь до тебя туда спускались дежурные проверяющие, раз в полгода устраивалась генеральная ревизия…

Я промолчал, выжидательно глядя на Маккоя. Кажется, начинаю догадываться, куда он клонит. В помещении кроме нас было еще несколько человек и все вроде как занимались собственными делами, но явно прислушивались.

— И вот я подумал, что не могло там быть такого количества неисправностей. Я изучил отчеты, просмотрел твои пометки и что-то засомневался… и засомневался я в тебе, сурвер Амос Амадей.

Я промолчал. Пусть скажет прямо. Я ему работу облегчать не собираюсь.

— Пока что у меня только сомнение и ничего более — чуть торопливее, чем следовало, добавил Маккой, страхуясь от моего возможного ответного обвинения в клевете — Быть может ты, молодой еще сурвер, решив подзаработать и заодно получить доверие и уважение мистера Дугласа Якобса, взял да и… создал с десяток протечек? Тут открутить пару болтов, там воткнуть отвертку в прокладку, здесь той же отверткой пробить ржавое, но еще не текущее место на трубе… — перечисляя это, он не сводил с меня испытующего взгляда — Понимаешь, о чем я говорю, сурвер?

Меня бросило в жар.

— Понимаю.

— Таким образом ты заработал баллы репутации, а несколько десятков трудяг получили выговоры, некоторые лишились части зарплаты и даже работы. Так поступать нельзя! Правду говоря, я сейчас с трудом сдерживаюсь, парень, чтобы не наговорить тебе лишнего и…

— Да мне плевать сдерживаешься ты там или нет — бухнул я — Главное слюной на меня не хрюкай больше.

Замерев с полуоткрытым ртом, Маккой уставился на меня пораженным взглядом. За его спиной молодой сурвер в старом синем комбезе зажал рот обеими ладонями и, буквально перекатываясь плечами по стене, добрался до двери и вывалился в коридор. За секунду до него туда же выскочило две женщины в прорезиненных фартуках и длинных рукавицах до локтей.

— Что ты сказал? — отмер он наконец и запрокинул голову в оглушительном хрюканье.

— Ты обвиняешь меня в саботаже, сурвер Маккой? — спросил я все столь же громко — Ты обвиняешь меня? Повторишь свои слова под запись? Если да — то говори. Если не рискнешь повторить — завали пасть и не хрюкай! И либо я начинаю работать, либо ухожу.

Ответом стало частое отрывистое хрюканье. Поморщившись, я демонстративно утер лицо ладонью и отступил на шаг назад.

— ТЫ! — давясь лезущими из горла хрюками, он наставил на меня руку и заорал — Пошел вон отсюда! Нхр-р-р-а-а! Нхр-р-р-а-а! Кто ты такой… Нхр-р-р-а-а! Да кто ты такой… Нхр-р-р-а-а!

Кивнув, я развернулся и вышел, а мне вслед продолжали лететь отрывистые восклицания и надрывное хрюканье. Дорогу я запомнил и вышел тем же путем. Проходя мимо мокрых от недавнего мытья пластиковых колесных контейнеров, услышал донесшееся из-за них восклицание:

— Ты слышала, Дульси? Слышала, как он Всхрюка Маккоя на скумбрию натянул! Охренеть просто!

— Тише ты, дурень! Тише! Работу потерять хочешь?

— Смотри тот сурвер мимо идет!

— Тише говорю! И не высовывайся, придурок! Тому сурверу деньги видно не нужны, а нам без динеро никак! Если без работы останемся — на что свадьбу сыграем? Молчи!

— Да молчу я… но как он Всхрюка красиво натянул… Круговорот жизни! Всхрюк меня на премию кинул, а его…

— Тише! И не называй его так! Он Илий Маккой! Илий!

Подавив улыбку, я прошел последнее помещение и вышел во внешний коридор. Сделал еще шаг и буквально наткнулся на беседующего с тем непростым охранником Дугласа Якобса. Этот неприметный властный человек реально обладает редким даром оказываться там, где его не ждут, но где происходит что-то важное. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять прущую из меня злость — а я только сейчас понял, что реально сдерживаюсь изо всех сил. Гребаный Всхрюк Маккой прямым текстом заявил, что я не просто солгал ради собственной выгоды и очернения других, а еще и провел технический саботаж! Мы живем в замкнутом мирке. Дырявя трубы, я в буквальном смысле слова дырявлю Хуракан — а значит и собственные безопасность и жизнь! Гребаный Всхрюк…

Понимая, что я сейчас не лучший собеседник, сместился к дальней стене, кивнул и попытался просто пройти, но не тут-то было — он тут же перегородил мне дорогу.

— Здравствуй, Амос — Дуглас едва заметно улыбнулся — Что случилось? Мне сказали, ты согласился на предложенный контракт и должен вот-вот приступить…

Я качнул головой:

— Не срослось, мистер Якобс.

— И почему?

— М-м-м… — хотелось высказать все, что думаю, но я решил не уподобляться клеветнику и пожал плечами — Просто не срослось.

— А точнее? Что тебя не устроило? Оплата? Условия труда?

— Не получится, мистер Якобс — я уже пришел в себя и почувствовал, как напряженные мышцы лица начинают расслабляться — Так уж вышло.

— Ты же хотел работать, сурвер! — в разговор вступил охранник Агацума — Сумка вон на плече, фонарь на лбу. Я довел тебя до Маккоя и…

Продолжить он не успел — в коридор вывалился багровый от ярости Всхрюк Маккой.

— Нхр-р-р-а-а! Нхр-р-р-а-а! Где он?! Где Амос? А! Вот ты… — Маккой осекся, когда Дуглас Якобс сделал шаг в сторону, показавшись из-за меня.

Оглядев тяжело дышащего и не перестающего хрюкать мужчину, Якобс повернулся ко мне:

— Тут отмолчаться не выйдет, сурвер. Налицо какой-то конфликт. Будь так добр — проясни ситуацию.

Вздохнув, я сказал как есть:

— Он прямо обвинил меня в саботаже. При свидетелях. Я не собираюсь обращаться в суд, мне не нужна никакая компенсация и про свидетелей я говорю только для вас, мистер Якобс — вам они не солгут и скажут все как есть. Когда он сказал, что я развинчивал фланцы труб и дырявил прокладки, в комнате было еще минимум четыре работника и они все слышали. После этого я развернулся и ушел.

Выслушав меня, Дуглас кивнул и перевел взгляд на тяжело дышащего Маккоя:

— Илий?

— Я всего лишь высказал свое… нхр-р-р-а-а!… До него ничего такого не нашли, а как только он спустился вниз нхр-р-р-а-а!… Я же о нашем деле радею! Из-за него род Якобс обвинят в нхр-р-р-а-а!…

— Ясно — изрек Дуглас Маккой — Ясно…

Помолчав, он оглядел толпящийся в коридоре народ — мы невольно образовали пробку у служебного входа — и попросил:

— Расходимся, сурверы. Расходимся. Закончившим смену отдыхать, другим успехов в работе. А вы двое давайте за мной. Есть у меня простое решение этой ситуации. И если ты попусту обвинил сурвера Амадея Амоса, и он это докажет, то тебе придется перед ним извиниться. Амос… ты идешь?

Вспомнив о предложенной сумме и другие блага, я поколебался пару секунд, но все же выбрал заработок и стронулся с меня, пойдя за Дугласом Якобсом.

* * *

По звенящей под подошвами лестнице я спустился первым и отвел в сторону луч налобного фонаря, чтобы не слепить следующего. Маккой, переодевшийся в серый комбинезон и высокие зеленые сапоги, спускался куда медленнее, крепко вцепляясь руками в перчатках в каждую перекладину и ненадолго замирая на ней. Неопытный… Возможно впервые перемещенный из своей комфортной среды офисного обитания прямиком в журчащую клоаку… Последним спустился рядовой охранник с мощным шахтерским фонарем на плече — вещь, кстати, классная. Тоже производства Россогор, обновленная древняя модель шахтерского фонаря с черным корпусом аккумулятора, витым проводом и самой лампой с регулируемой мощностью. Я бы от такого не отказался, но он стоит под две сотни динеро самое малое. Илий Маккой повертел головой, освещая и обозревая сырые бетонные стены, после чего, тяжело вздохнув, почти простонал: