Жена-22
Шрифт:
– О боже, мам, да от тебя воняет, – говорит Зои и с отвращением машет рукой.
– Спасибо, твой папа мне уже об этом сообщил. Где вы целый день пропадали?
– Мы с Зои болтались по Телеграф-авеню, – говорит Питер.
– Телеграф-авеню? Вы двое? Вместе ?
Зои и Питер обмениваются хитрыми взглядами. Зои пожимает плечами:
– Ну и что?
– А то, что там небезопасно, – говорю я.
– Почему, из-за всех этих бездомных? – спрашивает Зои. – Так вот, имей в виду, что наше поколение уже постбездомное.
– Что это значит? – спрашиваю я.
– Это
– И помогать им попрошайничать, – добавляет Питер.
– Ну, а ты где был, пока наши дети просили милостыню на Телеграф-авеню? – спрашиваю я Уильяма.
– Я не виноват. Я высадил их в Маркет-холле в Рокридже. Там они сели на автобус до Беркли, – объясняет Уильям.
– Педро спел оду “К радости” на немецком. Мы заработали для одного типа двадцать баксов! – говорит Зои.
– Ты знаешь оду “К радости”? – удивляюсь я.
– На Ютубе есть канал, называется “Вы можете исполнять Бетховена на немецком”, – говорит Питер.
– Уильям, мне начинать с картошки? – кричит с кухни Кэролайн.
– Я помогу, – говорю я, пытаясь выбраться из шезлонга.
– Не нужно. Оставайся здесь. Мы сами справимся, – говорит Уильям, исчезая в доме.
Наблюдая, как все суетятся на кухне, я начинаю думать, что никогда человек не одинок так, как после полудня в воскресенье. Со вздохом открываю ноутбук.
Джону Йоссариану нравится Швеция 3 часа назад
Люси Певенси
Нуждается в своем волшебном напитке, но, кажется, куда-то его подевала.
3 часа назад
А вот и вы. Смотрели под сиденьем у себя в машине, Жена-22?
Нет, но я смотрела под сиденьем саней Белой Колдуньи.
А что делает волшебный напиток?
Исцеляет все болезни.
Ага, ну конечно. Вы заболели?
У меня похмелье.
Сочувствую.
У вас в роду были шведы?
Не могу раскрывать эту информацию.
Ну хорошо, вы можете хотя бы сказать, что вам нравится в Швеции?
Ее нейтралитет. Это безопасное место, чтобы переждать войну, то есть, если кто-то воюет, конечно.
Вы воюете?
Возможно.
Что значит “возможно” воюю? Разве это не очевидно?
Война не всегда очевидна, особенно если это война с самим собой.
Какого рода войны можно вести с самим собой?
Война, в которой одна часть тебя считает, что ты переходишь границу, а другая думает, что граница сама умоляет, чтобы ее перешли.
Исследователь-101? Вы называете меня попрошайкой?
Категорически нет, Жена-22.
Вы называется меня границей?
Может быть.
Границей, которую вы готовитесь переступить?
Прикажите мне остановиться.
Жена-22?
Вы швед.
Почему вы так решили?
Потому что иногда вы употребляете слово “ага”.
Я
не швед.Ну, значит, канадец.
Уже лучше.
Вы выросли на ранчо в Южной Альберте. В три года умели ездить верхом; учились по утрам дома вместе с четырьмя братьями и сестрами, а после полудня пасли коров вместе с детьми из гуттеритской общины [52] , которые жили неподалеку.
52
Гуттериты – разновидность анабаптистов, религиозное течение, основанное в Германии Якобом Гуттером (1500–1536). Живут в США и Канаде обособленными колониями, сохраняя обычаи и стиль жизни XVI–XVIII вв.
Как я соскучился по своим друзьям-гуттеритам.
Вы были старшим ребенком, поэтому на вас возлагали большие надежды, в том числе на то, что вы вырастете и будете управлять ранчо. Вместо этого вы поступили в колледж в Нью-Йорке и приезжали домой только раз в год, чтобы помочь клеймить молодняк. На это мероприятие вы привозили всех своих девушек, чтобы произвести на них впечатление и шокировать их. Ну и заодно чтобы они оценили, как здорово вы смотритесь в ковбойских сапогах.
Они до сих пор у меня сохранились.
Ваша жена влюбилась в вас, когда увидела, как вы садитесь на лошадь.
Вы телепат?
Вы давно женаты. Возможно, ей уже не интересно смотреть, как вы взбираетесь на лошадь, хотя по моим представлениям, такое зрелище никогда не надоедает.
По этому пункту у нас с вами нет разногласий.
Вы: не бледный и одутловатый, не азартный игрок, не играете в гольф, не тупица, не поправляете других, когда они неправильно употребляют слова, не презираете собак.
Тоже никаких возражений.
Продолжайте.
Продолжать в каком смысле, Жена-22?
Переходить мою границу.
63
67. Хотеть, чтобы люди, которых ты любишь, были счастливы. Смотреть в глаза бездомным. Не хотеть того, чего у тебя нет. Чего ты не можешь иметь. Чего ты не должен иметь. Не писать эсэмэс, сидя за рулем. Контролировать аппетит. Хотеть быть там, где ты есть.
68. После того как прекратилась утренняя рвота, мне очень понравилось быть беременной. Это полностью изменило динамику наших отношений с Уильямом. Я позволила себе стать уязвимой, а он позволил себе стать защитником, и каждый день этот ошеломляющий, первобытный, говорящий рекламными слоганами голос во мне шептал: “Так это и должно быть. Так ты и должна была жить. Для этого ты и жила”. Уильям был галантен. Он открывал для меня двери и банки с соусом для спагетти. Он прогревал машину перед тем, как я в нее садилась, и поддерживал меня за локоть, когда мы шли по мокрым тротуарам. Пока Зои не родилась, мы трое были единым целым – и я была бы счастлива оставаться беременной еще многие годы.