Зверь
Шрифт:
Это всего лишь новая глава. Которая будет намного более стабильной и полной эмоциональной поддержки, но все равно не лишена подъемов и падений, вызовов и побед, раздражений и счастья.
– Битти?
– позвала Мэри.
– Ты не обязана этого делать.
Девочка повернулась и улыбнулась.
– А которая из них моя комната?
Мэри рассмеялась и вышла.
– Рейдж, я возьму чемоданы.
– Черта с два ты их возьмешь, - его слепые глаза осмотрелись вокруг.
– Где они?
– Ладно, давай я хотя бы их достану и принесу тебе. И подоткни свое одеяло, ладно? Не хочу,
Битти встала рядом с Рейджем и крепче прижала урну.
– Ого. А он больше, чем кажется.
– Погоди, пока не войдешь внутрь.
Открыв багажник, Мэри сначала достала чемодан Аннали и ничего не смогла с собой поделать. Она посмотрела на небо, пытаясь представить, как эта женщина смотрит на них сверху, наблюдая за всем и, желательно, одобряет.
«Я хорошо позабочусь о ней, - поклялась Мэри. – Обещаю».
– Пойдем, - сказала она, когда Рейдж захлопнул за собой дверь машины.
– Чемоданы?
– Уже здесь, здоровяк, - Мэри подала их в очень сильные руки Рейджа, и они поцеловались.
– Давай я возьму тебя за руку и покажу дорогу?
– Я тоже могу помочь, - сказала Битти, хватая Рейджа за другой локоть.
Мэри пришлось сморгнуть слезы, а обнаженная грудь Рейджа увеличилась примерно в пять раз больше нормального размера. И пока он шел в королевскую резиденцию, его гордость за двух женщин рядом с ним была легендарной - даже слепой и без сомнения страдающий от легкой боли, он явно выглядел так, будто находится в раю.
Затем они добрались до вестибюля, и Мэри показала лицо камере безопасности.
– Готовься, - пробормотала Мэри Битти.
– Там большое пространство...
Дверь широко распахнулась, и дворецкий улыбнулся, но тут же застыл, увидев Битти.
– Это Фритц!
– объяснила девочка.
– Это Фритц! Привет! Я Битти!
Так, забыли про плавный переход к делу. Если бы пожилой дворецкий был еще сильнее очарован девочкой, все ее лицо слезло бы с его черепа и приземлилось бы на мраморный пол.
«Искатели потерянного ковчега», воистину.
Доджен низко поклонился.
– Госпожа. И господин. И... госпожа.
Битти выглянула из-за туши Рейджа.
– Я госпожа?
Мэри кивнула и прошептала.
– Ты привыкнешь к этому. Я же привыкла.
Они втроем вошли в просторный холл, и первым делом увидели Лэсситера на диване в бильярдной комнате. Он щелкал пультом управления телика и матерился.
– Плевать я хотел на футбол! В жопу ESPN!115 Пофиг мне... где «Кто здесь босс?»116 , черт подери?
– Лэсситер!
Услышав свое имя, ангел посмотрел на них поверх бильярдных столов. И о, как он улыбнулся - это нежное, доброе выражение лица больше ассоциировалось с ангелами, чем то, что он обычно приносил в этот мир. Поднявшись на ноги, он подошел, и да, Мэри порадовалась, что он был одет нормально - всего лишь джинсы и черная футболка Hanes, черно-блондинистые волосы рассыпались по плечам.
А с ним возможно все, что угодно.
Присев на корточки, Лэсситер протянул руку.
– Откуда ты знала, кто я такой, Битти?
Девочка пожала предложенную
ладонь и показала на Рейджа.– Он мне все про тебя рассказал. Про всех все рассказал... погоди, откуда ты знаешь мое имя? Он тебе про меня рассказывал?
Лэсситер посмотрел на всех троих и погладил малышку по щеке.
– Маленькая моя, я видел этот момент с тех пор, как впервые повстречал твоих новых мамэн и отца...
– Нет, - перебила Мэри.
– Не называй меня мамэн. Этот титул принадлежит Аннали. Я не мамэн, просто Мэри. Я не пытаюсь занять чье-то место.
– У тебя такие странные глаза, - прошептала Битти.
– Они прекрасны.
– Спасибо, - ангел склонил голову.
– Я всегда здесь, Битти. Если тебе что-то нужно, подходи, проси и это твое. Думаю, ты вскоре узнаешь, что это относится и ко всем остальным ребятам в этом доме.
Девочка кивнула, и Лэсситер поднялся на ноги. А затем Рейдж поставил один из чемоданов на пол, и мужчины похлопали друг друга по плечу. У Лэсситера координация была получше, потому что он мог видеть.
– Слушай, Битти, - сказала Мэри, когда ангел вернулся к пульту.
– У меня есть идея, где нам всем расположиться вместе, но мы не знали, что ты приедешь прямо сегодня. Так что если тебя устроит, ты поживешь пока в гостевой спальне рядом с нашей? Если мы тебе понадобимся, мы будем...
И тут прозвучал сигнал к водному сражению.
На балкон второго этажа за украшенной золотой балюстрадой из коридора со статуями выбежали Джон Мэттью и Куин. Куин впереди, Джон Мэттью опустошал бутылку воды Poland Spring. Без предупреждения Куин перемахнул через балкон в свободное падение с высоты пяти-десяти метров, дематериализовавшись за секунду до превращения в яичницу на мозаичном полу.
Джон последовал за ним, съехав на жопе по баллюстраде и беззвучно хохоча.
Оба остановились, как только увидели Битти.
– Куин!
– заявила девочка.
– С синим и зеленым глазом!
Брат казался ошарашенным реакцией маленькой девочки, хотя и подошел, возвышаясь над ней.
– Ага, это мое имя, а кто... О боже мой! Рейдж и Мэри! Ваша малышка! Все получилось!
Мэри очутилась в медвежьих объятиях. Сильных медвежьих объятиях. Гигантских, ломающих кости медвежьих объятиях новоявленного папочки. А Джон Мэттью в это время что-то показывал.
– Ты Джон Мэттью!
– Битти уставилась на его пальцы.
– Что он говорит... подождите, что?
– затем она подняла взгляд на огроменного воина и сказала: - Ты должен научить меня этому. Если я буду жить здесь, тебе придется меня научить.
Что ж, это сбило Джона Мэттью с толку. Ага. До такой степени, что его пальцы, казалось, отказывались работать - а это равносильно заиканию нормального человека.
И боже, Битти была такой замечательно, такой открытой и дружелюбной - и такой храброй, учитывая все, через что ей пришлось пройти.
Мэри потерла центр груди. Да, подумала она, ей только что влили настоящую дозу материнской гордости - и это лучше миллионов бокалов вина. И никакого похмелья.
– Ты снова ослеп?
– спросил Куин своего брата.