Детская проза

Дедушка вдруг остановился и стал слушать. Я тоже стал слушать. Тихо в лесу, только ветер гудит в сосновых ветках и синицы попискивают. И вдруг: «Гам-гам-гам!» Потом ещё громче: «Гав-гав!..» И опять тихо. Дедушка снял с плеча ружьё, мне велел сидеть под сосной, а сам быстро пошёл в ту сторону, где…

Я стою на берегу и смотрю, как струится вода. Она течет спокойно-спокойно. Днем, я видел, сюда приходила купаться Жанар. Вы, должно быть, знаете эту девочку. Ее знают все. Прежде всего, это самая красивая девочка в нашей школе. У нее замечательный голос. Жанар отлично плавает, отлично поет, а как она…

Босой мальчик сказал снисходительно: — Не забодает, не бойся. А велосипедист так заливисто рассмеялся, что тут же поперхнулся, закашлялся и все не мог сказать то ехидное, что плясало у него на кончике языка. В это время красная корова, перепугавшая Аяжан. принялась преспокойно облизывать своим…

— Ну, в общем, дело обстоит так… с теоретической точки зрения, все очень просто, нет, правда. Человеческое ухо… Вы знаете, что оно не способно слышать все звуки. Среди них есть чересчур высокие или, напротив, низкие, которые оно не улавливает. — Да, — промолвил доктор, — знаю. — Так вот, говоря приближенно,…

Козлы. Ну что ж, козлы — люди мирные. Траву едят. Бородой машут. Рога вот у них, конечно. Но, как говориться, у кого из нас нет недостатков? У меня — есть. Хотя рогов — нет. А лучше — лошади! Что может быть красивее лошади! Красивее лошади может быть только дикая лошадь. И не просто дикая лошадь, а…

Воробьи ленивые и жирные. Они грузно перескакивают с обочины в заросли, недовольно чирикая — зачем, мол, их потревожили… Дети заразительно хохочут, гоняясь за воробьями. Смех детей стоит у меня в ушах. На углу улицы я вижу свой дом. Пятиэтажный, раскрашенный под зебру. В нижнем угловом окне на стекле…

Он бежал берегом, пока речка текла прямо на полдень, потом круто поворачивала на восток. Тогда Антошка перебежал её и вышел на проторённую дорожку. Теперь журавли были уже недалеко от него. Они ходили по полю и клевали что-то на земле. Антошке захотелось так подкрасться к ним, чтобы они этого не заметили.…

– - Ведь он родной мне был, кровный, родной! Как же это его увели у меня? -- лепетал Макар, и голос его прервался от приступавших всхлипываний. Дичок был вторая из украденных у Макара лошадей, ещё молодая и очень любимая и им самим и всей его семьёй. II От роду Дичку было лет пять с половиной.…

– - Теперь небось большой огонь-то, -- чтобы заманить с собой товарища, опять сказал Тараска. -- Как я пошел, он только разгорался. – - Ну что ж, пойдем, -- согласился Кирюшка и, смахнув со стола крошки, встал с лавки и потянулся. Тараска замешкался; его сапожонки ссохлись и с трудом лезли на заскорузлые…

Она поднялась еще выше и решила сидеть тут под маковкой ели. "Пусть-ка попробуют достанут меня здесь", -- подумала она. Она прилипла к верхушке и опять взглянула вниз. Ребята переходили с места на место и все указывали на нее. Но они только указывали. Они даже не кричали и не кидались. Белка стала…

III У учителя нашлась такая книга, каких Петюшка раньше не встречал. В ней много говорилось о том, откуда взялись у простых людей многие обычаи, обряды, поверья. Там говорилось, что все это перешло к теперешним людям от предков-язычников. Язычники верили в ту силу, которая грозила им, могла или…

Летом наши снова кое-чего прислали. Между гостинцами опять было несколько картин. На этих картинах изображалось уже совсем другое: тут уж наши солдаты побеждали турок, а турки падали, как чурки. Наши колют их, бьют прикладами, а турки падают убитыми или бегут. Глядя на такую картину, нам делалось очень…

- Что вы сказали? - переспросил я. - Билетик ваш! - уже весьма раздражённо повторила подошедшая. - А, извините, я сейчас, - спохватился я, поняв наконец чего от меня хотят, и полез в карман бриджей. Однако билета там почему-то не оказалось. Я виновато улыбнулся и, переложив книгу из руки в руку,…

— Бучацкий… Отца звали Петр. — Аркадий Петрович! Поезд трогается! — закричали вдруг из вагона. — А где отец? — продолжает командир. — Умер. Гайдар обнял мальчишку и сказал: — Хорошим солдатом был твой отец… Ну что, поедешь с нами? — А возьмете? — спросил Володя. — К сожалению, твое время…

Вдруг Малыш увидел человека, который стоял посреди дороги и махал рукой. — Хонк! — крикнул ему Малыш. — Хонк! Пожалуйста, уйдите с дороги! Но человек не ушёл. Малыш понял: что-то случилось. Он быстро затормозил и громко вскрикнул «Ой!», потому что очень разволновался. Хозяин высунулся…

— А правила хорошего поведения! — это девчонки. — А самбо и бокс! — это Васька Седых. — Я не умею в… бокс, — растерянно сказала Алена, и хвостик у нее на голове задрожал. Тогда Олимпиада Павловна громко крикнула: «Хватит!» — и даже пристукнула ладошкой по столу, но ее никто не послушал. — И после…

Тогда поднялся такой шум, гам и тарарам, что ласточки на всякий случай стали летать чуть-чуть повыше. Кристина со злостью распахнула окно и закричала: — Замолчите вы там или нет? Мне надо написать пять строчек « Б », а вы мешаете! — Кристина! — крикнул Бобби. — Кристина, посоветуй, что нам делать?…

А как только он выходит на улицу, раздается первый утренний гудок. Завод гудит басом, как самый большой пароход. Гудок зовет, напоминает: „На рабо-ту-у-ууу! Пора-а-ааа!“ Валерий быстро шагает по широкой улице. Она самая красивая и самая большая в этом рабочем городе и называется проспектом Металлургов.…

Наконец толпа начала расходиться, а братья, сами не зная, как, обнаружили, что бредут к монастырю, разбившись на пары, как это было у них в обычае. Был вечер, и сама каменистая равнина казалась погрустневшей. Небо и деревья, провожая заходящее солнце, как будто пели вместе с птицами песню о смерти,…

Санчес-Сильва дожил до девяноста лет и умер в 2001 году. «Марселино стал моей жизнью», — повторял он в различных интервью. На русский язык книги про Марселино не переводились, но в 1997 году в Санкт-Петербурге, в издательстве «Запад-Восток» вышел сокращённый пересказ, он назывался «Марселино-Пан-и-вино»…