Поэзия

— Понятно, — кивнул я в ответ. В принципе, Никанор уже объяснял, что я выступаю, скорее, в роли ценного багажа, который доставляют из точки А в точку Б. Он особо не щадил моих чувств, заявляя, что главное — чтобы я не мешал делать профессионалам свою работу. Но как-то хотелось принять более деятельное…

Агония продолжалась недолго, около тридцати секунд, после чего уже обмякшая туша, перевернувшись на брюхо и пошла на дно, кормить других обитателей озера. Мы же поспешили вернуться в строй в качестве замыкающих. Самым опасным моментом при переходе была близость к радужной плёнке. Плотная переливающаяся…

— Спасибо, хорошо, — осторожно ответил Морозов. — И что, нет желания самому старые кости размять? — Думает об этом, если Империи понадобится его опыт, он снова станет в строй, — честно ответил молодой генерал. Доброхотов аж жевать перестал. — А то, что сейчас происходит — это так, баловство?…

Хотя скорее, причиной всему невероятное везение. То самое, из-за которого меня в школе в шутку звали «Фартовый». Конечно. Если есть на улице открытый люк — кто в него провалится? Или на ровном месте ногу сломает? Или перед поездкой в лагерь заболеет? Про протекающие ручки, разбитые стаканы дома, высыпанные…

Мама била тревогу, места себе не находила, но её успокаивали, говорили, что это последствия операции, что всё пройдёт, что это во мне воли к жизни не хватает. Да что они понимают?!! Я ещё и не жила толком. Мне столько всего хотелось!!! Семьи хотелось, любви настоящей, детей! Мир хотелось увидеть, себя…

Я закрыл глаза, отдаваясь неимоверной всепожирающей боли. Узор начал действовать… * * * Я открыл глаза и уставился в розовый потолок. Не знаю, что меня больше поразило, то, что он розовый или то, что у меня есть потолок. Чистый, без единой подпалины и скола, без копоти, плесени и грязных потёков.…

* * * Ближайшие сутки Российская Империя находилась буквально на грани самой настоящей гражданской войны. Усадьба Жеваховых была стёрта с лица земли, несмотря на то, что они были далеко не самые последние люди при дворе императора. Не помогла ни его протекция, ни взывания к разуму, ни собственная гвардия.…

А вот пятый депутат от Союза, Демьяненко Фёдор Петрович, сейчас не с нами. Он — человек в годах, старинный товарищ Власова, дослужившийся до полковника, и сейчас стоит где-то в сторонке, зацепившись языком с кем-то из своих бывших сослуживцев. Зная Демьяненко, можно не сомневаться — разговор затянется.…

– Ко мне ночью пришел представитель инквизиционного отдела быстрого реагирования, – сухо продолжил Саймон, и на этом моменте мне резко расхотелось улыбаться. – Мне было выдвинуто требование немедленного уничтожения всего напечатанного тиража, под угрозой наложения колоссального штрафа и тюремного заключения.…

— Ну да, как же… — Елизавета Александровна скептически хмыкнула, — … родную кровь. Где мы, а где боги… — Не веришь… — барон Тайпанов смотрел на красавицу-дочь с розовыми волосами, гордым профилем и точёной фигурой, словно у статуэтки. — А ведь в нашем роду действительно есть капля крови Тайпаны, но…

Пришлось мне снова отжиматься, и я со злостью посмотрел на этих двух придурков. Силы у меня заканчивались из-за установки имплантов. — Я смотрю, многие из вас разжирели на гражданке. Смотреть на вас противно! Ничего, я вас быстро приведу в форму! — добавил аварец, повторно осмотрев толпу. После чего…

Они сразу приковали внимание постояльцев, тогда как те четверо безошибочно определили свою цель и сразу направились к ней. — Слишком поздно… — схватился за голову винодел, — они уже тут! Я не успею заполнить бланк! Всё-таки ему четко дали понять, что если ты иномирец — то заполнение бланка обязательно.…

А вот с темными богами все было просто… по морде… желательно, тяжелым молотом, чтобы наверняка. Там скорость все решала, иначе они смогут прокачаться. Как получилось с Неназываемым. Волк, видя, что я потерян для общества, решил уйти по своим делам, а дел тут реально много. Ему еще надо всю добычу перебрать…

Девушка, обрадованная произведённым эффектом, улыбнулась и сказала: — Конечно, мы входим в холдинг Рода Галактионовых, являясь его неотъемлемой информационной частью. И наш девиз — «Честность, честность, и ещё раз честность!». — Да ладно?! — удивился Алексеев. А Пушкин покачал головой и хмыкнул.…