Прочие Детективы

Короче говоря, она была идеальной женой для человека, в представлениях которого брак — это некое соглашение, а не романтический союз. Но совершенно поразительно, как, заручившись законным браком, заурядная, тихая, покорная женщина смогла превратиться во властную и сварливую жену. Она могла быть хотя…

— Вы много путешествуете? — Да, порядком, хотя в основном по работе. Я ведь из министерства иностранных дел. — Да что вы! Вы, наверное, очень умный. — Боюсь, одно не обязательно следует из другого, — заметил я. — Вы когда-нибудь станете послом? — Уж скорее атташе на Луне, судя по тому, как идут…

— Толку в такой матерщине! — не унимался механик. — Стравливание пара. Принесешь домой, так называемое, денежное содержание — на три посещения рынка. На полмесяца хватает, потом — зубы на полку. — Не хнычь, болтик-винтик, у всех — так. Помолчали. Дождь не прекращался, наоборот — усилился. — Что повезем? —…

Фильм про маньяка тем временем закончился, стали передавать какой-то рок-концерт. «Н-да, — подумала я, глядя на орущих и скачущих по сцене волосатиков, — и куда этот мир катится?» Опять звонок, на этот раз — в дверь. Да что сегодня — с цепи все сорвались, что ли? Со вздохом вышла из комнаты. Посмотрела…

Черт!!! Не хватало мне еще, ко всем волнениям, разбитого лба! Резко дернувшись, электричка замерла возле очередной безымянной платформы. Боже мой, у каждого столба останавливается… Я была в полной уверенности, что в чернильной черноте за окнами вагона нет ни единого идиота, который, понадеявшись на…

— Ничего, ничего, — пробормотал он, не адресуясь ни к кому в частности, а потом махнул рукой, причем этот жест, призывающий не толпиться на сцене и разойтись по местам, был, наоборот, обращен ко всем. Увертюра подходила к заключительной части, — вот-вот поднимется занавес над угасающей Виолеттой, которая,…

– Нет, – сказал Дейрдре, – постой, Димка прав. Кто-то пришел и ограбил твою квартиру. Твой отец, если бы был в нормальном состоянии, постарался бы как-то этому помешать. А для того, чтобы он стал невменяемым, ему надо было крепко выпить. Наверное, подмешали чего-то в водку, типа снотворного… могло быть…

Ричард Дентон». — Это прямо вопль истерзанного сердца, — сказал Боб, кладя письмо на прежнее место. — Да, дорогой мой! — задумчиво произнес Нат Пинкертон, помешивая ложечкой в стоявшем перед ним стакане, — это именно вопль! И тем грустнее у меня на душе, когда я подумаю, что, вряд ли, сумею исполнить…

— Здорово, Андрюха. — Здравствуйте, товарищ Докер. Как ваше бандитское здоровье? — А-а… либо сейчас врежу сто капель, либо помру. Эй, дочка! Подошла официантка. Молодая, стройная, смазливая, почти без юбки. — Добрый день. Слушаю вас. — Вот что, дочка… Водочки мне сотку и минералки. Поняла? — Д-да……

Костю Пирогова мы перехоронили. Он теперь лежит на Северном кладбище, рядом с женой и дочкой. Мать Сметанина умерла вскоре после пожара, в котором погиб ее сын. Слишком она сына любила. Какой-то дальний родственник — не то бизнесмен, не то мелкий чиновник в большой организации — похоронил мать и сына…

Итак, завтра в восемнадцать ноль-ноль, в студии. Будет присутствовать ограниченный круг приглашенных, что само по себе, насколько мне известно из не слишком богатой журналистской практики, должно восприниматься ими как причисление к лику святых. В ушах зазвучал марш Мендельсона. Верный признак того,…

— Новенькое — это у репортеров. А мы, ты же знаешь, пишем большие полотна. — Да кто ж не знает. По полгода над каждым работаете. — А ты как думал? Вон в прокуратуре по три го да дела висят. Расследования не терпят суеты. Кстати, насчет новенького. Хочешь, кое-что покажу? — Глеб извлек из стола и протянул…

— Кари, ты что там, спишь? — Ем булочку, — раздался в ответ высокий голос с норвежским акцентом. — Эти идиоты выдали нам полный комплект, сорок семь штук — на каких-то несчастных восемь пассажиров. В таких случаях мой папаша всегда говорит, что денежки летят коту под хвост. Стоит мне только забыть погасить…

— Старина, пойми меня правильно, — сказал Дэйв, — но давай определимся с самого начала. На работу тебя брать никто не хочет, потому что ты алкаш, верно? Верно. Так вот, у меня к тебе предложение. Я тебя беру и плачу по обычным расценкам, но свои деньги ты получишь в тот день, когда мы закончим съемку.…

— Двадцать тысяч. Ты можешь себя чувствовать в безопасности. Да, подумала Нора, в безопасности. Когда в жизни так не везет, только и остается, что рассчитывать на деньги. Джером оставил ей пятнадцать тысяч, Билл семнадцать. Ее взгляд снова остановился на стакане. — Твое лекарство. Мне обязательно стоять…

— Ты едешь? — спросил он. — Естественно, малыш. Ты же знаешь, как я люблю горы. — С Эдди? Она вновь кивнула. — Конечно, я хотела бы, чтобы на его месте оказался ты. Честное слово, Курт. Но без денег какой смысл вообще ехать… Не пойму, как ты миришься со своим скрягой братцем? Я бы не смогла. — А…

И Толик был доволен. Поваживал временами на бывший родительский диванчик непритязательных подружек. Похаживал с ними в забытый всеми кинотеатр, сиживал в недорогом кафе-мороженом. И ждал... Не переставая ждал ее появления. Его воображение по-разному рисовало эту встречу. То они сталкивались на бегу…

Лишь легкий дождь, который не переставал накрапывать, дал ему силу уйти, заставив его подумать, что в этом упорном шуршании быстро утонет короткий и резкий звук выстрела. Но он побежал, побежал длинными перебежками, пригнувшись, сторожко озираясь по сторонам. Перед садовой калиткой он испугался собственного…

Хеннинг Клоппер покачал головой: - Это не мои воспоминания. Речь вовсе не обо мне и не о моей семье, а об английском сержанте по имени Джордж Страттон. Ганс дю Плейс, который пытался раскурить сигарку, от удивления едва не выронил спичку. - С каких это пор ты интересуешься англичанами?…

— Полиция? — спросил я, едва не задохнувшись от ужаса. — О нет, дорогой, всего-навсего старый Бэерд. — Бэерд? Но разве это не он приобрел изумруды? — Да, он. — Тогда с какой стати он пустился в погоню? — Кролик, я все расскажу тебе, лишь только ты предоставишь мне эту возможность, и вообще не стоит…