Адаптация

Тут мой взгляд зацепился за солдата, который открыли клетку, выволок из нее девушку, что стала истошно орать и рыдать, и потащил ее в центр лагеря — к самому большому и яркому костру. По тому, как легко ее вытащили, и по передвижениям пленных внутри клетки, я сделал вывод — их не удерживают кандалами и цепями, максимум они связаны, но и это маловероятно.

Мда, дисциплиной здесь и не пахнет. От этой мысли и всей ситуации в частности я машинально пожал плечами и нахмурил лицо. Одновременно с этим в моей голове возникли очертания нового, экстренного и не терпящего отлагательств плана. Я начал его обмозговывать, ожидая, пока стемнеет окончательно.

Глава 7 — Долгожданное событие (3)

— Эй, пвидувок, тащи бабу сюда! — раздался грозный голос.

— А вы уверены, что нам не влетит от командира Рэндольфа за порчу товара? Да и вообще, разве нас не лагерь охранять оста…

— Заткни свой хлебальник! Командив к утву пвитащит новый товав из девевни у этого пвоклятого мовя. Быство тащи сюда бабу! Или ты чо, хочешь вместо нее? — мужчина, облизывая свои губы, мерзко и сально улыбался. Его похотливый голос явно намекал, что этот свин не шутит. — Ну я те легко эту потеху уствою!

— Нет… Нет, Мэйсон, сэр, я иду, сейчас!..

— Быство, пвидувок, шоб я и глазом мовгнуть не успел! — гаркнул Мэйсон.

С опущенной головой парень, лет шестнадцати на вид, быстрым шагом пошел за пленницей, не прекращая бубнить. Вот что-что, а любовь руководителя отделения Мэйсона потрахаться, и, собственно, неважно с кем, знал весь отряд «Жестоких леопардов». Попасться ему под руку в таком состоянии не хотел никто — ведь быть избитым не самое страшное, что может случиться с мужчиной. К Мэйсону у всех его подчиненных было сугубо отрицательное мнение, но сделать, хоть что-то, с этим непотребством никто и ничего не мог, а только тихо надеялись о его скорой кончине.

С каждым днем парень сожалел о своем выборе пойти в наемники. Хоть он, будучи новичком, и не участвовал в набегах на деревни, а лишь занимался разведкой, тренировками, да уборкой в лагере — но за эти два месяца он возненавидел военное ремесло. Постоянные избиения, чуть что не так, тоже не добавляли оптимизма. Да еще и недавно собранный отряд понес большие потери в битве с авантюристами. Если его назначат в тот отряд — шансы потерять голову точно возрастут.

Тряхнув головой, парень попытался отогнать от себя упаднические мысли и поднять свое настроение. Он снял связку ключей с пояса — таких связок в лагере всего трое. По-глупому стечению обстоятельств его поставили надсмотрщиком за будущими рабами — он нес ответственность за их жизнь своей головой, буквально. Поэтому, если командир Рэндольф прознает, что «товар» был испорчен… Хотя в этой работе были и плюсы — есть возможность объедать пленников, ведь за их еду был ответственен именно он. Да и вообще, в этом же нет ничего такого. Ты стараешься, тащишь ящики с хлебом, корячишься с ведрами воды, а они даже спасибо не говорят. И в их взгляде видна ненависть и страх. Ну и о каком добром отношении они могут мечтать? Так что работа надсмотрщика была не только самой ответственной, но и самой сытной. Правда, после поваров — те успевали нет-нет, да что-нибудь сожрать во время готовки.

Он подошел к клетке и большая часть находящихся там пленниц посмотрела на него с нескрываемым страхом — в ней присутствовали только женщины, что, по словам старшего, никогда не держали в руках оружия. В основном в ней находились фермерские жены с окрестных деревень. За что ему досталась такая тяжелая задача? Надо было оставаться в Сиртоне, как того хотел отец. Хоть деревня и не на море, а на огромном озере, но заниматься там рыбной ловлей намного спокойнее и физически, и душевно.

Парень схватил ближайшую девушку за руку. На вид ей лет восемнадцать-девятнадцать, вероятно. Скорее всего не девственница и в цене не потеряет, даже после тех событий, что с ней в скором времени произойдут. Как минимум парень на это искренне надеялся.

Женщина начала кричать и выворачиваться, но быстро затихла, увидев клинок меча, висевшего на поясе ее мучителя. Она опустила голову и вышла из клетки, по всей видимости, смирившись со своей судьбой. Закрыв клетку, юноша бросил ключи на ближайшие бочки — он был уверен, что Мэйсон обязательно отправит его за добавкой.

— Спасибо, что не сопротивляешься. Мне, на самом деле, это тоже не нравится. Не этому меня учил священник в церкви… — голос и лицо парня выдавали его грусть и глубокую печаль ко всему происходящему. Правда, по его лицу было неясно, жалеет ли он эту женщину или, что вероятнее, себя. Словно отвечая на этот незаданный вопрос, женщина смачно плюнула ему в лицо. Парень ничуть не смутился, вытер его и потащил женщину за собой. В клетках кричали, проклиная его, заключенные. — Ничего, как только поход закончится, то я сразу же вернусь в свою деревню. Лучше уж стану обычным рыбаком: начну, безо всяких угроз для своей жизни, ловить рыбу да женюсь на симпатичной девушке из соседнего дома… И тогда уж заживу спокойной жизнью! Не подходит мне такой образ жизни, как у обычного наемника, совсем не подходит… — пообещал себе парень, продолжая вести пленницу прочь.

***

Солнце достаточно быстро скрылось настолько, что в густой чаще наступила практически кромешная тьма. Из-за густых облаков, что полностью закрыли луну и звезды, да и заходящее солнце, глазам к ней было привыкнуть сложно. Я снял с себя лук с рюкзаком и повесил их на ветку дерева. Дальше слегка прикинул все возможные переменные в плане, который пришел мне в голову, и принял решение оставить у дерева и копье.

План, в принципе, прост как пять копеек — я решил проникнуть в лагерь. Самое важное для меня — разжиться провизией и, если выйдет, оружием. И, конечно же, постараться не подвергнуться лишней опасности. В принципе, за два дня наблюдения я запомнил структуру лагеря, и этого должно быть достаточно. При этом дозорные, если не все, то большинство, уже далеко не трезвы. Единственный непредсказуемый риск — шанс того, что в лагерь вернутся остальные работорговцы. Но их я, надеюсь, услышу заранее. А вообще, шанс на подобное развитие событий не столь высок — иначе почему так веселятся оставшиеся охранять лагерь люди?

Палатка находилась с восточной части лагеря — к ней я был ближе всего от моего пункта наблюдения. Туда я наведаюсь в первую очередь и запихаю в карманы всю снедь, что смогу унести. Тренировочный плац и заключенные — на западной. Надо подобрать себе меч, копье, лук, стрелы. Может и кольчужку какую. Эх, мечты. В идеале, конечно, найти еще и медицинскую палатку, но здесь уж как получится. Вообще не имею представления, где она и как выглядит. Но бинты, травы или таблетки мне нужны. Последнее, конечно, найду я здесь навряд ли — но мечтать никто не запрещает?

Проворачивая в голове детали плана, я подошел к границе лагеря и, зайдя за нее, начал красться в полуприседе. На самом деле поиск и «присвоение» провизии — самая сложная часть плана. Палатку с ней освещает стоящий недалеко костер. У костра, как я увидел раньше, стоял один человек, что жарил мясо на вертеле. Да и алкоголь, опять же, скорее всего рядом с едой. Во время пирушки сюда стопудов кто-то, да наведается.

Палатка была большая — пройти мимо почти невозможно. Это даже не столько палатка, сколько просторный шатер. Я подошел к нему сзади и прислушался — вроде бы тихо. Даже шорохов не слышно. Прокравшись к краю шатра, я посмотрел за угол и не увидел никого у костра. Мяса на вертеле, к счастью, я тоже не заметил, а это явно повышает мои шансы остаться необнаруженным. Я поднял неведомую ткань, которая по плотности хоть и уступала брезенту, но была увесистой и не особо пропускала свет от костра, и пробрался внутрь.

Моему виду предстали выстроенные в ряд и друг на друга ящики. Высота таких башенок была пару с лишним метров, под потолок шатра. Я аккуратно осмотрел интерьер и, никого не увидев внутри, начал осматривать ящики. К моему разочарованию большая часть из них оказалось пустой. В остальных ящиках лежали хлеб, мешки с зерном, что-то похожее на картофель, фрукты, наподобие тех, что я уже ел, пряные травы и бутыльки с мутной жидкостью. Они выглядели примерно так же, как тот бутылек, что я нашел в мешке лучника. Может это алкоголь?

Дожевывая яблоко, которое незаметно для меня оказалось в моей в руке во время осмотра ящиков, я открыл один бутылек и принюхался к запаху, исходящему из него. Сильный запах трав, словно я открыл яг*рмайстер, ударил мне в нос. Я сделал маленький глоток, желая попробовать вкус на язык — алкоголем не отдавало, но привкус трав был довольно отчетлив. Жидкость потекла глубже, в горло, разливаясь теплотой во всем теле. Я почувствовал себя немного бодрее.

Нет, я не идиот, что тянет в рот все, что ни попадя, но вдруг это что-то вроде тех чудодейственных зелий, что пил перед битвой громила?