Агент тьмы

Вторую половину дня я помогала Бранвен готовить. После ужина бродила по коридорам и нашла Роана в тренировочном зале – он был без рубашки и упражнялся с мечом. Я задержалась взглядом на его вздувшихся на груди мышцах и змеившихся по всему телу варварских татуировках.

Едва я вошла в зал, как мой пульс участился, сердце забилось торопливее, словно я тренировалась сама. То странное пламя разгоралось ярче. Что именно связывало нас? Похоже, все остальные знали ответ, и я тоже хотела получить его.

Роан прервал тренировку и повернулся ко мне, на его могучем теле выступили капельки пота. Он лукаво улыбнулся, и я раздраженно ощетинилась. Он почувствовал мою вспышку желания, и я подавила ее. Чистый лед.

– Тебе стоит научиться расслабляться, – заметил Роан и снова изящно взмахнул клинком в воздухе. Как будто ему не хватает практики… – Что бы ты ни чувствовала, это естественная реакция. Похоть и страх, жизнь и смерть связаны, словно партнеры в танце. Ты должна это знать.

Я это знала. За кровопролитными войнами часто следовал бэби-бум, а во время бубонной чумы люди совокуплялись как кролики, если не помирали от бубонов. Запах смерти наполнял их желанием почувствовать себя живыми.

– Ужас и Похоть. – Я улыбнулась. – Прямо как мы. Кстати, о нас – о той связи между нами… той, которую ты создал. Что именно это было? Я почувствовала в груди какой-то теплый свет. И до сих пор чувствую. Он такой… золотистый. Не знаю. Не могу объяснить.

– Это связь между душами. Она позволила мне увидеть кое-какие твои воспоминания и убедиться, что ты говоришь правду.

Я глубоко вздохнула.

– Это нечто большее, Роан. Она помогает мне выжить. Элрин намекнула, что твое сердце работает за нас двоих. Это правда? Когда я зашла сюда, мое сердце как будто забилось быстрее вместе с твоим.

Чувственные губы Роана снова изогнулись в лукавой улыбке:

– Я могу назвать иную причину происходящего.

Мои щеки вспыхнули, пульс участился. Он флиртует со мной? В нем что-то изменилось с тех пор, как он вызвал эту связь.

– Так что это за связь? И как долго она продлится?

– Кассандра, магию не всегда можно передать словами. Некоторые вещи просто есть. Как эта связь. Она помогает тебе выжить. Позволяет нам делиться какими-то эмоциями, воспоминаниями. Вот и всё.

– Ты можешь разорвать ее?

Он задумался:

– Прямо сейчас это тебя убьет.

– А потом, когда мне станет легче?

Роан перестал размахивать мечом и повернулся ко мне. По выражению его лица было трудно понять, грусть ли это?

– Конечно, я разорву ее. Если захочешь.

Я заморгала:

– Просто я не понимаю, что это такое, а мне не нравятся вещи, которых я не понимаю.

– Разумеется.

Повисло тяжелое молчание, и я решила сменить тему:

– Я думаю, Лондонский Камень важен.

– И в чем его важность?

Я покачала головой:

– Не знаю. Я просто ощущала… его мощь. Я пошла к нему в поисках матери. Я слышала, как она кричала словно изнутри Камня. Как будто в нем заперты тысячи перепуганных душ, и поэтому Камень источал силу. По крайней мере, для таких, как я. Пиявок страха. Но самое странное, что я видела чьи-то воспоминания. И почти уверена, что это воспоминания короля.

Роан прищурился:

– В них было что-нибудь такое, что мы можем использовать? Слабое место в его обороне?

Я опять покачала головой, пытаясь ясно мыслить сквозь туман воспоминаний, пропитанных виски:

– Кажется, там приносили жертвы. Как будто король пытал людей, чтобы передать их страх Камню. Словно это… оружие. У меня возникло ощущение, что Камень – это живая часть города, древняя часть городского разума, где обитает ужас.

Роан провел рукой по губам.

– Если Камень связал тебя с королем, то мог предупредить его о тебе. Если он соединил ваши умы, то, возможно, король узнал о Повелительнице Ужаса именно так. И поэтому попытался убить тебя. Каковы бы ни были твои способности, для короля ты серьезная угроза. – Он внимательно изучал меня. – Нам нужно лучше понять твои возможности. Когда мы наконец атакуем королевскую крепость, нам понадобятся все ресурсы. Как только мы избавимся от шпиона, на нашей стороне будет элемент внезапности. И у нас есть кое-какие козыри.

Я быстро окинула взглядом тело Роана:

– Да. Я видела.

– Но у короля легионы могущественных фейри. Если мы сумеем использовать твою силу ужаса, это изменит ход событий.

– Конечно. Я именно этого и хочу – использовать свою силу, чтобы уничтожить короля. Мне просто нужно научиться ею пользоваться. Это не похоже на магию отражения, она не возникает просто так, когда мне нужно. Это произошло только один раз – после убийства Габриэля. Мне просто нужно научиться фокусироваться на ней, верно?

Роан подошел к оружейной стойке и аккуратно водрузил меч на свободное место.

– Этот вид магии могущественнее магии отражения. Тебе нужно научиться отпускать ее на свободу, а для этого принять свою истинную природу. – Он сунул руки в карманы и медленно подошел ко мне. Солнечный свет из окон золотил его тело, искрился в глазах цвета лесной зелени. – Для сильной магии нужно не фокусироваться, а высвободить что-то внутри себя. Ты же не сосредотачиваешься, когда дышишь или моргаешь. Все это происходит потому, что так хочет твое тело.

Я сморщила нос:

– Вряд ли я смогу воспользоваться твоим советом. Я не знаю, как развить такой навык.

Роан подошел ко мне, его пристальный взгляд медленно скользил вверх и вниз по моему телу.

– Тебе следует расслабиться. Ты себя слишком контролируешь. – Он шагнул ближе ко мне – от него шел жар, – протянул руку и нежно провел кончиками пальцев по моей ключице, как будто исследовал, запоминал меня.

От его прикосновения по моей коже побежали горячие мурашки, дыхание и пульс участились. Стоя так близко, я видела удивительный контраст золотистых искорок в глазах Роана с черными ресницами и темным изящным изгибом бровей. Солнечные лучи словно воспламеняли его золотистые волосы, создавая над головой нимб.

Его пальцы поднялись выше по моему горлу, слегка коснувшись того места, где он когда-то укусил меня.

– Твое тело переполнено многолетними воспоминаниями и эмоциями, которые ты всегда сдерживала, чтобы не оказаться с ними лицом к лицу. Они так и рвутся наружу. А постоянные попытки все понять – лишь напрасный труд.

Я сглотнула комок, пытаясь не обращать внимания на жар, поднимающийся в животе.

– Да, верно… Нужно, чтобы моя префронтальная кора стала менее активной, а лимбическая система и окципитальная…