Бессмертные

– Скажи что-нибудь, - прошептала я.

Он покачал головой.

– Торин - везучий ублюдок.

Был везучим ублюдком. Сейчас он пал ниже уровня слизняка. В голосе Эрика звучала грусть. Я подошла к нему, жалея, что не могу облегчить его боль.

– Прости меня.

– За что?

– За то, что делаю тебе больно. Я не хотела.

Он отошел от кухонной стойки и заложил руки в задние карманы штанов. Потемневшие янтарные глаза пристально изучали меня.

– Я думал, между нами есть что-то особенное.

– Так и было. Есть. Наша дружба особенная. Всегда будет такой.

– Но это не то, что между тобой и Торином. Я хочу сказать, что ради тебя он был готов пойти в рабство к Норнам и Хель...
– он громко выдохнул и нахмурился.
– Я и рядом с ним не стою.

Я выдохнула, его боль я ощущала так же, как свою. Если бы я могла пожалеть его, я бы сделала это. Неважно, сколько раз я убеждала себя, что между мной и Торином все кончено, я знала, что это было ложью. Я была зла на него, но мое сердце по-прежнему принадлежало лишь ему одному.

– Не сравнивай себя с ним. Я люблю вас обоих, просто по-разному.

Повисло молчание, Эрик еще больше нахмурился. Он достал из карманов руки, убрал у меня с глаз волосы и взял в руки мое лицо, я чуть не отшатнулась от его жеста. Так обычно делал Торин.

– Ты точно уверена в своих чувствах к нему? То есть, если бы я поцеловал тебя прямо сейчас, тебе бы захотелось сорвать с меня одежду и наброситься на меня?

Я замерла, но затем увидела, что скрывается за его дерзостью. Его гордость была задета, и теперь он пытается сделать все возможное, чтобы не показать этого мне, прячется за глупыми шутками.

– Сердце определенно собьется с ритма из-за всплеска окситоцина и дофамина.

– Попроще, пожалуйста, - сказал он, улыбаясь краем губ.

– Зрачки расширятся, сердце забьется быстрее, и я начну задыхаться, как кокер-спаниель, бегающий за своим хвостом, - он засмеялся. Я решила идти до конца.
– Ты потрясно целуешься, а я всего лишь человек.

Он ухмыльнулся:

– Правда, потрясно?

Теперь он напрашивался на комплименты. В любой другой день, я бы его послала за такое, но сейчас он был слишком эмоционально уязвимым для таких игр.

– Да, и есть одна девушка....

– Нет, - он отошел от меня.
–

Больше никаких отношений.

У него были сильные чувства к Коре. Я видела это в его глазах. Он просто еще не был готов их признать.

– Не говори так.

– Мне еще надо узнать, кто я такой, кто мои биологические родители. А призрак вместо отца и неизвестная мать не совсем то, чем захочется поделиться с девушкой, - он покачал головой.
– Кроме того, первое, что сказала мне мама после рассказов об Асгарде и Валькириях, это не заводить отношений со Смертными.

Очень похоже на его маму. Я подсчитала в уме. Вечером, как раз после этого разговора, он поцеловал меня.

– Тогда почему ты решил быть со мной?

Он закатил глаза.

– Будто я собирался ее слушаться. Я хотел поцеловать тебя с тех пор, как ты начала взрослеть. К несчастью, моя мама заметила, как я смотрю на тебя, одно повело другое...

Через несколько недель они переехали. Уверена, таким способом его мама хотела предотвратить наши отношения. Но переезд не остановил Эрика. Надеюсь, его желание узнать ответы о своих родителях не помешают растущим чувствам к Коре, иначе мне все-таки придется поиграть в Купидона.

– Я рада, что мы поговорили, - сказала я.

Он поморщился.

– Не уверен. Но я знаю, как ты можешь загладить свою вину.

– Все, что угодно, только скажи.

– Поцелуй меня, - он выглядел, как потерянный щенок, уголки губ дернулись в гримасе.
– Это залечит мое разбитое сердце.

Какой же он дурак и чертов врун.

– Очень смешно. Тебе пора.

– Никаких поцелуев?

– Только в твоих снах.

Он сделал вид, что обдумывает.

– Ладно. Я смогу с этим жить. Значит, у тебя есть план, как заставить Торина все вспомнить?

Именно этот вопрос мне не хотелось с ним обсуждать.

– У меня нет плана.

– Да ладно. У тебя всегда есть план.

– Не в этот раз, - я чувствовала себя несколько побитой после той болезненной встречи на парковке и после того, как увидела Лаванию в его комнате.

– Хочешь, я поговорю с ним?
– предложил Эрик.

– Нет, - если кто и ткнет Торина носом в то, что он забыл, так это точно буду я.
– Так, ты все-таки будешь со мной тренироваться?

Он вздрогнул.

– Ни за что. У меня все под контролем, - он подошел к зеркалу в гостиной.

– По крайней мере, ты научился открывать порталы.

– Да, я везунчик, - он не оглянулся на меня, а смотрел в зеркало, после чего выругался.

– Что такое?

– Я не могу снова открыть портал.

– Почему? Я думала у тебя все под контролем.

Он состроил гримасу.

– Я, эмм, я забыл свой стилло.

– Твой что?

– Ножичек для рисования рун на твердой поверхности. Наверное, оставил его дома на полке, - он сконфуженно посмотрел на меня.
– Можешь отвезти меня домой?

– Конечно, ваше королевское высочество.

Он сердито посмотрел на меня.

– Если продолжишь это, поцелую прямо на глазах у Торина. Посмотрим, как это ему понравится.

Ему будет все равно.

– Миссис Радледж будет сходить с ума из-за того, что не видела, как ты пришел сюда. А это значит, больше ты не будешь пользоваться этим зеркалом, - я ткнула в зеркало.
– Или у моего папы случится сердечный приступ.

– Но если мне захочется поговорить с тобой? Нашего дерева нет, поэтому я больше не смогу пробраться к тебе в комнату.

– У тебя есть телефон.

Закатив глаза, он указал на себя пальцем, а потом перевел его на меня.

– Лично поговорить.

– Скайп или Фейс Тайм? Ну ладно, - уступила я после того, как он скривился, - можешь использовать зеркало в моей комнате.

Он улыбнулся, а в глазах появились огоньки.

– Напиши только сначала, извращенец, - добавила я.

* * *

Я пыталась не смотреть на дом Торина, когда мы проезжали мимо, но от дурных привычек сложно избавиться. На первом и втором этаже горел свет, а из открытых окон доносилась музыка.