Блеск оправы

Рядом раздался треск веток. Ветер с силой качнул кроны. Зашумела листва. Прищурившись, Кайс с трудом различил лицо тигрового офицера.

– Что это? – Грэг указал на сверток в руке Кайса, и тот посмотрел на него так, будто и сам видел впервые.

– Обезболивающее, – непринужденно солгал он и заметил, что голос осип. – Голова болит.

Тигровый офицер задумчиво хмыкнул, и Кайс невольно сжал сверток в руке. Неужели догадался? Грэг не двигался с места, хотя они и стояли далеко друг от друга. Не на таком расстоянии, которое бы располагало к дружеским беседам, и Кайсу казалось, что даже сейчас Грэг старался соблюдать дистанцию между ними. Как будто что-то знал, но говорить об этом пока не собирался.

– Ясно.

По всему было видно: Грэг собирался добавить еще что-то, но передумал. Вместо этого он обернулся, будто кого-то услышал, и бросив: "Ну тогда поговорим потом", скрылся из виду.

Еще некоторое время Кайс продолжал стоять, как вкопанный. В голове до сих пор путались мысли, и, шумно выдохнув, он закрыл лицо руками. Что будет, если остальные узнают о его видениях, он старался не думать. Подавлять их до момента, когда они отправились в Апсар, у него получалось. Но, выйдя за пределы Кирра в этот раз, справиться с настойчивыми голосами он уже не мог. Будто все барьеры, ранее удерживавшие его кошмары, разом рухнули. Кайс не имел над ними власти, это пугало его. И если бы он не знал, чем их можно заглушить, не стал бы больше себя мучить. Кайс не хотел умирать, но после таких видений понимал: совсем скоро его смерть станет вопросом времени.

Он не знал, сколько времени продолжал стоять, не двигаясь с места. Легкий ветерок приятно холодил кожу, и осознание того, что голоса, наконец, замолкли, давало мимолетную надежду, что они когда-нибудь исчезнут навсегда.

Женский крик буквально вырвал его из раздумий. Растерянно уставившись перед собой, Кайс не сразу понял, что происходит. На секунду ему показалось, что это снова голоса, но, как только крик повторился, он поспешил в сторону лагеря.

Ребенок.

В глаза бросилась толпа тангогцев недалеко от костра. Криков женщины больше не было слышно – на их смену пришел неразборчивый гул, доносившийся, казалось, отовсюду. Кайс попытался еще издалека узнать, что происходит, но его вопрос заглушил непрекращающийся гомон.

Услышав детский плач, он еще быстрее стал пробираться через толпу. Но когда перед глазами возникла девушка, которая держала ребенка на руках, Кайс застыл на месте. На юбке молодой тангогки он заметил подозрительные пятна, непохожие на кровь, и это немного успокоило. Кайс поднял взгляд и, наконец, увидел Грэга, который держал ребенка.

Рывок – и, протиснувшись через плотное кольцо любопытных тангогцев, Кайс оказался рядом с Грэгом. Он взглянул на ребенка, отмечая, что из носа и ушей тянулись тонкие кровавые дорожки, исчезающие на сгибе крошечного подбородка. Рот младенца, как показалось Кайсу, был испачкан в рвотных массах, хотя, по всей видимости, кто-то пытался их стереть.

Мокрые слипшиеся реснички подрагивали, ребенок рвано и часто дышал. Кайс перевел взгляд на тигрового офицера, намереваясь завалить того вопросами, но вдруг младенец закашлял. Грэг перевернул мальчика на живот.

Ранее Кайс замечал, что у ребенка шла кровь из носа, но списывал это на чрезмерную слабость организма. Сосуды младенца еще слишком слабы после истощения и обезвоживания. В таких случаях он следил за тем, чтобы кровь не попала ребенку в рот и не вызвала тошноту. Но возможно ли, что молодая и неопытная тангогка просто недоглядела за малышом?

Кайс расслышал громкий, немного писклявый голос Миу-тан, которая пыталась докричаться до Грэга, но ее советы утопали в бессвязном шуме. И-тан запретил прикасаться к малышу, и его жена была растеряна и напугана.

– Грэг, что происходит?

Хранитель вытер ребенку рот и прижал к себе, стараясь успокоить. На тигровом офицере не было лица, он ошарашенно переводил взгляд с одного тангогца на другого, только сейчас, казалось, заметив людей вокруг.

Стоящий чуть поодаль И-тан отгонял людей, но суетившиеся кочевники продолжали окружать Грэга. Ему протягивали какие-то тряпки и колбочки с лекарствами, на что тот только отмахивался. Кайс перебирал в голове варианты того, что произошло на самом деле. Возможно, ребенка уронили, может быть, держали неправильно. Миу-тан могла просто перекормить малыша, и желудок, столько времени пустовавший, не выдержал. Стенки повредились от перенапряжения. Оттуда и кровавые рвотные массы в таких количествах. А возможно, он просто заражен.

Кайс изо всех сил старался отбросить последний вариант, но не мог. Голова от шума снова начала гудеть.

– Да расступитесь же! – потребовал он. Кольцо заметно расширилось.

В мгновение резкая и пронзительная боль заставила Кайса закричать. Казалось, его ударили чем-то сзади, потому что на мгновение глаза ослепила яркая вспышка и пару секунд он ничего не видел. Гомон тангогцев, которые теперь наверняка перевели взгляд на него самого, вдруг перерос в истошный крик, и Кайс с силой сдавил виски, впиваясь ногтями в кожу. Он снова слышал их.

Голоса, до этого момента покорно молчавшие, теперь вырвались на свободу. Озлобленные тем, что их подавили. В ярости от того, что Кайс не защитил ребенка.

Перед глазами все плыло, но звонкая пощечина привела его в сознание. Кайс мутными глазами посмотрел на офицера. Только сейчас к нему вернулись чувства, и он осознал, что все это время стоял на коленях. Грэг провел рукой по его щеке и взволнованно прошептал что-то. Глаза Кайса широко раскрылись от удивления, когда он заметил кровь на руках мужчины. Свою собственную кровь.

Кайс поднес руки к ушам и почувствовал влагу на пальцах. Вслед за осязанием к нему возвратилось обоняние, и в нос резко ударил тошнотворный запах крови. Рассудок был все еще затуманен. Он не слышал, что творилось вокруг, и неожиданная звенящая тишина пугала его. Но внезапно заглохнувшие звуки реальности позволили ему расслышать голоса в голове. Они диктовали ему ингредиенты. Раз за разом. Один и тот же состав. Кайс впервые слышал их настолько четко.

Он оперся рукой о землю и, собрав все силы, встал. Еле перебирая ногами, Кайс поплелся к своему багажу, а ошарашенные тангогцы стали расступаться перед ним, провожая взглядами.

Он нашел ингредиенты почти сразу. Трясущимися руками размешал их и поторопился вернуться. Тело все еще слабо слушалось, и Кайсу с трудом давалось каждое движение.

Как во сне он добрался до Грэга. Офицер ошарашенно уставился на него, губы мужчины шевелились без остановки, но Кайс не слышал ни звука. Он молча капнул пару капель лекарства ребенку на язык и отступил назад. Грэг вопросительно взглянул на него, и Кайс приложил палец к губам, умоляя ни о чем не спрашивать.

Даже если бы он захотел, все равно не смог бы ответить. Кайс не слышал его, и даже не был уверен, что тот задал вопрос. Однако судя по тому, что Кайс тут устроил, объяснений от него точно потребуют. Но сейчас это было неважно. Жизнь ребенка больше не подвергалась опасности, о чем свидетельствовал спокойный шепот множества голосов, которые на разный лад твердили одно и то же неизвестное Кайсу слово.

"Амлар".

Снова резкая боль, пронзившая голову насквозь, заставила его слабо вскрикнуть и зажать уши руками. Мгновение, и он снова расслышал беспокойный гомон кочевников, треск костра и знакомый взволнованный голос:

– Эй! Ты в порядке?

– Да, – наконец выдохнул он. Вся боль разом сошла на нет, однако ноги непривычно задрожали, когда Кайс сделал неуклюжий шаг. Заметив, что с ним снова творится что-то странное, Грэг поспешил подойти сам.

Не без облегчения заметив, что малыш крепко спит, Кайс посмотрел на чашу в своих руках.