Будьте моим эльфом

Не то, чтобы это имело для меня какое-то значение, но… какого ж хрена? Это ведь не случайно!

Ничего… я подумала, что надо поговорить с эльфом, он мне подыграет. И вечером, как только Тантекки ляжет спать, мы с эльфом начнем прыгать на кровати, стучать кроватью о стену и громко стонать. Пусть оценит. На этой мысли я злорадно потерла руки.

— А у вас с эльфом все действительно серьезно, Ванесса? — спросил Тантекки, чуть наклонившись ко мне. — Вы действительно женаты или так… Эльфы, насколько я знаю, не стремятся заводить законных отношений с людьми.

— Женаты, — жестко сказала я и показала кольцо.

Тантекки фыркнул, мерзко так.

— Дешевые колечки еще ни о чем не говорят. И даже больше — сомневаюсь, что для настоящей свадьбы вы такие купили. Такое только для посудомойки годится… Или у вашего эльфа дела совсем плохи? — и так бровки поднял.

Захотелось прямо под эти бровки в глаз врезать.

— Это не ваше дело, — сказала я. — Но все же, когда мы познакомились, дела у него действительно шли так себе, пришлось уехать из дома, работы не было. Он купил, что смог тогда. Зато сейчас все отлично. Но кольца мы носим до сих пор, как память. Как символ того, что любовь сильнее всяких… условностей.

Мне не нравились эти разговоры. Не нравилось, куда он клонит.

И честно сказать, кусок не лез в горло, хотя отбивная была просто божественна, таяла во рту.

Но еще больше не нравилось, как Тантекки ухмыляется скептически. Не верит.

С одной стороны, я бы тоже не очень верила, выглядит наша история так себе. С другой — да пошел он! Какое ему дело?

— Вы действительно с ним женаты? — поинтересовался Тантекки. — И патент есть? Все документы?

Да какого ж хрена?

— Есть, — сказала я, глянув ему в глаза. — Дома. А вы действительно Майлз Тантекки? У вас есть документы? Можете это подтвердить? А то как-то неправдоподобно выглядит — такой благородный и преуспевающий молодой человек, и пристает к такой простой девушке как я, да еще и замужней. Сомнения навевает, знаете ли. Торчите на чужом семейном ужине, непонятно зачем. И мне отчего-то кажется, что вы проходимец, выдающий себя за уважаемого человека.

Не сдержалась.

Громко вышло, так, что все за столом повернулись ко мне.

У Тантекки губа мерзко дернулась, презрительно и обиженно сразу. Но он тут же рассмеялся.

— А вам палец в рот не клади! — и даже погрозил мне этим пальцем.

— Дорогая! — громко возмутилась мама, глянула на меня почти с ужасом. — Что ты говоришь такое?

«Это он первый начал!» «Он сам виноват!»

Спокойно. Вдох, выдох… Я сейчас успокоюсь.

— Совсем они в этих столицах стыд потеряли! — страшным шепотом буркнула тетушка Лилиан.

Это я стыд потеряла?

— Хватит с меня, — сказала решительно, отложила вилку с ножом, хотя вот прямо сейчас остро захотелось воткнуть их в кого-то.

И встала.

— Несса! Что ты творишь? — удивилась мать. — Сядь, пожалуйста. Хватит! Что за глупости?

— Да она нас вообще ни во что не ставит! — возмутилась тетушка Лилиан.

— Мама! — просто возмутилась Розмари. — Скажи ей!

Честно сказать, больше всего меня возмутило вот именно это: «Что ты творишь?» «Глупости?» Разве так можно? Я творю? Почему я? Хватит! И больше не стала слушать и ждать, что мне скажут. Я решительно направилась к двери.

— Прошу просить меня, я провожу, — мягко сказал эльф и поспешил за мной.

Кто-то просил его вернуться. «Пусть она сама уходит!»

Догнал уже за дверью.

Я не оборачиваясь шла вперед, и эльф какое-то время молча шел следом.

— Несс, — наконец позвал он.

Внутри меня все клокотало. И очень не хотелось сорваться на эльфе, но если он не отстанет, я ему тоже что-нибудь скажу. Просто не могу сейчас…

— Несс… Подожди.

— Я не вернусь к ним!

— Нет-нет, — поспешил эльф. — Не нужно возвращаться. Просто успокойся чуть-чуть. Все хорошо. Давай решим, что делать. Здесь есть какие-нибудь гостиницы поблизости?

Так. Нет… Я остановилась, повернулась к нему.

Вот так кардинально решать я была не готова тоже.

— Я не уеду.

Да, сейчас я психанула, конечно. Но больше от того, что устала, и так уже была на взводе. Как бы эльф ни пытался обнять и успокоить, но в моем случае это уже не помогает, слишком много накопилось. Да с самого детства, считай, накопилось, сейчас моей семье даже делать ничего не надо, только посмотреть в мою сторону — и я сама уже все обиды вспомню и сорвусь.

Но всего два дня… Я постараюсь. Если сбегу, то буду потом сама себя грызть, не успокоюсь. Просто посижу тихо в комнате, послушаю их… Пожалуй, от мамы я еще готова выслушивать это, просто потому, что привыкла. А вот от Тантекки не готова. Надо просто к нему не подходить.

Я не знаю…

Но сбегать неправильно.

— Мы сейчас соберем вещи, — сказал эльф, и в его голосе впервые скользнуло что-то такое, жесткое, холодное, чего я раньше не слышала, даже не по себе стало. — Найдем, где переночевать. Если захочешь, то приедешь потом на свадьбу, поздравишь молодых. И хватит. Жить лучше отдельно. Всем будет спокойнее.

— Я не поеду сейчас.

Даже не знаю, почему упираюсь. Но не могу. Ну как я возьму и сбегу вот так? Тогда надо уезжать совсем. И совсем забыть, что у меня была семья. Я не готова.

— Поедешь, — очень уверенно. И смотрит на меня…

— Нет. И что ты сделаешь? Силой меня увезешь?

— Могу и силой. Думаешь, не справлюсь? — очень спокойно, без всякого вызова в голосе, просто как констатация.

Против эльфа мне, конечно, ничего не сделать. И чисто физически — вон он какой здоровый. А там ведь еще магия. Да он меня щелчком пальцев вырубит.

И как-то совсем не по себе. На самом деле — это как с медведем заигрывать, он вроде ручной, но кто знает, зубищи-то вон! И когти. Одно неосторожно движение, и все… А он убийца к тому же… вспомнилось вдруг. Не человек. У эльфов свое представление о морали. Кто его знает…

— Если силой, то возвращай деньги. Как неустойку! — и чуть попятилась.

Чушь, конечно. Но я не знаю, что еще сказать.

— Хорошо, — как-то очень спокойно согласился эльф. — Пошли. Верну деньги и лошадь. Но довезу тебя хоть до полдороги домой, чтоб ты обратно не рванулась. А потом — все.

— Совсем сдурел?

Я не могла это понять.

Попятилась… он сделал шаг ко мне. Я чуть было не запаниковала.

И не знаю, чем бы закончилось, но тут:

— Леди Ванесса! Леди Ванесса!