Чехова, 16

Теперь люминесцентного эффекта вполне хватало, чтобы разглядеть окружающее пространство. Сеня посмотрел на хмурое лицо Дервуша, казавшееся мертвенно-желтым. Мальчишка медленно водил головой по сторонам, пока что-то не заметил. Он осторожно поднял руку и указал направление.

Две стены, плавно переходящие в потолок, образовывали неровный стык, расширяющийся к низу, через который вполне могла пройти лодка с зауженным бортом. По всей видимости, это и был тот проход, что искал Дервуш.

Он кивнул Сене, бесшумно осел на дно и взялся за древко. Сеня сделал то же самое. Осторожно перебирая веслами, они двинулись к расщелине.

– Отлично! – в голос сказал Дервуш.

Гулкое эхо прыгнуло на стены и заскользило по потолку. Сияющий желтизной мох широкой волной погасил свой свет. Почти сразу полыхнуло огниво, и брызнули искры. Потрескивая, разгорелся факел в руках мальчишки.

– Осталось совсем чуть-чуть, – жмурясь от яркого пламени, проговорил он. – Мы уже выплыли за черту города.

Сеня кивнул и налег на весла. Они двигались по узким каменным коридорам еще около четверти часа, пока туннель не начал забирать вправо.

Мальчишка шмыгнул носом и вскинул пламя повыше:

– А вот теперь мы на месте. Где-то здесь должен быть эта… люк.

Сеня замедлил ход лодки и поднял голову.

Потолок в этой части подземелий оказался покрыт крупными трещинами, сквозь которые свисали длинные корни растений. Увидеть что-то между этими зарослями было почти невозможно, но Дервуш, по всей видимости, знал, куда смотреть.

– Вот! – громко воскликнул он и торопливо закрыл себе рот рукой. Потом продолжил шепотом: – Черт, нашел. Надеюсь, меня никто не слышал…

Он выпрямился, вытянув руку с факелом. Теперь Сене удалось увидеть в потолке овальное отверстие полутораметрового диаметра. Вокруг него все обросло корнями, но на самих стенках прохода не было даже мха. И это настораживало.

– А тебе не кажется странным, – шепотом заметил Сеня, – что кругом бушует поросль, а на самой дыре нет и соринки.

– Отличное наблюдение, дружок! – подмигнул ему Дервуш, ковыряясь в мешке. – Смотри!

Он вынул пригоршню блестящих серых камушков и подкинул ее вверх.

Зашипело. Граница лаза подернулась маслянистой пленкой, чем-то напоминающей мыльный пузырь.

– Что это?

– Старая магия. Прежде чем покинуть равнину, добытчики воды запечатали все скважины и присыпали их землей.

Сеня вгляделся в магическую защиту. Пленка некоторое время колыхалась, словно потревоженный студень, а затем стала медленно осыпаться белыми чешуйками.

– Ну надо же, – хмыкнул Дервуш, глядя вверх, – я думал, все будет несколько сложнее…

Он взял весло и просунул его в темноту прохода. Ничего не произошло. Мальчишка снова хмыкнул и перевел глаза на напарника.

– Первым не полезу! – быстро сказал Сеня.

– Чойта? – возмутился Дервуш.

– Сам шаманил, сам и проверяй! – твердо заявил Сеня.

Дервуш скорчил недовольную физиономию, со вздохом кивнул и вручил Сене догорающий факел.

Обвязавшись веревкой, он подобрал выбоину поглубже, уперся в нее ногой и приступил к подъему. У самой границы лаза начинались ровные вытянутые углубления, похожие на ступеньки. Добравшись до них, Дервуш махнул Сене рукой и скрылся в темноте.

– Ох, не нравится мне это… – буркнул Сеня, воткнув факел в небольшую расщелину.

Он накинул на плечи котомку с ворованными пожитками, поправил меч на поясе и полез следом.

Мальчишка ждал его у самого люка, сидя на деревянном брусе с зажженной свечой в руках.

– Мешок не забыл? – шепотом спросил он.

– Взял, – прокряхтел Сеня, подтягиваясь повыше.

Дервуш кивнул и поднял свечу. Проход был замурован квадратной гранитной пробкой, покоящейся на деревянном каркасе. Доски основательно прогнили от сырости, но сама плита выглядела довольно надежно.

– Как будем действовать? – Сеня посмотрел на задумчивое лицо мальчишки.

– Я беру все, что нужно, а ты стоишь на стреме, – разъяснил Дервуш, привязывая веревку к самому крепкому брусу. – Если что-то идет не по плану – сразу улетучиваемся.

Сеня кивнул:

– Надеюсь, это так же просто как ты сейчас описал. Пошли?

– Ага…

Они уперлись руками в плиту и с трудом приподняли ее с места. Из щелей посыпался мелкий песок.

Отплевываясь, Дервуш выглянул на поверхность:

– Чисто, идем!

Поднатужившись, ребята опрокинули гранитную пробку и вылезли наружу.

Тайный лаз привел их в просторный цветастый шатер, разбитый прямо на песке. Яркое солнце нещадно поливало сшитую из разноцветных лоскутов крышу, подсвечивая внутреннее убранство в красно-зеленые тона. Брезентовые стены вяло колыхались на ветру; изредка по ним скользили тени людей. Где-то вдалеке слышался шум голосов и скрип груженых повозок.

Вещей здесь было не так уж и много: несколько расстеленных ковров, скромный диванчик с мягкой спинкой и коротконогий столик с курящимися на нем благовониями.

– Жеваный крот! – прошипел Дервуш, подбегая к дивану и раскидывая подушки.

– В чем дело? – забеспокоился Сеня, оглядываясь по сторонам.

– Я же сам видел! – пропустив вопрос мимо ушей, мальчишка пронесся по шатру и замер на месте. – Не может быть!

– Да что случилось-то?

Дервуш с досадой посмотрел на Сеню:

– Это не тот шатер!

Он смачно выругался и осел на колени.

– То есть как – не тот? – вздрогнул Сеня.

– А вот так! – всплеснул руками мальчишка. – На этом месте должна была быть эта… стоянка Падишаха, а не какого-то нищего лободырня!

Сеня оглянулся на столик с благовониями и вновь перевел взгляд на Дервуша:

– Ты хорошо искал? Может под коврами есть какой-то тайник?

Мальчишка шумно шмыгнул носом и утерся рукавом. Затем уставился на Сеню и сказал:

– Перчить, не пересолить, посмотри на эту мебель! А благовония? Дешевле не найдешь. Это покои купца средней руки, тут не будет ни карт, ни золота. Хозяин этого шатра, засохни его голова, все заработанное носит с собой.

– И что теперь делать?

– Уходим, план провалился… – тяжело вздохнул Дервуш.