Еретик
Шрифт:
– Чё ты зенки свои вылупил?!
– продолжал орать возничий.
– Немедленно освободи дорогу для господ!!!
Я так глубоко погрузился в собственные мысли, что не заметил, как потянул на себя вожжи и остановил лошадь. Та послушно выполнила команду, но всё же немного подалась к правой обочине, чтобы дотянуться до увядающей травы. Вот так и получилось, что наша повозка полностью перегородила дорогу транспорту.
Несколько неумелых рывков за вожжи, и я освобождаю дорогу. Хотя, как я понял позже, основную часть работы сделала сама кобыла, а мои неумелые команды ей только мешали. В мой адрес прилетело ещё несколько гневных слов проклятий, но выдержано не обратил на них внимание. Неожиданно, мой взор приковала эмблема на дверце чёрной, лакированной до блеска карете, чьи окна были наглухо зашторены.
– Я больше никогда не оставлю тебя караулить свой сон, и вообще, не поручу тебе ничего ответственного, - прозвучали слова упрёка из уст Кайса. Он не спал, а пригнувшись, шёл ко мне. После того, как он оказался совсем рядом, мне прилетел звучный подзатыльник.
– Вершок, сколько их было?
– Двое, но матёрые волчары. Прощупали нас так, что я чуть не выдал себя, - ответил маг, и повторил действия Крысолова - отвешал мне подзатыльник.
– Да вы заебали уже!
– воскликнул я, и тут же понял, что натворил.
Кайс схватил меня за ворот, рывком швырнул вглубь повозки, а сам мгновенно занял моё место. Вершок, наоборот, метнулся к заднему борту, и выглянул на улицу сквозь прореху в ткани.
– Гони!!! Они разворачиваются!!!
– взревел Зиган, срывая свой и без того хриплый голос.
"Да ну нах... да разве ж так бывает, что из-за обычного мата нас могут вычислить и начать погоню?! Неужели всё это правда?! Правда?!!! А всё, что происходило раньше - это был сон?! Дурак, идиот! Нет, не так! ИДИОТ!!!"
Метров на пятьдесят мы успели разъехаться с каретой инквизиторов Церкви Триединства. Ещё на сотню метров мы оторвались за время их разворота и разгона. Вроде бы неплохая фора, да? А ху... хер вам! Знаете, почему? Да потому, что дорога тут одна, и вела она в этот долбаный Мясной двор!!!
Так бывает. Когда ты попал в "задницу", то думаешь, что вот оно, "дно", но в этот момент происходят анальные спазмы твоей никчёмной судьбы, и ты проваливаешься ещё глубже. "Ну, вот же оно, "донышко!" - мелькает мысль в, погружённой по уши в дерьмо, голове.
– "Со мной случилось всё, что только могло!" Но, нет, не тут-то было. Огромная лепёха коричневой массы падает на тебя сверху, и ты окончательно утопаешь в проблемах. Выплыть из бурлящей реки дерьма, что иногда зовётся "чёрной полосой", получается далеко не у каждого. Выбрался - молодец, получи награду в виде белой полосы. Нет - хер с тобой, пополнишь ряды отбросов и вонючей биомассы...
На каком уровне погружения в "задницу" были мы в тот момент, я не знал, но предчувствие подсказывало мне, что до дна ещё далеко. Да уж, как же я тогда был прав... Медленно, но верно, преследователи сокращали расстояние, а впереди, в нескольких километрах, уже виднелся пригород Мясного Двора. Тут-то мы и провалились чуть глубже в "расщелину неудач"... С восточной стороны густой лес сменился редколесьем, а тот, в свою очередь, уступил место полям. Затяжной дугой, дорога плавно огибала поле и терялась за вершиной небольшого холма. Именно из-за этого холма и появился приличных размером конный отряд всадников, который неторопливо двигался нам навстречу. В этот момент один из инквизиторов выбрался из кареты, добрался до кучера, встал с ним рядом и вытянул руку в нашу сторону. Его запястье охватило яркое пламя огня, который тут же устремился в нас. Огненный шар не долетел до повозки пару метров, на мгновение замер, а после этого растворился. Инквизитор ещё трижды "выстрелил" в нас огнём, после чего уселся на скамью. Если это была атака, то Вершок с лёгкостью парировал её. Если сигнал для всадников, то наши преследователи добились желаемого. А по сути, мы бы и так никуда от них не делись, ведь свернуть с дороги не представлялось возможным. Хотя, на счёт этого я ошибался...
– Сворачивай на императорскую дорогу!!!
– заорал Зиган Кайсу,
– Я лучше сдохну!!!
– прокричал тот в ответ.
– Сейчас все сдохнем!!!
– проревел маг, бросился к Крысолову, схватился
– Сворачивай!!!
Отряд всадников быстро набрал скорость, и уже скакал на нас галопом. Кайс потянул вожжи на себя, притормаживая усталую лошадь, и направляя её вправо, в неприметную для непосвящённых, лесную просеку. Нам повезло, и колёса не застряли в узкой, но довольно глубокой придорожной канаве. Дважды повозку сильно тряхнуло, и она выскочила на твердую дорогу, изрядно покрытую увядающей травой и сухим прошлогодним бурьяном. Кучер инквизиторов остановил карету на дороге, видимо, не желая повторять наш манёвр, а всадники, с лёгкостью перескочили через препятствие, и продолжили погоню.
– Ложись на пол, - Вершок отдал мне приказ, а я мгновенно его выполнил.
Маг тоже завалился на дно телеги возле наших вещей, после чего залез рукой в сумку Крысолова. Блестящая фляга со светочью вновь увидела свет, а это означало только одно - Зиган снова явит миру своё колдовство!
– Держи, - он швырнул мне флягу, а я не смог её поймать, от чего та неприятно ударила меня по подбородку.
– Мимо рта только не промажь, когда будешь отпаивать своего спасителя.
Спустя несколько секунд, в повозку начали влетать стрелы. Они пронзали потрёпанный временем тент, и пролетали навылет, чудом не угодив в спину Кайса.
– Ещё. Ещё ближе, - бормотал Вершок себе под нос.
– Ещё чуть-чуть... А-А-А!!!
Чародей взревел, и ударил кулаками в дно повозки, от чего доски жалобно затрещали и проломились. По телеге пошла мощная волна вибрации, после чего она начала подскакивать, словно мы неожиданно въехали на ухабистый участок дороги. Задний полог повозки, который состоял из двух шторок, плотно прилегающих друг к другу, начало мотать из стороны в сторону, открывая мне вид на то, что же произошло после заклинания Вершка. Теперь я понял смысл слов Зигана, что он произносил минутой ранее: "Ещё. Ещё ближе". Он ждал, пока всадники приблизятся вплотную к нам, после чего разом отсёк преследование. От его колдовства дорога вспучилась. Метровые кучи земли, перемешанной с камнями, которыми некогда была вымощена дорога, наряду с такой же глубиной ямами, стала непреодолимой преградой отряду конных преследователей.
В эту ловушку угодил авангард и средняя часть группы всадников. Ноги коней проваливались в глубокие ямы, выворачивая наизнанку суставы. Наездники вылетали из сёдел и, со всего маху влетали в кучи земли или катились кубарем, расшвыривая в стороны своё оружие и обмундирование. На тех "счастливчиков", кто был в первых рядах, падали перепуганные, искалеченные животные, давя людей своей массой. Сверху на них валились другие всадники, а на них их лошади... Всё это дополнялось неприятными моему слуху звуками: жалобным лошадиным ржачем, людскими криками и многоголосым карканьем воронья, встревоженного происходящим. А ещё были листья. Много листьев. Зелёные - те, что не успели отдать свой цвет осени, жёлтые, красные... Сорванные с ветвей внезапной земной дрожью, они медленно падали вниз, нежно укрывая собой место и участников трагедии...
Вершок бездыханно лежал, уткнувшись лицом в грязные доски. Я подполз к нему, перевернул, разжал рот и влил в него немного голубоватой жидкости. Маг сделал глубокий, очень резкий вдох, словно очнувшись от беспамятства, приподнялся и подполз к заднему борту.
– Настырные выродки, - прошипел он, рванув на себя полог, и оторвал его. После этого он вернулся, вырвал из моих рук фляжку, и сделал пару глубоких глотков.
– Сейчас вы пожалеете, что встретили меня.
Причиной недовольства Зигана, были семеро всадников, что объехали затор, и продолжили погоню. Маг уже собрался покарать их за эту наглость, но его остановил Кайс.
– Вершок, лошадь!!!
– прокричал тот.
– Сам ты лошадь!!!
– прозвучал ответ мага.
– А я только что вас спас!!!
– Лошадь сейчас свалится!!!
– перефразировал Крысолов своё послание.
Одновременно с его словами мы начали терять скорость. Вершок среагировал мгновенно. Он повернулся полубоком и вытянул руки в стороны, направив одну ладонь в сторону преследователей, а вторую на нашу загнанную до полусмерти лошадь.
– Возьми, чтобы отдать. Отдай, чтобы жить, - на этот раз очень отчётливо прошептал он.