"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15
Шрифт:
— Ты не можешь знать, что тот корабль был подослан Альбертом, — Татьяна, чувствуя, что капитулирует перед твердой уверенностью пирата, насупилась, скрещивая руки на груди. Какие еще аргументы привести в защиту своей позиции, она не знала.
— Могу, — Чарли легко повел плечом и, сунув руку в карман, достал из него что-то, — Могу, Татьяна, могу утверждать это со стопроцентной уверенностью! — он чуть расслабил ладонь и продемонстрировал собеседнице кулон, свисающий на тонкой цепочке, — Это — знак мастера. Его надевают лишь те, кого он посылает избавить мир от неугодных.
— Знак мастера?.. — ни о каком знаке, символе, отличающем ее отца, она прежде
— Кошка?.. — Татьяна растерянно подняла взгляд, — Знак мастера — это кошка?? Но почему?
Чарли мягко высвободил медальон из ее пальцев и, сам глянув на изображение, кривовато ухмыльнулся.
— Знаешь… ты и вправду странная, как будто не отсюда. О знаке мастера знают, наверное, все и о причинах его возникновения тоже… Альберт носит на руке браслет в виде кошки, — Татьяна побледнела, а пират, не замечая этого, спокойно продолжил, — А на шее кулон, тоже в виде этого зверька. К тому же, рядом с ним постоянно крутится рыжая кошка, как я слышал, хотя самому мне это видеть не приходилось.
— Тио… — девушка прижала руки к груди, отчаянно пытаясь скрыть потрясение, — Нет… не может быть… он же не любил ее!
Бешенный, явно ничего не понимая, сдвинул брови и, действуя довольно неуверенно, протянул руку, чуть сжимая плечо собеседницы.
— Татьяна… Я ничего не понимаю, черт возьми! О чем ты говоришь, что ты знаешь о нем? Кто ты такая… — последние слова прозвучали откровенно растерянно: Чарли, безусловно, не знал, как вести себя и что думать, однако, какие-то сомнения в душе его уже зашевелились. На лице отобразилась очень ясная и четкая мысль — а что, если все безумные слова этой девушки правда? На сумасшедшую она не походила, слова ее были исполнены смысла, только смысл этот пока ускользал от бравого капитана, что ему, конечно, не нравилось.
Татьяна глубоко вздохнула и, глядя прямо в растерянные голубые глаза напротив, грустновато улыбнулась.
— Если я скажу тебе… что я дочь человека, которого вы называете мастером?
— Я скажу, что это невозможно, потому как у мастера есть только сын, — мигом отозвался Чарли, однако, тотчас же мотнул головой и неуверенно переспросил, — Дочь?..
— Да, — девушка попыталась собрать мысли в кучку, — Да, Чарли, я его дочь. Только не в этом мире, а в том, другом, нормальном… в мире, где ты действительно не носишься по морям на фрегате, хотя бы потому, что и кораблей-то таких уже нет! В мире, где ты лечишь людей, помогаешь им, где все… все совсем-совсем иначе. И вот в том самом мире браслет и кулон, что носит Альберт, принадлежат мне, как и кошка, Тиона, которая оказалась привязана к нему. В том мире он не выносил ее, терпеть не мог… должно быть, здесь ему приходится, сцепив зубы, выносить ее общество.
— Слушай, я… — капитан закусил губу и, отойдя от собеседницы, оперся о поручень, вглядываясь в морскую даль. Несколько секунд он молчал, а затем резко обернулся вновь.
— Я не знаю, что говорить и что думать. Всю жизнь, сколько себя помню, я был пиратом, добился капитанского звания, заслужил кличку Бешенный… А теперь появляешься ты и говоришь, что на самом деле я — доктор, который просто спит и видит интересный сон?
— Не совсем так, хотя… — Татьяна замялась, не зная,
как объяснить собеседнику то, чего не понимала и сама, а затем махнула рукой, — Хотя да, можно сказать и так. Ты просто спишь и видишь интересный сон.Ответ Бешенного был резок и однозначен.
— Тогда я не хочу просыпаться!
Девушка опешила, а пират уверенно продолжил:
— Моя жизнь всецело устраивает меня, я не хочу быть никем другим! Для тебя пиратство — это ужас, это чужая смерть на кончике моей шпаги, но для меня — это свобода, Татьяна! Я хочу быть свободным, хочу носится по морям и творить, что Бог на душу положит! Я не хочу заключать себя в рамки человечности, это… это просто невозможно для такого, как я, — он на миг примолк, затем продолжил еще тверже и увереннее, — Я дал слово помочь вам, и я помогу, доставлю вас в Англию, прямо ко дворцу мастера. Но если вы хотите опять вернуть тот мир, где я всего лишь жалкий докторишка, иной помощи от меня не ждите. Я останусь пиратом.
— Он хочет остаться пиратом! — Татьяна всплеснула руками, расхаживая по каюте, которую занимал Винсент, — Кулон и браслет в руках Альберта, Тиона тоже, а Чарли хочет остаться пиратом! Как это возможно? Что нам делать?
— Уважать его решение, видимо, — сумрачно отозвался хранитель памяти и, тяжело вздохнув, схватил девушку за плечи, останавливая ее, — Я не понимаю — зачем ты вообще все ему рассказала? Не удивительно, что он подумал, что ты бредишь — кто вот так вдруг поверит, что есть другой мир, где он совсем другой человек? Ладно… — он осторожно выпустил собеседницу и ободряюще улыбнулся, — Когда вернем мир на свое место, у него просто не будет выбора. Он снова станет самим собой, доктором… может быть, даже забудет, что гонял по морям.
— Как по мне, так это нечестно, — Людовик, стоящий со скрещенными руками, прислонившись к двери каюты, нахмурился, — Если откровенно, этот Чарли мне нравится значительно больше, чем тот, из нашего мира — он отважен, он бесстрашен, на него вполне можно положится. Вы видели, как он вел бой? Будь он доктором, нас бы пустили ко дну, но он сумел отбиться! Клянусь, я смотрел и восхищался им — Бешенный действительно впечатляющ… А мы хотим отобрать у него это, опять засунуть его в шкуру докторишки и заставить вести прием больных? Но ведь он счастлив!
— В нашем мире он тоже был счастлив! — отрезала девушка, — Не говори глупостей, Луи, Чарли не может остаться пиратом! В нашем мире просто… просто нет для этого места. К тому же, сейчас речь идет не только о нем, но и о силе Альберта — если кулон и браслет в его руках, разве мы сумеем одолеть его?
— А у нас нет выбора, — Роман, тоже присутствующий на этом военном совете, легко пожал плечами, делая шаг вперед, — Или что, ты предлагаешь прибыть в Англию, вежливо извиниться перед дядей за то, что побеспокоили и, если он не пожелает культурно сдаться, спокойно положить головы на плаху?
— Этого я не предлагаю, — Татьяна глубоко вздохнула, силясь взять себя в руки и найти в сознании хоть какое-нибудь конструктивное решение, — Я просто не знаю, что нам делать. Если Альберт, этот великий мастер, даже сильнее, чем мы думали…
— Погоди-ка, — Луи, хмурясь, задумчиво куснул себя за губу, — А что это Роман говорил мне насчет твоей беседы с Анхелем? Вроде он рекомендовал пытать Тьери, чтобы добиться результатов?
Винсент, от которого эта часть событий как-то ускользнула, изумленно приподнял брови, тотчас же сдвинул их и, замотав головой, останавливающе вытянул руки.