Gekkou

– Совершенно верно. Вот почему я собираюсь попросить тебя об услуге, Нономия-кун. Пожалуйста, помоги мне.

А затем, словно исполняя мелодию, она произнесла следующее:

– Я хочу, чтобы мы начали встречаться.

Эти слова оказались настолько неожиданными, что мой разум просто опустел.

Чтобы убедиться, я решил спросить ее: «Где встречаться?..», но Цукимори просто ответила: «Это не смешно», и покачала головой.

– Полагаю, не мне тебя критиковать, потому что я сам только что задал нетактичный вопрос, но ты осознаешь, что потеряла отца всего несколько дней назад?

В отличие от Цукимори, мне нужно было имитировать спокойствие. Я наблюдал за всеми ее действиями для того, чтобы понять ее намерения, пока мой мозг работал на полную катушку.

– Ты хочешь сказать, что я опрометчива?

– Если ты именно так ставишь вопрос, то да.

– Значит, ты меня неправильно понял! Именно из-за того, что мой отец скончался, я подумала, что нуждаюсь в чьей-либо поддержке. Разве не романтично будет назвать это «поддержкой моего сердца»? Я не настолько сильна, как все думают, понимаешь?

Конечно, это хорошая причина, но все равно, слишком многое не сходится.

– Тогда почему именно я? Понятия не имею, почему популярная девушка, вроде тебя, выбрала кого-то, вроде меня.

Цукимори захихикала: «Я и не знала, что ты такой застенчивый, Нономия-кун. Видимо, ты совершенно не понимаешь женское сердце, если спрашиваешь о причине, по которой призналась девушка.»

Ее тон показался мне немного раздражающим.

– Но ты, похоже, тоже совершенно не понимаешь мужское сердце. По крайней мере, я не настолько простодушен, чтобы без сомнений пойти на поводу у красавицы. Бесплатный сыр только в мышеловке, не так ли?
– подколол я ее в ответ.

– Неужели? Я была уверена, что парням нравится, когда им признается девушка.

Ее уверенность настолько поразила меня, что я ненадолго потерял дар речи.

– Согласен… Мы достаточно просты, чтобы радоваться этому, но вот ответ – это другое дело.

Мне не хотелось думать об этом, но она была права. Я втайне гордился собой за это признание, которому все будут завидовать.

– Нравится ли тебе кто-нибудь, Нономия-кун?
– внезапно спросила Цукимори, так же легко, как официантка, спрашивающая посетителя о заказе.

– Нет.

На долю секунды передо мной промелькнуло лицо Усами, но ни она не нравилась мне настолько сильно, чтобы инстинктивно назвать ее имя, ни я не был настолько прямолинеен, чтобы ответить честно.

– Ну, тогда встречаешься ли ты с кем-нибудь?

– Разве ты правильно спрашиваешь? Обычно эти вопросы задают в обратном порядке.

– Неужели? А может, ты встречаешься с той, которая тебе не нравиться?
– ответила она с задумчивым выражением лица.

– Думаю, я наконец-то понял, почему парни говорят, что все слухи о тебе могут оказаться правдой.

Я демонстративно пожал плечами.

– Эти слухи просто слухи, а ты не похож на того человека, на которого они имели бы влияние, Нономия-кун.

– Почему ты так уверена? Даже я поосторожничаю, если услышу какие-нибудь плохие сплетни.

– Если хочешь, я могу рассказать тебе, какие из них правда, а какие нет. Взамен…

– Надеюсь, ты не хочешь сделать условием мое согласие встречаться с тобой?

– Ты понимаешь меня с полуслова!

Цукимори ничуть не застеснялась, вместо этого она даже слегка улыбнулась.

– Как будто я соглашусь на таких невыгодных условиях!
– на этот раз именно я был захвачен врасплох.
– Я и не подозревал, что ты такая.

Я плясал под ее дудочку от начала до конца. Все возможные ответы, которые я продумал для этого разговора, провалились один за другим.

– Так я выражаю тебе свое уважение, Нономия-кун! Ты человек, с которым я хотела бы встречаться. Думаю, нет смысла показывать тебе только свою внешнюю оболочку.

– Благодарю за уважение, но разве ты не принимала в расчет мой отказ?

– Я готова немного потерпеть для того, чтобы получить то, что хочу. Если ты боишься боли, то никогда не получишь того, чего действительно желаешь. Вообще-то, если я просто приоткрою несколько карт, это даже нельзя будет назвать болью.

– Какая самоуверенность! Неудивительно, что девушки из нашего класса добавляют суффикс «сан» к твоему имени.

– Я тоже не знала, что ты такой настороженный человек. Я была уверена, что ты позволяешь всему идти своим чередом.

– Я более чувствительный, чем ты думаешь. А также немного противоречивый. И я, разумеется, не настолько безрассудный, чтобы заниматься тем, что не имеет для меня никакого смысла, или тем, с чем я не согласен.

– Неужели ты просто не любишь делать то, что тебе неинтересно?

– Можно и так сказать. В любом случае, если я начну с тобой встречаться, то потеряю свое душевное спокойствие. Просто я веду не настолько активную жизнь, чтобы свыкнуться с всеобщим вниманием, вот и все.

– Жаль, что ты такой упрямый, Нономия-кун, - сказала она и замолчала.

Мы погрузились в мучительную тишину.

Даже крики, раздающиеся со спортплощадки, казались очень громкими внутри тихой библиотеки, и я даже слышал шелест ее юбки, когда Цукимори перекинула ногу на ногу.

Взгляд Цукимори бесцельно блуждал по воздуху, словно она о чем-то размышляла.

Даже такие привычные действия походили на сцену из кино, скрашивая ожидание следующих слов и не давая мне заскучать.

Затем я увидел спокойные движения ее губ.

– Если я скажу причину, по которой выбрала тебя, выполнишь ли ты мою просьбу?

Я сглотнул. В моем воображении она попала прямо в цель и заявила, что причина была в том, что я обладаю рецептом убийства.

Этот ответ был бы абсурден, но поскольку Цукимори, похоже, весьма непредсказуема, то и такой вариант нельзя исключать. В конце концов, Цукимори спокойная, целеустремленная и невероятно умная.

Именно такая девушка подступала ко мне. Ничего не могу поделать с тем, что ожидал какого-то подвоха в ее просьбе встречаться с ней.

– Очень может быть, - ответил я, тщательно подбирая слова.

И только я договорил, как она прищурила один глаз и хитро улыбнулась.

– Потому что мне нравится твоя внешность. Было бы гораздо лучше, не будь ты таким брюзгой.