Госпожа

– Разумеется, продолжай.

* * *

Нора оставила Гриффина и уехала в надвигающуюся ночь. Всю дорогу она обдумывала игривую месть для Уесли. Она собиралась сделать кое-что, чтобы наказать его за то, что он оторвал ее от ночи хорошего секса, массажей, извращений, еще раз секса и восьми самый впечатляющих дюймов мужественности во всем Ист-Виллидже. Она придумает кое-что хорошее. Как и всегда. Может, добавит тампоны в список покупок. Это может быть слишком жестоким. К тому же, у нее нет месячных из-за внутриматочного контрацептива. Не то, чтобы Уесли знал об этом. Тампоны и крем от инфекции. Так и сделает. И презервативы, и смазку, ароматизированные. Это разожжет его девственное воображение, верно? Она быстро обдумала внести батончики Херши в список, но это будет жестко даже для нее. Девственность Уеса была его выбором, но он не просил о диабете первого типа.

Но серьезно, он заслужил небольшую пытку за то, что заставил ехать всю дорогу в Веспорт из города только ради того, чтобы привезти ему инсулин и прочитать курсовую. Она поняла, что улыбается, обдумывая различные пытки. Черт возьми, почему это доставляет ей столько удовольствия? Она завернула на их улицу и нахмурилась. Там, на ее чертовой подъездной дорожке, стоял желтый жук Уеса. Какого черта? Если он дома, зачем ему нужно, чтобы она привезла шприц? Этот маленький засранец заставил ее отказаться от ночи с Гриффином без какой-либо на то причины?

Готовясь к ссоре, Нора ворвалась в парадную дверь, открыла ее и внезапно была усыпала конфетти.

Конфетти?

По середине гостиной, прячась за букетом белых роз, стоял Уес, и смотрел на нее поверх лепестков.

– Уесли... какого черта?

– С Днем Рождения, - сказал он, широко улыбнувшись, и снова спрятался за букетом.

– Что... ты...
– Нора выхватила букет из его рук и уставилась на него.

– Не смотри так удивленно. Я убирался в твоем кабинете и нашел какие-то бланки для страховой компании. Теперь знаю, что у тебя повышен холестерин и твой день рождения 15 марта, который должен...

– Сегодня, да. Не напоминай.

– Я напоминаю тебе. Как и они.
– Он кивнул на цветы.

– Ты убиваешь меня, малой.

– Не депрессуй. Тебе только тридцать...

Она закрыла его рот, чтобы помешать ему произнести ее возраст.

– Хороший мальчик.
– Она убрала руку.

– Не бесись, Нора. У тебя осталось, по крайней мере, еще несколько лет.

Нора взяла розы и шлепнула букетом по его заднице.

– Ай. Эти были с шипами.

– Знаю. Поэтому и ударила ими.

Уес схватил ее за плечи и развернул к кухне.

– У меня подарки для тебя.

– Ты не должен, - сказала Нора.
– Я ненавижу свой день рождения.

– Грубо. Нравится тебе или нет, мы отпразднуем.

– Мне не нравится. Я могу сказать стоп-слово?

– Неа. Смотри.

На кухонный стол Уес водрузил праздничный торт с ее именем и два завернутых подарка.

– Ты купил мне торт? Ты же не можешь есть торты.

– Могу, хоть и всего кусочек. Но ты можешь съесть его весь. А подарки сможешь открыть попозже. Сначала я отведу тебя на ужин.

– Ты пытаешься раскормить меня, чтобы я стала толстой?

– Я не хочу, чтобы ты истощала.

– Это работает.
– Она протянула руку, и, схватив кусок торта, запихнула тот в рот. Она немного увлеклась слизыванием глазури с пальцев, в то время как за ней наблюдал Уес.
– Определенно работает.

– Говоря о работе...
– Уес осмотрел ее с головы до сапог и приподнял бровь.
– Ты сказала, что была дома.

– Соврала.

– Знаю. Я был здесь, когда звонил. Ты была на работе, верно?

– Типа того. Девочка зарабатывала деньги.
– И оргазмы.

– Я не хотел подловить тебя. Я хотел, чтобы ты приехала домой вовремя, и мы смогли отпраздновать.

– Мы поедем на вечеринку?
– Нора знала, как отрываться. Она могла отпраздновать с лучшими. Кингсли, его командой, кучей денег, избытком алкоголя, дорожками незаконного вещества или даже двумя, и проснуться верхом на Гриффине или Кингсли или…

– Да, отпраздновать. Мы сходим на ужин и возьмем напрокат несколько фильмов.

– Мы устраиваем специальный выпуск «Нора нагоняет упущенное за последние пятнадцать лет из Ванильного Мира?»

– Да, я взял «Матрицу».

– Никогда не смотрела.

– Тебе понравится. Отсылка на Алису в стране чудес, тайные общества, теология, люди в коже и латексная одежда...

– Ниндзя?

– Типа того.

– Я в деле. Итак, подарки? Да? Я вижу их. Я открываю их.

– Никакого открывания подарков. Не сейчас.

– Неправильный ответ, - сказала Нора, протянув руку к первой коробке.

– Эти подарки не тебе.

– Нет? Тогда почему они на моем столе? Все что на моем столе - мое. Поэтому, запрыгивай.

Она ожидала, что Уес покраснеет, как всегда делал, когда она флиртовала с ним, но нет. Не в этот раз. Вместо этого он сделал так, как она попросила, и сел на край стола. Она стояла перед ним и положила руки на его колени. Черт возьми, этот малой убьет ее. Эти взъерошенные светлые волосы, милое лицо, огромные карие глаза... Смотреть на эту улыбку было подобно взгляду на солнце. Она даже начала вставать раньше каждый день, чтобы застать его выходящим из душа с полотенцем на талии и капельками воды, стекающими по его молодому мускулистому телу. Если бы он знал о тех фантазиях, в которых она развлекалась с ним....

«Смотри, но не трогай», - напомнила она себе.

– Во имя «Матрицы»...
– он начал и накрыл ее руки своими.

– Которую я еще не смотрела.

– Я даю тебе выбор. Ты поймешь после того, как посмотришь фильм.

– Выбор чего?

– Ты можешь получить подарки в коробках или... все, что пожелаешь. Можешь получить вещи на столе или то, что таится в кроличьей норе.

Нора изогнула бровь.

– Все, что пожелаю?

– Все, - ответил он.
– Но только если ты решишь прыгнуть в кроличью нору.

– Например замок или путешествие на Ямайку, или кольцо с изумрудом в десять карат?

– Все. Что. Пожелаешь. Назови. Что угодно.

– Уес, дорогой, ты очарователен. Но ты первокурсник. Из Кентукки. Ты переехал ко мне...

Уес поднял руку и прикоснулся пальцем к ее губам.

– Если я скажу, что могу дать тебе все, что ты пожелаешь, ты мне поверишь?

Нора смотрела в его глаза и не видела ничего кроме правды. Эта правда была прекрасна, и она хотела быть частью ее. Все, что она пожелает... от своего Уесли... и она знала, каков будет ответ. Она хотела затащить его в постель и заняться с ним любовью. Хотела научить всему, что знала о сексе, как он хорош, и как правильно соединить свое тело с кем-то и позволить всему миру отойти на второй план, пока не останется ничего кроме тебя, его и нового существа, созданного вместе. Она хотела его девственность в подарок на день рождения, его сердце и тело каждый последующий день. И хотела это потому, что любила его, дорожила им, и не хотела, чтобы кто-то причинял ему боль, поскольку он не хотел этого для нее, хотя она и любила подобное, но он никогда не поймет этого. Ее не волновало то, что он не понимал. Ее заботила его любовь. О да, Нора определенно знала, чего хотела от Уесли на свой день рождения. Она хотела смотреть в эти глаза, когда он войдет в нее первый раз, хотела слышать, как меняется его дыхание с первым толчком, хотела обнимать его до, во время и после, и позволить ему рассказать все, что он чувствовал, и все, что он хотел.