Хранительница

– Это плохо, что я хочу сделать так, чтобы моя девушка почувствовала себя хорошо?

Мой большой палец осторожно надавил на клитор, дразня её.

– Н-нет, – заикаясь, ответила она.

Моя девочка.

– Значит, хорошо, да?

– Да, Деметрио.

Её светлые ресницы затрепетали, когда она стала ёрзать на месте, самостоятельно потираясь об меня, потому что я медлил. К слову, это убивало меня не меньше её, но как же было приятно видеть мучения Ангела. То, что она изнывала по моим прикосновениям.

Она кончила прошлой ночью после того, как я ушёл? И сделала это, вспоминая обо мне и нашем поцелуе?

– Господь велит нам быть честными со своими желаниями.

Мои пальцы медленно проникли под шов её трусиков, и я едва не застонал, узнав, как она чувствуется под всей этой одеждой. Мягкая, гладкая и мокрая.

Нас выгонят из церкви, если я опущусь на колени или разложу её на одной из этих скамеек, чтобы попробовать её своим языком?

Она не представляла, насколько сильно я был голоден.

– И твоё желание – это взять меня здесь?

Взять, как грубо.

Я собирался любить Эбигейл в постели и за её пределами.

Но хорошо, что она не забывала, что любовь, которой занимались люди, была многогранна.

Однако я собирался любить её так, как ей того хотелось. Грубо или ласково, мне было без разницы. Я научусь делать так, как она мне повелит.

Перестав исследовать киску девушки, вернулся к её клитору и стал работать над ним, зная, что это принесёт ей волну удовольствия, которую мы оба хотим получить.

Я наклонился ближе к Эбигейл, чувствуя, как она трясётся под моими прикосновениями. Её оргазм близок? Насколько?

– Моё желание – это ты, – прошептал я, коснувшись кончиком носа её покрасневшей щеки. – Везде. Каждую минуту.

Она пискнула, сжала бёдра, удерживая мою руку между ними, и с силой впилась зубами в нижнюю губу, когда по её телу пробежала дрожь, которую я смог ощутить.

Мой член был уже твёрд, но когда Эбигейл опустила ладонь на ногу прямо рядом с ним, я вполне мог кончить раньше неё. Икры покрылись мурашками. Она не понимала, как действует на меня.

Я сгорал изнутри.

Пальцы скользили между её складок. Я хотел увидеть, как они выглядят. Хотел запомнить, чтобы вспоминать о них, когда мне придётся проводить время в своей постели и душе без неё.

Бессонные ночи были обеспечены мне.

Я был уверен, что больше не смогу спокойно засыпать, не вкусив её перед этим.

Неожиданно позади хлопнули двери и послышались шаги.

– Кажется, у нас гости.

Я не стал оборачиваться. Эбигейл же, испугавшись, сделала это и её лицо вытянулось от страха быть пойманной.

Я бы немедленно прекратил то, что начал, если бы ей правда было страшно и неудобно перед всеми этими людьми и Богом, но её киска, заглатывающая мои пальцы, стала делать это ещё более жадно.

Так что – нет. Продолжаем.

Но я хотел сделать паузу, чтобы вытащить руку из-под её длинной юбки и попробовать свои пальцы на вкус. Узнать её вкус. Если бы кто-то оказался с другой стороны от неё, он бы смог почувствовать аромат её возбуждения, которым я не собирался делиться.

Поэтому не стоило приближаться к нам и смущать моего Ангела.

– Не хочешь, чтобы они узнали? – спросил, прошептав ей на ухо. – Будешь вести себя тихо?

Эбигейл закивала, безусловно соглашаясь со мной.

– Здесь, – предупредил я. – Когда мы окажемся там, где никто точно не сможет увидеть тебя, ты будешь кричать. Позволишь мне не только трогать, но и смотреть на тебя, так?

С каждой секундой приближение незваных гостей становилось всё более ощутимым. Мою спину жгло от пронзительного взгляда.

– Тебе лучше ответить мне до того, как они доберутся до нас.

– Так, – выдохнула Эбигейл. – Да, это так, Деметрио.

И я наклонился, будто хотел поправить шнурки, которых не было на моих туфлях, ровно в тот момент, когда две прихожанки замедлили свой шаг, проходя мимо нашей скамьи. Я добродушно улыбнулся им, встретившись с ними взглядом, в то время как мой большой палец надавил на пульсирующий клитор Эбигейл, чтобы она сделала то же самое, и они последовали далее, больше не обращая на нас внимания.

Я повернулся обратно, выпрямившись на месте, и заметил, что улыбка всё ещё не сошла с лица девушки, потому что её голубые глаза до последнего провожали тех, кто чуть не поставил нас в очень неудобное положение.

– Представь, что бы они подумали о нас, увидев, где моя рука находилась всё это время?

Я никак не хотел убирать её оттуда, но был согласен сделать это при условии, если рот заменит её.

– Как бы ты попыталась оправдать нас, Святая Дебора?

Эбигейл приоткрыла рот, удивившись тому, как я назвал её, скорее всего не зная, что Святую звали её именем.

– Господь велит нам быть честными со своими желаниями, – ответила она, повторив за мной.

Мой член дёрнулся в брюках, до боли врезавшись в ширинку.

Исповедальная была всё ещё занята? Я обернулся, чтобы проверить это.

Да, грёбаные грешники!

Мои движения стали грубее. Я вталкивал и выталкивал пальцы из киски девушки, заставляя её задыхаться. Наслаждение Эбигейл пропитало кожу. Надеюсь, её запах сохранится на ней.

Мне стоило огромных усилий просто сидеть рядом, не позволяя себе кусать, целовать и облизывать всё, что принадлежало ей.

Её шею, её губы, её грудь, которая поднималась и опадала прямо как тогда, когда она легла спать в моей футболке. Она так плотно натянулась на её затвердевших сосках, что я стал испытывать жажду и нуждаться в том, чтобы выпить воду, которую принёс для неё.

– Это я?

Эбигейл нахмурилась, не отводя глаз от женщин, устроившихся на скамейке перед нами. Не совсем близко, но и не так далеко, чтобы при желании не расслышать всхлипы, создаваемые там, где мои пальцы приносили муки Ангелу.