Иллюзия

Юго почувствовал, как у него сжалось сердце, когда он подумал, что они могут на этом не остановиться и попытаться самостоятельно проследить за убийцей. Нет, они не станут.

А почему бы и нет? Если Лили заметит что-то подозрительное… У нее все задатки разведчика. Она осторожная. Так ли он в этом уверен? Чтобы отомстить за Алису. Чтобы защитить его самого.

Юго топнул ногой. Не делай этого, Лили. Умоляю, не делай глупостей.

Двадцать два тридцать. Если после собрания и были какие-то разговоры, то они уже закончились. Группа вместе с убийцей разошлась. Если он еще не успел забрать ключи, то как раз сейчас находится в кабинете Адель. А Джина? Она была ужасно расстроена тем, что они вчера на нее вывалили. Она способна на все. Особенно выпить две бутылки, явиться на встречу совершенно пьяной и все испортить. Юго представил себе, как она, набравшись до беспамятства, выкладывает все, что знает, обвиняя наобум то одного, то другого в том, что они все провалили. Нет, хоть она и поддает, но умеет держаться.

Затем он вспомнил о том, что она рассказала ему, пока они ждали Лили. О ее кошмарах. Это показалось Юго знакомым. Поначалу Джина стеснялась, ей потребовалось какое-то время, чтобы расслабиться, и выпивка тогда ей помогала. Вот она и стала все больше пить.

Потому что ей чаще стали сниться кошмары? Во всяком случае, он так понял. Как и мне? Когда он давал волю своему буйному воображению, то страдал от смеси страшных снов и бреда… Да, но такого с ним никогда раньше не случалось! Дошло до того, что на лестнице он был вынужден повернуть назад, потому что испугался. Или убедил себя, что в бассейне рядом с ним находится какое-то существо. Вплоть до приступа паники в лифте…

Может, у них с Джиной есть что-то общее? Почему тогда не с Лили? Потому что она здесь уже три года. Она успела привыкнуть. Какие выводы можно сделать? Надо спросить Лили, не пережила ли она нечто подобное. Нет, невозможно. Он устанавливает какие-то ложные логические связи и соединения. Это нелепо. А если все не так? Если сам курорт провоцирует кошмары у его обитателей? И что тогда?

Двадцать три часа. Почему его еще нет? Неужели ждет, пока все улягутся? Юго вдруг запаниковал. Почему он попросил Лили прийти в полночь? Слишком рано! Что, если она столкнется с ним? Если он на нее нападет? Нет, нет и нет, этого не случится. Юго сжал кулаки. Ключи! Подумал он с улыбкой. Если убийца все еще находится где-то между хранилищем и офисом Адель, Лили не найдет ключей в ящике и поймет, что нужно держаться подальше. Да, он может ей доверять. Она на редкость умна.

Двадцать три часа двадцать одна минута. В комнате наверху раздался металлический скрежет, и у Юго заколотилось сердце. Он тут же выключил свет и прижался к стене. А вдруг Лили не успела опередить убийцу?

Нет, это он! Наверху лестницы послышались шаги. Юго слышал звук собственного дыхания, слышал, как со свистом втягивает носом воздух. Он приоткрыл рот, пытаясь успокоиться.

Я плохо спрятался. Если он повернет направо, то наткнется на меня. Когда Юго ходил за фонарем, он взял в мастерской нож и бритву для разрезания коробок. Но сейчас они лежали в рюкзаке, зажатом между его щиколотками, и он не решался пошевелиться, боясь вызвать малейший шорох. Он сжал зубы, ругая себя последними словами. Но было уже поздно.

Кто-то спускался по лестнице, Юго видел неровное скольжение луча света. Еще чуть-чуть – и он все узнает. В ведущий сюда лаз мог сунуться только убийца, любой другой остановился бы в кладовой со взрывчаткой.

Никому другому здесь нечего делать в это время суток. Это он. Кто еще может прийти сюда сразу после того, как Джина показалась в наряде Алисы? Только он!

Свет стал ярче, в коридоре послышались шаги. Сердце Юго колотилось в груди так громко, что ему казалось, будто его слышно повсюду. На лбу выступили капли пота. Он слишком тяжело дышал. Чересчур тяжело.

Белый луч почти добрался до ботинок Юго, тогда он поджал под себя ноги и подался назад на десять сантиметров, до самого предела.

Появился убийца – юркая фигура, стремительно выскочившая из-за поворота, прежде чем повернуться к Юго спиной и метнуться в другую сторону, чтобы осмотреть груду одежды.

Фонарь перемещался вверх-вниз, затем вправо-влево, так что силуэт оказался против света.

Это убийца. Черт возьми, это убийца!

План Юго сработал. Но он не испытывал ни малейшего удовлетворения. Он был в ужасе. Ладони стали влажными. Все оказалось реально. Правдоподобно. Убийца прямо здесь, менее чем в пяти метрах от него. Человек, который сперва замыслил, а затем осуществил убийство другого человека. И не впервые. Слишком много одежды в этой груде.

Серийный убийца.

Не знающий ни малейших угрызений совести, ни малейших колебаний, когда нужно вонзить клинок в чужую плоть или со всей силы затянуть петлю на нежном горле.

А если он меня слышит…

Теперь убийца рылся в одежде.

Затем свет стал ровным, и Юго увидел его профиль.

И сразу же узнал его.

Но это было невозможно.

60

Промозглое подземное помещение превратилось в раскаленную печь.

Пот струйками стекал по лбу, на мгновение застревая на бровях, а затем обжигал глаза.

Но не мешал видеть. Юго узнал убийцу.

Он с трудом мог поверить. Это было несовместимо со всеми его логическими построениями. Все потеряло смысл.

В смятении Юго дернулся, ударился локтем о камень и замер.

Не двигаться. Он задержал дыхание.

Тот человек находился поблизости от него, но ничего не заметил; наконец он выпрямился и издал глубокий вздох, такой долгий и свистящий, что Юго на мгновение показалось, что это дышит он сам, что его собственное тело предает его. Убийца пнул ногой груду вещей. Он увидит меня, когда повернется. Проклятье, он увидит меня прямо перед собой!

Юго должен отреагировать. Опередить его. Он все еще успеет воспользоваться эффектом неожиданности. Но ноги отказывались повиноваться, руки висели как плети. Если я достану нож… Но на что можно надеяться в поединке с профессиональным убийцей?

Тело совершенно обмякло, он был полностью выхолощен, а тот, другой, напротив, – напряжен до предела, привычный к такого рода противостояниям, он положит Юго на обе лопатки одной левой, затем замахнется клинком, и Юго почувствует, как холодная сталь пронзает кожу, рассекает хрящи и, вызывая чудовищную боль, проникает в сердце, потом кровь захлестнет грудную клетку, и последнее, что он увидит, будет безжизненный взгляд убийцы, не испытывающего ни малейших колебаний. Но я должен хотя бы попытаться. Но он не мог.

Фонарь на другом конце комнаты комнате повернулся и сфокусировался на Юго. По крайней мере, в его направлении, понял он, сдерживая слюну, чтобы не слишком громко сглотнуть.

Убийца подходил все ближе. У Юго кружилась голова. Фонарь разгорелся ярче, луч изменил направление, и человек вслед за ним направился вверх по проходу.

Он удалялся. Он не заметил меня. Юго с трудом держался, но все-таки ему удалось дождаться, когда хлопнет металлическая дверь, подтверждая, что посетитель ушел. Он чуть не потерял сознание. Когда воздух вернулся в легкие, он вдруг осознал, что какое-то время вообще не дышал. В ушах звенело, а перед глазами, вероятно, плавали черные круги, хотя он ничего уже не видел. Юго нажал на кнопку и включил фонарь.