Исповедь убийцы

— Первой помощи. И ты не забыл, кто я по своей будущей профессии? А в Гильдии нас когда-то погоняли знатно! Особенно на полевых испытаниях…

Тут я прикусила язык и приняла самый легкомысленный вид из всех возможных в своём театральном арсенале. О прошлом во время обучения ремеслу охотника я старалась не распространяться, о нём не знала даже Кристал, которая часто выступала для меня в качестве личной утешительной жилетки. А тут я взяла и проболталась… И кому? Вампиру!

— Полевые испытания? Так они и правда ещё проводятся? А я думал, от них отказались из-за риска потерять молодых охотников…

— Откуда ты вообще о них знаешь? Это закрытая информация! — спросила я сердитым шёпотом, а затем открыла учебник и поставила его на парту так, чтобы обложка закрывала низ моего лица от соседей и миссис Стрит. Теперь я как бы слушала о наследовании болезней.

— Не одна ты имеешь много друзей, — пожал плечами Питер и скопировал мою тактику со своим учебником. — Мне говорили, что на этих испытаниях вас отправляют на особый полигон, а потом ждут, кто дойдёт до выхода и тем самым победит остальных. Его награждают званием охотника и позволяют присоединиться к боевой группе. Собственно, это всё, что я знаю.

— Хм… Интересно, какая сорока тебе проболталась? За такое преступление её обязаны исключить из Гильдии.

— Так и произошло. Ты встречалась с ней, когда ездила с Нэнси по делам.

— Хозяйка магазина, в котором я нашла книгу Старриджа? — вспомнила я давнюю поездку с вампиршей и более запомнившуюся находку.

К сожалению, в голове не задержался образ бывшей охотницы. Я помнила только то, что она постоянно щёлкала пальцами и много раз кивала, когда с чем-то соглашалась.

— Вижу, с твоей памятью всё в порядке! — сказал Питер одобрительно. — Да, она самая.

— И что ещё ты знаешь?

— Откровение за откровение, Эстер. Сейчас ты должна рассказывать, — покачал головой Кроссман, и я почувствовала, что сама себя загнала в тупик. Зачем я вообще так разоткровенничалась на политологии, если знала о последствиях?

Что ж, теперь наступила моя очередь переживать тяжёлый конфликт с собственными убеждениями. Раз уж я захотела узнать что-то новое о вампирах, мне не пристало упускать такую шикарную возможность разведать обстановку. Но всё же было странно снова приоткрывать дверцу в тех воспоминаниях, которые я поклялась никогда не трогать.

— Хорошо. Что именно тебя интересует? Мне нужна наводка, дальше я сама соображу. Но потом ты ответишь на все мои вопросы без утайки!

— Без проблем, — кивнул Питер и задал вопрос, который меня не удивил, но заставил задуматься, а не проболталась ли бывшая охотница ещё о каком-нибудь секрете Гильдии? — Это правда, что на полевых испытаниях главы Гильдии с помощниками стравливают молодых охотников с монстрами и запрещают наблюдателям вмешиваться? Даже если что-то идёт не по плану?

— Правда. Жаклин с заместителями не раз проводила испытания и каждый раз новичкам было очень сложно, — кивнула я и тут же встала на защиту начальницы: — Тем не менее, при ней всё было мирно и спокойно, никто не пострадал, если не считать сломанные носы, рёбра, руки и ноги.

— А ты? Что было с тобой и твоим «выпуском»? — с непонятным мне упорством спросил Питер, при этом не сводя с моего лица внимательного взгляда. И чего он ко мне привязался?

— «Выпуском» это назвать сложно, нас было всего пятеро, — улыбнулась я против воли, вспоминая события почти шестилетней давности. — Тогда всем заправляли начальники филиалов Бостона, Чикаго и Далласа. Жаклин не допустили до организации испытаний.

— Почему?

— Ходили слухи, что она возразила кому не надо и «не прошла проверку на профпригодность», — ответила я, изобразив в воздухе кавычки.

— А в чём заключалось твоё испытание? Я слышал, их придумывают с учётом способностей новичков.

— Я была неплохим стрелком, и меня поставили прикрывать тылы, — произнесла я без особого желания вдаваться в подробности, однако, взглянув на заинтересованное лицо Питера, решила рассказать ему чуть больше, чем планировала. — У нас было задание истребить стаю ликанов, которые жили в подвале многоэтажки. Я шла последней, чтобы в случае надобности открыть огонь и дать своей группе время отступить и приготовиться к бою. К сожалению, всё пошло не по плану, потому что в роли нападающих нам достались ликаны, сошедшие с ума во время допросов охотников. В итоге моей группе пришлось убегать, только монстры не отставали. Мы извели все патроны, когда наконец-то одолели стаю, а потом я с двумя успешными в медицине охотниками в течение нескольких часов помогала раненым… Извини, но мне не хочется это вспоминать.

— Ты меня тоже извини, но разве это законно? На вас натравили чокнутых ликанов и бросили на произвол судьбы! — воскликнул Питер и в ответ на мой кивок горько усмехнулся. — Ничего себе «забота о подрастающем поколении»!

— Никто же не умер, — довольно легкомысленно отозвалась я и даже засмеялась, хотя ничего смешного в этом не было. Я ведь обманула Питера. На самом деле тогда не обошлось без жертв, и из пяти новичков выжили только трое, но вампиру об этом знать не стоило.

Машинально я потёрла лоб, где между бровями виднелся короткий шрам, похожий на дефис. Им меня «наградил» один из ликанов, после чего я впервые в жизни убила монстра…

Питер постучал пальцем по лбу, показывая, что я сошла с ума, но я только отмахнулась и начала перерисовывать с доски задачу по генетике, которую нужно было решить к следующему уроку. Она оказалась такой лёгкой, что мне захотелось сразу же расписать её на листочке. Что я и сделала, чтобы после звонка подойти к миссис Стрит и забыть об одном из домашних заданий.

Свёрнутый самолётиком тетрадный лист врезался в моё плечо и упал на колени. Я тут же подняла голову и встретилась глазами с Дэвидом, который жестом велел мне прочитать записку. Следовать приказам Линдермана я желанием не горела, но в конце концов любопытство взяло верх над гордостью, и я развернула послание.

Да уж, почерк был далёк от идеального, но хотя бы без труда читался. Корявые буквы, местами съезжающие на нижние строчки, складывались в отнюдь не самое дружелюбное и хорошее письмо:

«У тебя есть неделя на подготовку. В это воскресенье тебя будут ждать на заливе возле обрыва около кривого дерева без листвы. Ты знаешь, где это место. Если захочешь привести зрителей, никто не будет против, но они должны соблюдать порядок. Вмешиваться в дуэль нельзя, помогать тем более!

Проигравший выполняет любой приказ победившего, включая самоубийство.

Мой наставник желает тебе удачи, а также просит принять во внимание его пожелания и не пытаться искать выход.

Помни — он знает о тебе всё».

Последнее заявление выглядело не просто пожеланием, а полноценной угрозой. Я поняла, что Александр следил за мной всё это время. Означало ли это, что у него есть шпионы, о которых нам не известно?

— Что думаешь? — спросила я у Питера, который взял лист у меня из рук и начал читать.

По мере ознакомления с посланием Александра на лице Кроссмана постепенно проявлялись различные чувства: снисхождение, насмешка, удивление, радость, сомнение, тревога и, наконец, ярость. Не сиди мы на уроке, он бы наверняка сорвался с места и проломил Дэвиду голову голыми руками. К счастью для Линдермана и к моему сожалению, мы были среди толпы народа, поэтому не могли ничего предпринять, но понимающими взглядами всё же обменялись.