Исповедь убийцы

– Извините, что задержал Эстер, а потом отнял ваше время, миссис Хайд. Похоже, мне действительно пора идти домой.

Чтобы это сказать, Питер выглянул из коридора и ничуть не удивился, когда увидел, что мама даже не думала вставать и кого-либо провожать. В отличие от меня. Я спокойно вышла вслед за Кроссманом, намереваясь довести его до машины и шепнуть пару слов, которые никак не достигнут ушей моей всезнающей мамы.

– Уроки можешь не открывать. Сумка лежит на стуле около окна. Я попросил Монику сделать всё за тебя, чтобы устроить нам спокойный вечер. Устное, думаю, завтра сама выучишь перед занятиями. Невелика сложность для хорошей памяти, а у тебя она, как у всякого охотника, должна быть изумительной.

– Спасибо тебе. Что бы я без тебя делала?

Я просияла от радости. Мысли о невыполненном домашнем задании уже стали довольно навязчивыми, как бы скучно это ни звучало.

– Не впутывалась бы в истории, связанные с вампирами! – рассмеялся Питер. Внезапно его лицо превратилось в маску. – Будь предельно осторожна, пока Александр не ушёл из города. Теперь он ни на шаг от тебя не отойдёт, потому что очень заинтересовался. Береги себя!

– Я постараюсь. До встречи.

– Я за тобой заеду. Не проспи.

Питер сел в свой кошмарный одр на колёсах и аккуратно вырулил на дорогу. Я стояла рядом с подъездной аллеей до тех пор, пока он не скрылся из глаз. Только после этого я пошла домой, изо всех сил стараясь не оглядываться, чтобы проверить, а не следил ли за мной один из прихвостней Александра. Столкнуться с тем же Бренданом или с Селиной в моём случае означало наделать шума, переполошить соседей, разбираться с Таминой и полицией, после чего ломать голову над тем, как бы объяснить своё поведение Жаклин. Нет уж, пожалуйста, пусть всё будет спокойно и тихо!

– Ложись спать! – крикнула Тамина голосом инквизитора, стоило ей услышать хлопок входной двери.

– Хорошо, – пробормотала я сквозь внезапно навалившуюся сонливость.

Не особо осознавая, что делаю, я сняла с себя пальто, повесила его на вешалку и куда-то поставила сапоги, надеясь, что утром их найду.

Абсолютно не воспринимая реальность, я поднялась в свою комнату и упала на кровать, не потрудившись раздеться. Опять. В окно светила луна и мешала окончательно заснуть.

– Да что это такое! – проворчала я, вставая и задёргивая шторы.

В какой-то момент мне показалось, что кто-то наблюдал за мной с вершины дерева, росшего на лужайке перед домом. Несмотря на предательскую дрожь в коленях я заставила себя проверить замок на окне, потом плотно соединить верхний слой портьер, отсекая спальню от внешнего мира. Чтобы совсем успокоиться, я даже сделала дыхательные упражнения и проворчала себе под нос, слушая, как Тамина тяжело поднимается по ступеням на второй этаж:

– Тьфу, паранойя!

*Бой при Марстон-Муре (2 июля 1644 года) — сражение за Йорк, разгоревшееся в ходе английской Гражданской войны. Ознаменовало коренной перелом в ходе войны.

**Оливер Кромвель — английский государственный деятель и полководец, вождь индепендентов, руководитель Английской революции, в 1643—1650 годах — генерал-лейтенант парламентской армии, в 1650—1653 годах — лорд-генерал, в 1653—1658 годах —лорд -протектор Англии, Шотландии и Ирландии.

====== Волки лазиют по полкам, только вроде как без толка... ======

Мне приснился странный сон. Странный и страшный в своей реалистичности. Из разряда тех, после которых во всех фильмах герои резко садились на кровати, тяжело дыша и обливались потом.

Я в незнакомом лесу. Глубокая ночь не позволяет разглядеть ничего конкретного дальше нескольких дюймов. Падает хлопьями снег, дует обжигающе холодный ветер, напоминая о зиме. Вокруг ни звука, если не считать собственного хриплого дыхания…

И тут раздаётся пронзительный волчий вой, заставляющий меня испуганно вздрогнуть!

Я мгновенно срываюсь с места и бегу прочь от источника звука, но ноги сами несут меня к поляне, угадывающейся ярдах в двадцати* впереди. Внезапно из-за туч выглядывает полная луна, больше похожая на слегка размытый из-за облаков серебристый круг. На поляне вырисовываются две фигуры. Издали мне кажется, что это собака и её хозяин, который увлекается дрессировкой в ночное время, но вот я приглядываюсь внимательнее и понимаю – друг напротив друга стоят Питер и Анита. Каждый в своём устрашающем облике вампира и ликана, легендарных убийц из человеческих преданий и хроник Гильдии охотников.

Мне становится по-настоящему жутко в это мгновение. Жутко и очень холодно. Будто в меня вбивают ледяные колья и сверху припорашивают снегом. До последнего мига я не понимаю, что задумали мои знакомые из реального мира. Но вот огромный волк пригибается, наклоняет голову к самому снегу, готовясь к прыжку. Под толстой шкурой бугрятся и приходят в движение стальные мускулы. Питер сгибает колени и шипит, а в его горле что-то клокочет, и невероятно длинные клыки, похожие на тонкие иглы, очень хорошо видны в лунном свете. Анита отвечает низким рыком и бросается в атаку.

Я вскрикиваю, метнувшись наперерез, но вижу, что опаздываю. Клыки ликана смыкаются на шее вампира, круша кости, стирая позвонки в мелкую крошку. По бледной коже чёрным потоком хлещет кровь, и глаза Питера удивлённо распахиваются, чтобы через мгновение потускнеть. Зрачки расширены, руки дёргаются вместе со всем телом, а Анита довольно ухмыляется, когда отпускает свою жертву, и начинает облизываться. Я что-то ей кричу, пытаюсь угрожать и…

Глаза испуганно распахнулись, возвращая меня в реальность.

Перед собой я видела знакомый белый потолок с люстрой. Сквозь плотные шторы просачивался тусклый свет зимнего солнца. На прикроватном столике стояли часы, на которых высвечивалось семь утра. Пора было вставать и начинать новый день, полный интригующих, но крайне утомительных происшествий. Откуда у меня появились такие мысли? Ответ был прост – а разве хотя бы один мой день в Стоунбридже был нормальным?..

Из кухни сквозь неплотно закрытую дверь доносилось звяканье чайной ложки в кружке – мама готовила себе кофе. Как и всегда, она делала это очень громко и жизнеутверждающе. Обычно это означало, что она ещё не ложилась в постель и только собиралась спать. Да-да, именно после кружки кофе Тамина засыпала сном младенца до позднего обеда, а потом вставала бодрее огурчика. Я когда-то пыталась, уповая на общие гены, взять с неё пример, но в итоге всю ночь безрезультатно прокрутилась на кровати с бока на бок, пока мне не надоело, и я не побежала на тренировку в Гильдию. После пары часов фехтования или занятий в тире меня можно было укладывать на любую поверхность – результат не менялся. Я тут же погружалась в объятия Морфея, вымотанная до предела.

Этим утром я поднялась с кровати в омерзительном настроении. Мне всё не давал покоя мой новый пугающий сон. Уже в который раз мне снилась драка между сверхъестественными существами, куда я так стремилась встрять с угрозами и рвением кого-то от кого-то спасти. Обычно большая часть моих снов имела жутковатую тенденцию становиться явью, если повторялась несколько ночей подряд. Если и этот сбудется, то все мои планы и гениальные задумки Жаклин полетят псу под хвост, а я наверняка наживу себе ещё одного смертельного врага в лице Симоны Кроссман. Она не простит мне гибель любимого сына.