Медвежатник
Шрифт:
– Прикрываетесь все государственной важностью. Вот последняя поездка, какая там важность, подсунули Аньку...
– Эта самая удачная операция. Смотри, - капитан из кармана вытаскивает знакомые чулки Мэри, разворачивает их и бросает на документы, переливающуюся игрой света, широкое колье с крупным камнем по центру.
– Знакома?
– Знакома.
– Ну вот. Теперь Мэри наша. Эта авантюристка, принесет нашей разведке в два раза больше пользы, чем кто то другой. А это и есть государственная важность. Я уже не говорю про Одессу...
– Отпустите меня,
– Нет, дорогой. Ты теперь, будешь играть самую ответственную роль в операциях за рубежом.
Я в отчаянии. Капитан забирает колье, опять заворачивает его в чулки и прячет в карман.
– Собирайся в командировку. Поедешь в Италию.
– У меня трудности с работой. Мне надо выдумывать какой то повод, чтобы убраться в вашу командировку.
Павел Леонидович задумался.
– Пожалуй надо вмешаться. Очень не хотелось этого делать, но... Ладно, жди и не рыпайся, тебя вышлют в командировку.
Через два дня отец Вари вызвал меня к себе в кабинет. Вид у него немного испуганный.
– Максим Георгиевич, тут пришла на вас бумага из комитета.
Последнее слово он произнес шепотом. Его рука передает мне лист и чуть вздрагивает. Это письмо из КГБ с просьбой выслать в их распоряжение ведущего инженера Караваева на неделю для проведения технической экспертизы...
– Здесь сказано, что я должен выехать завтра...
– Да, да, конечно, мы сейчас командировку оформим. Но почему вас, Максим Георгиевич?
– Не знаю.
– У нас есть другие... способные инженеры...
– Наверно они узнали, что я толковей их.
– Сомневаюсь...
– Вы не согласны с комитетом?
– Нет, нет, нет. Отправляйтесь в командировку.
Я передаю ему письмо и вижу, как внимательно он смотрит на меня.
– Я хочу вам сказать, - как то неуверенно тянет он, - я немного ошибался в отношении Вари, понял, что нельзя кнутом добиться справедливости, поэтому прошу вас, не позволяйте ей делать глупости, она вас больше уважает, чем меня.
– Хорошо, я постараюсь.
– Значит договорились, - облегченно говорит он.
Ты струсил, подумал, что у меня связи с КГБ, - подумал я.
Варя сидит у меня в квартире и недоумевает.
– Максим, ты от меня ничего не скрываешь?
– Да, нет.
– Почему же они так часто тебя используют?
– Там, в письме, написано, для консультации...
– Папа мне говорил об этом и еще возмущался, что есть инженеры и получше, однако выбрали тебя. Он подозревает, что ты сексот.
– Пусть. Это его дело. Помнишь, я говорил, что они пытаются переманить меня к себе в технический отдел?
– Помню.
– До сих пор напоминают об этом, а теперь даже отрывают от работы.
– Что же с нами будет?
– Ты повторяешься. Я думаю, съезжу к ним, поговорю окончательно...
– Папа говорит, что кто попал к ним в лапы, тот до конца жизни не выкрутится.
Я насторожился.
– Ты что-нибудь ему рассказывала?
– Так... сорвалось однажды. Я рассказала маме, что тебя приглашали к ним
на работу, та передала об этом папе, а он испугался. Решил, что ты доносчик.– Это ты сделала конечно зря.
– Я это поняла, но потом. У меня был крупный разговор с моими родичами. Я решила уйти из дома.
– И когда был разговор?
– Час назад.
– Так... Где вещи?
– Я ушла без всего.
– Веселенькое дело. Ну что же, принимай хозяйство, хозяюшка.
Варька повисает на моей шее.
– Я ведь знала, что ты меня никогда не прогонишь.
– Чтобы ты была в этом уверена, я торжественно вручаю тебе второй ключ.
Я из тумбочки достаю ключ и протягиваю ей.
– Заметано.
В управлении меня встречает сам полковник Швелев Сергей Романович.
– Здравствуйте Максим Георгиевич. Последнее время, мы стали чащи видеться и это меня радует.
– Здравствуйте товарищ полковник. Только мне бы очень хотелось работать там... в институте и совсем не думать о вас.
– Вы отважный, молодой человек, не все могут так раскрыть свои мысли в нашем присутствии. Я хочу вам напомнить наш договор. Мы вас не сажаем за грабежи в тюрьму, а вы за это, выполняете наши поручения. Выполняйте и хватить ныть. Я не желаю, чтобы вы больше заикались о какой то свободе. А теперь к делу. Вон на столе чертежи сейфа, находящийся в одном местечке в Италии. Вам надо его вскрыть.
Я подхожу и ахаю. Чего здесь только не наворочено: и сигнализация, и электронный код, и механическая защелка...
– Это еще не все, - слышу голос за спиной.
– В помещение, где находится сейф, можно проникнуть только по магнитной карте адмирала Больцони.
– Мне одному не справиться..., нужен помощник.
– Их будет два. Один вас проведет к кабинету, второй поможет...
– А как мне быть со входом, разбирать коробку с микросхемами или вы уже нашли магнитную карту адмирала...?
– Нашли, - кривит губы полковник.
– Вот она.
Полковник достает из стола пластиковую карту и бросает передо мной.
– Это наши умельцы достали.
– продолжат Швелев.
– Присмотрись, внимательно, это дубликат...
Я просматриваю карточку, потом опять обращаюсь к чертежам. К дверке сейфа с той стороны, прикреплена коробочка, расшифровки на нее нет.
– А это что?
– Это... разберись сам на месте.
– Но ведь это и может быть основной ловушкой...
– Нет. Основная здесь, в датчиках и сигнализации. Ты посиди покумекай, а я сейчас закажу чаю и бутербродов.
Сейф, это американская новинка, типа "Стилл". В каталогах такой штуки нет. Но здесь есть одна хитрость, к кодовому замку нет проводов, все сделано на узкой плате, которая прикрыта плотной коробочкой и закреплена также на дверце. Кнопки шифра и экран, закреплены на плате и через отверстия дверцы, выведены наружу. А самое печальное, магнит, с семью штырями, запирающий дверцу, находится на торце этой платы. Черт, где здесь подсоединится, чтобы подарок Никодимыча смог расшифровать код. Я занялся электроникой...