Монохром

стискивает его ногами. Вино выветрилось, оставив в мышцах лёгкую

расслабленность. И Юэн пах собой как-то особенно привлекательно. Бернард

никак не мог им надышаться.

Отлипнув от груди, он вскинул голову, приоткрывая рот в желании чувственного

глубокого поцелуя. Задрал Юэну край халата и провёл ладонью по

обнажившемуся бедру к области паха. Тяжело и жарко выдохнув, Юэн повалил

его спиной на кровать и прильнул к губам, пальцы его вцепились в узел на поясе

Бернарда.

Едва они приняли горизонтальное положение, как проектор вдруг выключился, оставив их в полной тишине и темноте. Сквозь щель в занавесках пробивалась

полоска тёмно-серого сумеречного света, однако Бернард буквально ощутил, как

у Юэна от неожиданности подскочил пульс. Они с явной неохотой отлипли друг

от друга.

— Я уже понял, что фильм мы не досмотрим, но... это тоже было задумано? —

спросил Бернард.

Юэн повернул голову к стене, на которую буквально несколько секунд назад

транслировался фильм.

— Нет, — ответил он. Бернард не мог видеть, но был уверен, что тот

нахмурился. — Может, проектор сломался?

Юэн поднялся с места и первым делом распахнул занавески, впуская в комнату

серый свет. На улице сгущались сумерки. Не обращая внимания на то, что пояс

его халата практически развязался, а плечо всё так же было соблазнительно

обнажено, он подошёл к проектору. Понажимал разные кнопки, даже понюхал, однако жжёную проводку (или что-то другое) сразу можно было бы учуять, возможно, дело в чём-то другом. Бернард тоже поднялся с кровати и подошёл к

двери, нажал по выключателю, но свет в комнате не загорелся.

— Мы оплатили счета в этом месяце? — недоумевающе приподняв бровь, спросил Юэн, оказавшийся рядом. Теперь хотя бы его лицо было хорошо видно.

Он поправил халат на плече.

— Конечно, — кивнул Бернард. — Спущусь, посмотрю, может, что-то где-то

коротнуло.

Юэн, конечно же, спустился вместе с ним. Пробки оказались не выбиты, да и

беглый осмотр комнат показал, что с проводкой у них всё порядке.

— Кажется, проблема не только у нас, — сказал Юэн, смотря в окошко в

коридоре. — Света нет ни у кого на нашей улице.

— Я позвоню в коммунальную службу, спрошу, что происходит.

Юэн затянул потуже пояс на халате.

— Надеюсь, это не из-за того, что начался зомби-апокалипсис. У нас экипировка

неподходящая. Но пойду на всякий случай достану дробовик.

На «горячей линии» объяснили, что где-то упало дерево и оборвало провода, но

ремонтная бригада уже выехала, правда, сколько займёт времени восстановление

не сказали.

— Что ж, раз мы уже поужинали, а затея с фильмом не удалась, — решительно

заявил Юэн, — приступаем сразу к плану «Б».

— Что за план «Б»? — поинтересовался Бернард.

— Подожди меня в гостиной, на диване.

— Всё-таки будет концерт.

— Я не настолько предсказуемый, — хмыкнул Юэн.

Бернард уселся на диван и посмотрел в окошко. Интересно, сколько уйдёт

времени на восстановление электричества? На улице с каждой минутой

становилось всё темнее и темнее. Он всё ещё держал в руках мобильный

телефон. Потом выключил его (совсем, а не просто включил беззвучный режим) и положил на журнальный столик.

— Вот и я, — воскликнул Юэн. Он уселся на диван и поставил себе на колени

глубокую тарелку.

— Это... клубника? — спросил Бернард. Конечно, он видел, что это клубника, просто оказался крайне удивлён, потому такого точно не ожидал.

— У нас же должен быть десерт, — невозмутимо сказал Юэн и, взяв из миски

одну крупную ягоду, зажал её губами. — Ну же, — нетерпеливо промямлил он.

Юэн надкусил клубнику, и по губе медленно поползла розовая капля.

Бернард приблизился и поймал её языком, когда та опустилась в аккуратную

ямочку на подбородке. Юэн засмеялся и вновь надкусил ягоду. Бернард с

удовольствием слизал и эти сочные капли с его подбородка. Юэн взял ещё

клубники из тарелки. На этот раз он постарался сделать так, чтобы клубничный

сок стекал по его шее, практически добравшись тонкой дорожкой до ключиц.

Бернард с упоением подхватил эту игру, оперативно слизывая сладкие капли, целуя, нежно втягивая и немного посасывая кожу.

Юэн приблизился к нему лицом, удерживая губами клубнику, и Бернард

попробовал откусить кусочек из его рта. Потом ещё и ещё, отвлекаясь только на

то, чтобы втянуть в себя капли, которые бежали к ямочке на подбородке. Он

медленно откусывал кусочек за кусочком, пока язык его не коснулся тёплого и

мягкого — языка Юэна. Кончики пальцев прошибло дрожью. Это было так...

феерично. Со смешком Юэн подался вперёд, раскусывая остатки клубники.

Они отстранились друг от друга на дюйм, но Юэн почти сразу приник к губам

Бернарда, лаская их языком и слизывая клубничный сок. Губы Юэна и кожа

вокруг них были сладкими, поэтому поцелуи их с каждой секундой наполнялись

жаром и чувственностью, искрились нежностью и страстью.

Юэн положил ладонь Бернарду на грудь, оттянул край халата и коснулся

обнажённого плеча, нежно массируя его пальцами. Бернард простонал в губы от

удовольствия и закинул ногу Юэна к себе на бедро, потом потянул его самого за

пояс, усаживая к себе на колени. Ему нравилось ощущать вес его тела на своих

бёдрах, хотя наигранно поворчать на эту тему он тоже не отказывался. Лаская

Юэну шею, Бернард иногда улавливал языком сладкие клубничные нотки.

Поглаживая друг друга и целуясь, они каким-то образом переместились в другой

конец дивана, и Юэн оказался внизу, упираясь затылком в подлокотник, а

Бернард, соответственно, между его ног. Юэн потянулся рукой к журнальному

столику, где в миске ещё оставалась клубника, судя по его лукавому выражению

лица, он намеревался играть по-крупному. Надкусив ягоду, он провёл себе по