Монохром

— Тебе нравится, когда я называю тебя так? — низким шёпотом с бархатной

хрипотцой спросил Юэн. — Одной буквой, — он коснулся языком своей нижней

губы, легонько прикусил её. — Одним… звуком.

Бернард нетерпеливо сглотнул и приблизил своё лицо, застыв в дюйме от его губ.

— Очень, — прошептал он, потёршись кончиком носа об его нос. — Есть в этом

что-то совсем личное. Интимное. Только между нами.

Бернард невесомо провёл по губам Юэна своими, с жадностью вбирая его тёплое

дыхание. Медленно скользнул по его ключице от плеча до ярёмной впадинки, на

секунду опустив в неё большой палец. Нарисовал невидимую окружность вокруг

затвердевшего соска и опустился ниже, очерчивая напрягающиеся мышцы

пресса, смело коснулся дорожки из коротких волос ниже пупка.

— Щекотно, — прошептал Юэн, прикрывая веки и улыбаясь.

— А так? — спросил Бернард и, проведя подушечкой среднего пальца по его

горячей пульсирующей плоти от основания до самой головки, крепко прижал к

члену ладонь.

Наблюдая из-под прикрытых век, Юэн сбивчиво выдохнул. Уголки его губ

приподнялись ещё выше, ресницы дрогнули. Он повёл бёдрами, нескромно

потираясь Бернарду об руку.

— Би…

Приоткрыв рот, Бернард склонился к его губам и снова застыл от них на

расстоянии горячего дыхания.

— Не успел, да? — усмехнулся Юэн. — Ничего страшного. Ещё успеешь.

Бернард коснулся губами его щеки, стискивая внизу ладонь на пульсирующей

плоти. Склонив голову набок, Юэн сладко простонал и вновь подался тазом

вперёд и вверх, увеличивая удовольствие от трения кожи об кожу. Опустившись

с поцелуями к его шее, Бернард принялся водить ладонью вверх и вниз, то

увеличивая интенсивность и крепко сжимая член, то аккуратно касаясь нежной

кожи головки большим пальцем и растирая по ней прозрачные капельки.

Юэн стискивал ему напрягающееся плечо, иногда безотчётно сильно впиваясь в

него своими длинными, изящными и крепкими пальцами. Бернард распалялся от

приятного ноющего ощущения в мышцах и жарче целовал ему шею, ловя губами

слабую вибрацию в горле. А когда добирался до чувствительных сосков, широко

проводя по ним языком и нежно прикусывая, Юэн начинал интенсивнее

шевелить бёдрами, громче и соблазнительней постанывать над ухом. Кожа у него

ещё была мягкой и бархатистой после душа и тонко пахла цитрусовым мылом.

Может быть, Бернард немного увлекался прелюдией, но ему до дрожи и

сердечного трепета нравилось всячески ласкать Юэна. Чувствовать его горячую

плоть своей ладонью, целовать грудь и шею, разгорячённые щёки и сочные губы.

Нравилось, когда Юэн едва ли не плавился от удовольствия, не сдерживаясь в

проявлении эмоций. Как сейчас.

Когда Бернард скользнул ладонью ниже, осторожно погладив средним пальцем

«вход», Юэн слабо вздрогнул, вильнул напрягшимися бёдрами и чуть раздвинул

ноги. Не очень хотелось отвлекаться, но надо было. Потому что кожа и губы

горели от прикосновений и поцелуев, а низ живота невыносимо, едва ли не до

тупой ноющей боли стягивало горячим жгутом. Бернард потянулся к ящику

прикроватной тумбочки, однако Юэн его опередил, потому что ему было проще

дотянуться.

— С анестезирующим эффектом? — спросил Юэн, открывая тюбик с

лубрикантом. — А я даже как-то не подумал и взял обычный…

— А я как раз подумал, что так будет лучше, — сказал Бернард, перехватывая

тюбик и выдавливая немного его содержимого себе на пальцы, — чтобы тебе… и

вообще нам было более комфортно и ничто не отвлекало.

Широко улыбнувшись, Юэн настойчиво притянул Бернарда к себе за затылок, зарываясь пальцами в волосы и игриво взъерошивая их, и накрыл его губы

своими в глубоком поцелуе. Его грудная клетка тяжело вздымалась, дышал он

скомкано. Впрочем, Бернард сам не мог держать дыхание равномерным от

опьяняющего предвкушения.

— Давай, Берни. Жутко хочу ощутить тебя внутри себя.

Бернард поцеловал его в пышущую жаром щёку и опустил руку сразу к заветной

точке между ног. Юэн нетерпеливо двинул бёдрами, облизнув собственные губы.

Неспешно совершая круговые поглаживающие движения пальцем и размазывая

немного прохладную смазку, Бернард потёрся носом Юэну о подбородок.

Поцеловал любимую ямочку, коснулся её кончиком языка и с предупреждением

мягко надавил средним пальцем внизу, медленно проникая внутрь и сбивчиво

выдыхая от ощущения мурашек, пробежавшихся от макушки до пальцев ног.

Запрокинув голову, Юэн напрягся, на пару секунд зажав бёдрами Бернарду руку.

Тихо простонал и сжал ему волосы на затылке. Ресницы его дрогнули, аккуратный кадык поднялся и опустился. Бернард и сам сразу интуитивно замер, пытаясь считать ощущения Юэна. В ушах шумела кровь. Она пульсировала и

стучала в висках, отдавалась глухим стуком в горле и кончиках пальцев. Едва он

хотел спросить, всё ли в порядке, как Юэн, глубоко выдохнув и погладив ему

плечо, расслабился и призывно вильнул тазом.

Глубоко и шумно дыша, Бернард потёрся носом о его щёку и прижался губами к

горячим и отзывчивым губам, скользнул языком по краешкам гладких зубов и

поймал язык Юэна своим. Нащупав внутри маленький плотный бугорок, он

нежно потёр его подушечкой пальца, надавил, снова потёр, едва ли не сгорая от

новой порции приятных ощущений, будто бы раскалённым железом

разлившихся внизу живота. Обронив на выдохе сладчайший из своей коллекции

стон, Юэн вновь чуть сильнее впился Бернарду в плечо и мелко задрожал.

— Оно, да? — с улыбкой прошептал Бернард, невесомо касаясь его губ своими.

— Я чувствую… тебя, Ю.

Юэн снова протяжно заскулил и, заключив лицо Бернарда в ладони, развязно

лизнул его губы несколько раз. Приоткрыв глаза, он сглотнул, и рот его медленно