Н 4

Нахмурился я.

–  Вряд ли я буду тут той весной.

А народ стал немного утомляться нашей перепалкой.

–  Тогда бей по мне, - отмахнулся я угрюмо. – Иначе господа и про меня начнут задавать вопросы.

–  Во-он к тому кустику отойдите, будьте добры, - тут же обрадовалась Инка.

–  Он же не расцветет, - пробурчал я, отходя и останавливаясь возле указанного места.

–  Да и наплевать. – величественно подняла Аймара правую руку над головой.

И я невольно посмотрел ввысь – как с громкими грозовым треском,

сплетающимся в непрерывный оглушающий поток, мчатся мне на встречу злые и чужие звезды. .

Мягко толкнулись в грудь и живот волны активированной силы защитных артефактов – и мгновением позже земля подо мной содрогнулась от тяжелой плюхи,

выбившей не только кусты, но и всю землю в диаметре тридцати метров до уровня небольшого кратера…

Заполошно орали автомобильные сирены, просыпались огоньки в окнах домов напротив, а городской чиновник с воодушевлением записывал в свой планшет причиненный ущерб. А платить – мне…

Отряхнув с одежды налипшую пыль, кое-как выбрался по запекшейся насыпи и мрачно посмотрел на парад сусликов с титулами, неподвижно замерших лицом,

обращенным в нашу сторону.

–  Защитные кольца, два миллиарда. Интересует кого? Нет? И правильно – не продаются. – С отвратительным настроением посмотрел я на свою обувь.

Шестьдесят процентов просадки артефакта без демпфера крепостной защиты.

Домой ее отправлю, к демонам такие приключения.

–  Ее высочество в праве быть гарантом чести и соблюдения правил, - первым отойдя от произошедшего, постановил Мстиславский. – Время обговорить условия.

Первыми эта честь, как вызванным княжичем Шуйским, достается вам. – Кивком указал он на Романова и присных.

–  Никаких артефактов. – Первым же делом отозвался тот.

–  Принимается. Ваши условия, господа?

–  Сумерки. – Коротко постановил я.

–  Увы, но мы не можем ждать до захода солнца. – Мягко осадил Мстиславский,

глядя, впрочем, на Артема.

А тот молчал.

–  Сейчас, здесь. Тьма. – Вновь произнес я.

–  Уважаемые, на дворе конец лета. Мы будем дожидаться полной темноты еще долго.

И действительно – солнце словно замерло у границы горизонта, и было попрежнему довольно-таки светло.

–  Никакого ожидания.

–  Я вас не понимаю, - поднял ладонь Мстиславский. – Но пусть так. Если вы можете это обеспечить…

–  Никаких артефактов! – Перебили его из группы наших соперников.

Но того тут же выставили за спины, грозно прошипев, чтобы не смел перебивать.

–  Мы извиняемся, - покаянно выступил вперед Романов.

– Если вы сможете это обеспечить без артефактов, пусть так. – Княжич

Мстиславский пожал плечами. – Более ничего?

–  Место противостояния – территория заказника.

–  Это подразумевается. – Коротко кивнул посредник. – Не стоит пугать наших уважаемых горожан противостоянием. Своей волей постановляю, что вышедший на дорогу до победы одной из сторон признается проигравшим и выбывшим из поединка. Все ли согласны с условиями?

–  Мы согласны. – ответил за всех Романов.

–  Артем Евгеньевич?

–  Я согласен. – Хмуро ответил Шуйский.

Правда, настроение его было испорчено еще раньше – в момент, когда мы разошлись в первый раз. Больно ему признавать, что Вера может приврать. Не желает он этого.

–  Пусть вас рассудит честная битва. – Со вздохом и укором ко всем нам, отпустил

Мстиславский поединщиков в сторону леса. – На сотый счет я выпущу алую искру в небо. Это ознаменует начало сражения. Победителю положено подойти ко мне.

Будьте благородны и не добивайте соперника.

Стороны еще раз посмотрели друг на друга и под разными углами к дороге вошли в лес заказника.

А Мстиславский стал негромко считать вслух.

–  Где же ваша темень? - С любопытством и подначкой поинтересовалась княжна

Орлова.

–  Идет. – Сухо ответил я и поднял взгляд вправо.

Туда, откуда надвигалась на город, сплетаясь из мелких осенних тучек и перистых облаков низкая и мрачная предгрозовая тьма. И с каждой секундой, мерно отсчитываемой Мстиславским, ее величие накрывало город.

– Кажется, идет дождь, - неведомо как, но до боли вонзилась в мою руку пальцами Инка, тревожно глядя вверх.

– Идет шторм, - спокойно произнес я, с удовольствием воспринимая резкие порывы ветра на лице.

–  Нам стоит укрыться? – Спросила Никишина, прижимая полы платья.

–  …шестьдесят четыре.

– Нет, - спокойно стояла Орлова под разошедшимся ветром, глядя на меня совсем иным взглядом. – От этого нельзя укрыться.

– Максим, почему они такие? – Шептала Инка, глядя на черные, массивные завитки над головой. – Почему я их чувствую? Я хочу говорить с ними.

– Ты дала слово, - напомнил я ей, и чуть сощурился от спазма в ее руках,

зажавших мое плечо до боли.

–  …восемьдесят шесть. – Расставил Мстиславский ноги, словно готовясь принять на себя удар, заложил руки за спину и мрачно считал, глядя в темноту перед собой.

– Они все умрут, да? – Безжизненно произнесла княжна Юлия, когда тьма накрыла нас с головой.

И даже свет фонарей смотрелся тускло, будто поеденный наступившими сумерками.

–  …девяносто.

–  Сколько жизней ты им отдал? – Одними губами произнесла Аймара, буквально повиснув на моем плече и остекленевшим взглядом смотря только вверх.

–  …девяносто шесть.

–  Мне не нужны чужие жизни.

–  Сто.

И резкий алый огонек скользнул от силуэта Мстиславского, тут же утонув в мраке низких туч над заказником. Вспышка, которой было положено быть яркой,