Н 4
Шрифт:
– Повергла куст, - машинально поправил ее Шуйский. – Имеете ввиду, решат ли они, что вы – похищенная принцесса, стоящая в обнимку с похитителем в вечернем платье и с россыпью золотых украшений?
– Клетка может быть золотой! Умные и пытливые зададут себе вопросы!
– Вы знаете, умные и пытливые вообще не посчитают вас принцессой. Многие юноши берут на такие мероприятия очередную ветреную любовь, называя ее высокородной – ведь не совсем и ясно, кого можно считать и называть таковой, нет четкого определения. Юноша надевает на нее золотую маску, а потом бьет молнией самого себя, пока та поднимает руку в картинном жесте. И все верят, что перед ними
Инка вдруг заметила, что держит нож для стейка боевым хватом.
А Шуйский виновато и очаровательно улыбнулся.
– Теперь вы понимаете, в какой неприятном положении оказались?
– Я дам слово чести, что все было ровно так, как я описываю, - взяла себя в руки
Аймара.
– А как было? – Заинтересовался княжич.
– Из меня хитростью выбили обещание учить Максима две недели, не вредить его близким и не сбегать.
– То есть, если вас найдут родственники, то вы не только не сможете обвинить
Максима в похищении, но даже домой отъехать в эти две недели окажетесь не в состоянии.
– Но меня доставили сюда силой! – Пытаясь пробить пугающую стену логики,
зашипела Инка.
– Силой? Точно? – Чуть отступил в сомнении княжич, будто давая ей шанс. – Все было именно так?
– Этот гад пришел в номер, предложил коктейль «Две недели в России»… - Инка осеклась и гневно посмотрела на совершенно хамски рассмеявшегося княжича.
Впрочем, тот тут же прикрыл губы ладонью и через мгновение был вновь сосредоточен и спокоен. Только глаза его сволочные продолжали смеяться.
– И я оказалась на полигоне у Де Лара!
– В присутствии самого Михаэля?
– Да.
– Вы требовали у него отпустить вас, вернуть домой, сообщить родителям?
Инка почувствовала, как багровеют от гнева щеки.
– Какое это имеет значение?
– Вам зададут эти вопросы в суде, - спокойно ответил Артем. – А когда окажется,
что вы не обращались за помощью к высокородному и немедленно заключили соглашение с простолюдином, то ваш случай будут рассказывать детям.
– Де Лара стоял далеко… - Чувствуя, что уже начинает оправдываться, упрямо сказала Инка.
– А голоса прокричать и заявить о своих правах – у вас нет? Поймите правильно,
это не издевка, но вы действительно не просили о помощи. Вы сами заключили контракт, и вся ваша родня в самом деле будет сидеть и ждать две недели, пока он будет исполнен.
– Я просила помощи у вас. – Угрюмо заявила Аймара.
– А я уеду к себе в лес, - пожал он плечами. – Что-то плохо мне тут, в городе. –
Откровенно признался Шуйский.
Пытаться оправдываться, что раз не было похищения – то и спасать ему незачем, княжич не стал. Даже мгновения сомнения на лице не отразилось. Многие бы уцепились…
– Думаете, вас это спасет?
– Кто-нибудь из тех, кто заходил в центральный комплекс ваших гор со злыми намерениями – выживал? – Со всей серьезностью спросил Шуйский.
– Что за глупость, разумеется нет. – Дернула плечом Инка.
– Значит, вы не совершите подобную ошибку в моем лесу.
– Вы излишне самонадеянны.
– Прекрасная
девушка, у меня нет намерений ссориться с вами. – Со всей харизмой и убедительностью произнес Артем. – Незачем обсуждать возможность конфликта, которого можно и нужно избежать. Я всем сердцем желаю вам выйти из этой ситуации с достоинством и готов предоставить решение, которое устроит вас и вашу семью.– Какое же? – Уже откровенно мрачно, запутавшись в своих мыслях, произнесла
Аймара.
– Если мне не изменяет память, вы планировали завершить обучение для создания космической программы контроля горного массива. Я вас верно понял?
– Да. – Коротко кивнула девушка.
– Основной источник беспокойства для вас – мобильные группы партизан,
орудующие в лесистых предгорьях.
– Эти сволочи жгут урожаи и обрушивают горные тропы. – согласилась Инка, не видя причин миндальничать.
Гордое слово «партизаны» мало им подходило. Партизаны – это вера в идеалы, а тут были обычные наймиты, готовые за деньги наносить ущерб, пока род Аймара не согласится поделиться некими второстепенными приисками с обаятельными и обходительными бизнесменами из Америки – из тех, кого убить никак не получается. Сначала отдать прииски, потом столкнуться с конкуренцией и демпингом, снижать цены и издержки, закрывать низкодоходные шахты, увольнять людей и ввергать их семьи в нищету, получить народные волнения и терять политические дивиденды от статуса единственного регионального поставщика. Нет уж, космическая программа окажется дешевле.
– Мой клан занимается производством беспилотников с высоким уровнем автономности, - продолжил Шуйский деловым тоном. – Ни один спутник не даст вам такой информационной поддержки, как сотня-другая дронов со всеми возможными датчиками обнаружения, способными пробить и маскировочные сети, и кроны деревьев, и даже – скальные схроны. Кроме того, что это гораздо дешевле космической программы и куда более лояльно к экологии вашего дома, дроны способны нести на себе вооружение – если не летального характера, то объемномаркирующие реагенты, которые не позволят партизанам просто так выходить в город и пополнять запасы.
– Желаете откупиться? – Обкатала это предложение в уме Инка.
– Я полагаю, что приобретение такого оборудования – отличная причина,
почему наследница Аймара тайно отправилась в Россию для двухнедельных консультаций. Это стратегическое решение, и секретность тут первостепенна. Что до поисков – объявите их происками враждебного элемента в вашем окружении.
Операцией прикрытия. Или скажите всем, что вам плевать, о чем они там думают.
– Вам так дорог ваш друг?
– Дорог. – Согласно кивнул Шуйский. – А еще на вас маска работы Федора, а он не делает шедевры плохим людям. Но более того, и что самое важное. – Шуйский сделал выразительную паузу. – Я просто хочу продать вам эти две сотни беспилотников до того, как Максим продаст вам свои танки
Глава 17
Холод осенней ночи скользнул в салон автомобиля через приоткрытое окошко,
заставив поежиться. Движение ключа, и остывшая за время ожидания машина проворчала двигателем, пробуждая подсветку приборной панели и набирая тепло в салон.