Новые эльфы

— А я ведь тоже жрец природы, — сказал неизвестно кому Келеэль, вытрясая из волос застрявшую там листву, — да еще к тому же и маг жизни! Бить меня «Последним танцем осеннего леса», это ж надо додуматься! Интересно, какое дерево в саду загубил этот недоумок? Судя по листьям яблоню, но откуда она там? Вечером, во всяком случае, плодовых внизу точно не было, неужели с собой приволок?

Сотни вращающихся семян клена влетели с потоком воздуха через окно и наполнили покои архимага. И там, где они касались дерева, мгновенно начинали прорастать какие-то растения, стремительно обзаводящиеся клыками и плюющиеся кислотой.

— Этой бы силой да какую-нибудь армию останавливать, — устало вздохнул чародей, чья защита под натиском магически созданных существ уже начала поддаваться, что было ясно видно тускнеющей татуировке. Ладно, теперь мой черед. Ну-ка, кто там у нас такой резвый внизу на травке развалился? Как тебе понравится, если она тебя сожрет? Точнее не именно тебя, а все, что газоном не является, но на нем находится.

В одно мгновения ставшая хищной лужайка не успела даже ранить нападавшего, прежде чем удлинившиеся и заострившиеся стебли травы покрылись льдом и осыпались.

Растительные монстры попытались слиться в одно существо и им это даже удалось, но вот что делать дальше получившаяся тварь не могла себе даже представить, потому что Келеэль ментальным импульсом выжег ей то подобие магической нервной системы, что у нее имелось и теперь это был не оживший кошмар вегетарианца, а просто кустик. Массой с двух троллей и ужасно ядовитый.

Заледеневшие остатки хищной травы внизу вспыхнули очень ярким и очень жарким пламенем, это вступил в дело второй слой, бывший скрытым в заклинании Келеэля. Сейчас стремительно перегнивающие растения выделяли просто таки неимоверное количество горючих газов с температурой горения ниже, чем у окружающего их воздуха. Одновременно с этим прах, оставшийся от первой попытки нападения, сжался в сферу, которая полетела прямо в грудь архимага и была рассеяна мгновенно рассыпавшееся прахом костяной пуговицей, выточенной опытнейшим некромантом из собственной кости.

— Зараза! Опять придется фалангу отрезать, а потом новую отращивать! Пора пускать в дело лучшие чары, — решил волшебник и тот час же прямиком сквозь поры кожи на его левой руке вперед в окно и дальше вниз рванулись тысячи алых струек, которые были намного тоньше волоса. Несмотря на кажущуюся эфемерность они легко пробили почву на полтора десятка метров в глубину, но там и остановились. Напавший на Келеэля архимаг отбросил большую часть маскировочных чар, стремительно удаляясь куда-то в глубины земли, и останавливаться, кажется, не собирался.

— Не буду преследовать, — решил пятитысячелетний эльф, — геомантия никогда не была моим любимым направлением искусства, а если этот нападавший приготовил там ловушку, а я бы на его месте обязательно приготовил, то попасться в нее будет глупо. Интересно, кто это был? Наверное, кто-то из молодых, не старше тысячи, иначе не смылся бы так скоро. Гм…неужели моя деятельность задела кого-то из коллег настолько, что он решился на открытое противодействие? Да я вроде бы не делал в последнее время ничего такого, слишком уж предосудительного, хотя…Ну не считать же воспитательную работу с двумя десятками магов великим грешком? На моей репутации и не такие пятна оставались незамеченными…Так, а кто из них может пожаловаться какому-нибудь архимагу? Не многие…вот разве что старший друид! Он, кажется, был учеником Акраэля? Гм…о нездоровых пристрастиях этого ублюдка ходят слухи, неужели бывший любовник был ему так дорог, что за его позор стоит драться со мной? Или не бывший? Фу…мерзость! Ничего. Узнаю. Если он, то точно убью, давно хочется избавить Лес от подобной пакости, а тут и повод появился.

— Мудрейший! Мудрейший! — забарабанил кто-то под дверью. — Вы живы?!

— О! А вот и свидетели! — пробурчал архимаг. — Так, теперь поднять скандал и учинить расследование. Оно, конечно, ничего не даст, но это не важно. Важно, что нападение на меня будет задокументировано, и я получу право на ответный ход.

— Мудрейший! Вы живы?! — провопил стучавший в дверь эльф после того, как Келеэль ее распахнул.

Архимагу очень хотелось сказать «Нет!» и пугнуть паникера каким-нибудь заклятьем из арсенала некромантии, но он сдержал себя. Сначала дело. Развлечения — потом.

— Ну и что мне теперь прикажете делать? — раздраженно подумал он, после того как суматоха улеглась, а все те кто набились в его комнату были выпровожены восвояси. — До утра времени много, но не настолько, чтобы снова ложиться спать. Посмотреть что ли, что за эти дни произошло там в пустыне?

— Приветствую вас славные жители города, — вещал нарядно одетый герольд на главной площади. — Сегодня мы собрались здесь по знаменательному поводу! Наша страна неуклонно крепнет, а наш, король да будут долгими его годы, заботится о ее процветании!

Славные жители смотрели на глашатая как на полного идиота. Ну а кем еще надо быть, чтобы вырядиться в черный и темно-синий бархат с ног до головы. В пустыне. Днем. В полдень. Да он и сам, судя по стекающим по его лицу каплям пота, с такой оценкой согласился бы. Но, увы и ах, градоначальник, находящийся на балкончике своего дворца, вряд ли одобрил бы отсутствие на подчиненном униформы. А то, что эту униформу придумали в столице, расположенной у самых гор, где и снег зимой иногда бывает его, похоже, нисколько не волновало.

— В этот день опора власти, наше славное дворянство, еще больше окрепнет, — продолжал надрываться герольд. — Указом от сего числа в городе Тенелок появляется новый младший род, род Эльдар! Славься они и все царство Эрсийское! В лен же новому роду отдана была долина божественной подковы и подземелья малой руды!

— Прокатили нас с дворянством, — вздохну Семен, находящийся в толпе. Хотя как сказать толпе? К трем эльфам, пусть они и были без своих внушающих ужас животных, стоящие на площади люди приближаться опасались и потому дети звезд с комфортом слушали слова глашатая в центре небольшого клочка пустого пространства. — Младший род, это же примерно то же самое, что в Петровской России ненаследное дворянство!

— Чего они нам отдали? — не поняла Настя.

— Степь, которая за тем пустынном храмом находится и нашу пещеру, — пояснил шаман. — То есть вроде как что-то и дали, но не дали ничего, ибо кочевники на власть положили большой и толстый арбалетный болт, а за неимением оного просто обычную стрелу. Пещера же и так уже наша была, но теперь мы ее не просто арендуем сроком на сто лет, но являемся полноправными хозяевами, которые могут ее продать, подарить или засыпать к чертям собачьим. И ничего нас не прокатили, просто резонно сочли, что с долгоживущих перворожденных станется еще одну услугу за громкие слова, то есть почти даром, королевству оказать. Тогда уж и до старшего можно повысить. Зато здешняя гильдия магов и жрецы теперь нам должны, они, между прочим, уже прислали нам официальные извинения за эту инициативу градоначальника и готовы пойти на немаленькие уступки по своим ведомствам. И потом, нам, зато земли дали немало.

— Угу. Только вся эта земля пустыня.

— Шиноби, не бурчи, скажи лучше, вот ты знаешь слово «терраформинг»?

— Ну, знаю.

— И я знаю. А вот местные нет и даже не догадываются, что это за штука и с чем ее едят. Поверь, лет через двадцать на месте этой пустыни будет, если и не лес, так разнотравные луга точно.

— Чего? — ахнул Келеэль. — Пустыню? В лес? За двадцать лет? Невозможно!

— За счет чего? — поразилась Настя, также не верящая в возможность подобного.

— Лесопосадки и мелиорация, — пожал плечами шаман, — я тут прикинул, территорию степей вполне можно расширить грамотным нарушением природного баланса, я же эколог по образованию и знаю, как это делается, а если удастся ее подвинуть, то сама собой подвинется и пустыня. Нечто подобное было сделано у нас на родине в годы СССР и все получилось. Конечно, придется подождать пока деревья подрастут, а имеющиеся там реки прочистить, углубить и перегородить плотинами, но ничего особо невозможного я не вижу.