Освобождение

На словах задача казалась непростой, на практике же стала еще и крайне непредсказуемой. Дигамма раньше не использовал эту Способность для таких длинных дистанций и не знал, продолжит ли она работать через, например, тридцать шагов. Хотя в случае неудачи ничего страшного не случится — просто придется потерять время и очень много раз искупаться.

Магия, и внешняя, и внутренняя, потекла сквозь лапы ящера. Он двигался даже не бегом, а огромными скачками. Ди собирался выложиться на полную, чтобы быстрее добраться до нужного места. «Паучий шаг», усиленный Изменением Материи, не подвел, надежно прицепляя в том числе и к бугристому потолку, вот только энергия уходила с огромной скоростью. Когда же он оказался на противоположной стене, начало сдавать тело. Лапы гудели от накопившейся усталости и отдачи Способности. Дигамма толком и не отдохнул после долгого перехода из Пергтопфа к Скамье гиганта, за что сейчас поплатился. Теперь оставалось только собрать силы и прыгнуть, ведь дольше использовать магию своими конечностями он был не в состоянии. Вытянутая туша попала выше цели, перевернулась в воздухе после удара боком о край скалы и, неуклюже извиваясь, упала вниз.

Голова химеры почти сразу ушла под воду, однако на этом погружение остановилось. И даже бурлящий поток не мог утащить его за собой. Не зря Дигамма извернулся при падении, ведь сумел зацепиться хвостом за край пролома. Наверное, подвешенный за зад и болтающийся в воде ящер со стороны выглядел забавно, но ему самому было совсем не до веселья. Ди оказался спиной к скале и не доставал до нее лапами, чтобы подняться выше. А «пятая нога» тоже быстро уставала под тяжестью всего тела.

Пришло время рискнуть остатками энергии и включить «турборежим». Существовало целое море методов для усиления тела при помощи магии. Что-то Ди узнал у Айджина, многое изучил или подсмотрел самостоятельно, к тому же проклятье «Ярости» нельзя было списывать со счетов, каким бы опасным оно не являлось. Однако ничего не устраивало ящера полностью. В итоге, проанализировав имеющиеся знания, а также возможности магии «Жизни» и «Материи», он принялся за работу. Сначала Ди пытался напрямую соединять разнородные потоки энергии, но те никак не желали стыковаться. После множества неудач пришлось сменить подход.

Если он смог превратить Способность в магическую печать, то почему нельзя сделать наоборот? Поупражнявшись на листах бумаги и разных деревяшках, ящер отработал основные механизмы и вернулся к экспериментам над собой уже подготовленным. Без трудностей, конечно, не обошлось, а Система долго не понимала, чего же от нее хотят, но процесс создания корректной магической программы для выполнения всех нужных химере функций больше не стоял на месте.

Так около месяца назад Дигамма создал собственную уникальную Способность, на что в общей сложности ушло более полугода. Результат оказался весьма неэкономичным и небезопасным, обладал специфическими требованиями и не имел четко обозначенного ранга: итоговый эффект полностью зависел от магической силы пользователя. С подобным Ди столкнулся впервые, хотя раньше и слышал случайные упоминания от своих учителей.

"Бустер Дигаммы.

Уникальное.

Рискованная техника Дигаммы, делающая тело прочнее камня. Физическая сила и выносливость увеличены. Снижено воздействие отрицательных эффектов, связанных с усталостью. Прочность мышечной ткани увеличена.

Внимание! Уникальная Способность: воздействие на пользователя зависит от его ранга и степени развития.

Расходует от 1% до 10% полного запаса магической энергии в секунду. Сила Способности зависит от количества затраченной энергии. Возможно увеличить силу Способности, дополнительно затратив от 2% до 5% полного запаса жизненной энергии в секунду. Требует наличие полного ядра Жизни; ядра Изменения Материи.

Внимание! Не увлекайтесь, чтобы не умереть!"

Сердце химеры забилось чаще, и в такт ему стал пульсировать хвост. Укрепленное магией тело забыло об усталости и уверенно складывалось пополам, пока передние лапы крепко не уцепились за камень. Затем последовал финальный толчок, и Дигамма перевалился через край подземного озера, оставшись с ничтожными крохами энергии в запасе. Оно больше не соединялось с рекой, поэтому вода здесь была совершенно спокойной и не пыталась куда-нибудь смыть ящера. Недалеко от поверхности резвились саламандры, уверенные в своей незаметности. А дно, как и прежде, щетинилось сотнями голубых кристаллов. Ди ни с чем бы не спутал испускаемую ими плетенку из магии Света и Холода. Такую разновидность кварца он встречал только в созданной Карелом пещере.

Дигамма вылез наружу и внимательно осмотрел все вокруг. Когда-то придавившая Сигму глыба оказалась на месте, но под ней уже никого не было. Рядом лежала целая куча склянок из-под магического зелья и брошенная пыльная сумка. Ящер еще раз «прощупал» языком окружающие запахи и тяжело выдохнул. Или Си забыла свои вещи, или же так и не смогла выбраться. Верить хотелось в первое, но опыт подсказывал, что случилось, скорее, второе. Сожаление кольнуло сердце Дигаммы. Он ведь мог тогда остаться и помочь. Кто знает, насколько проще было бы выживать вдвоем с Сигмой. Да и не заслужила она подобной печальной кончины.

Ящер тряхнул головой, отгоняя скорбные мысли. Его вины, что так сложились обстоятельства, не было. Однако, не случись тогда всего этого, Ди мог не познакомиться с Лоттирией и уж точно бы не встретил Риверу. А в первую очередь стоит думать о тех, кто с нами рядом сейчас, и спасать то, что мы действительно в силах спасти. Прошлого не воротишь, но повлиять на будущее он все еще был способен.

Многие особые отметки, оставленные Дигаммой при первом прохождении запутанной пещерной системы под Скамьей гиганта, сохранились, поэтому преодолеть подземный лабиринт и добраться до цели удалось достаточно быстро. Темные колонны, письмена на стенах, да и магическая печать на полу — все в этом потайном месте для создания химер было без изменений, хотя иначе произойти и не могло. Сейчас Ди, в отличие от себя прошлого, видел, что предметы вокруг покрывает пелена из неизвестной энергии. Визуализирующие ее частицы в своем движении образовывали не линии и не тонкие нити, а равномерную безразрывную пленку, едва видимую даже с помощью Особенности. Казалось, что такая магия предназначалась исключительно для защиты.

Правда Дигамму куда больше интересовали знания, носитель которых эта защита берегла от разрушительного влияния времени. Собственно, за высеченной в камне наукой он так сюда и стремился. Когда смерть не наступала на пятки, можно было спокойно и обстоятельно изучить информацию о химерах и всех тонкостях их создания. Главное, что Ди понял — как же ему повезло во время своего превращения. Результатом столь плохо и спешно подготовленной процедуры обычно являлся трепыхающийся комок плоти с пятью ногами и пастью на спине. Химерология оказалась крайне опасной штукой, требующей точного расчета.

Также ему удалось узнать и пару фактов о будущей эволюции. Во-первых, во время повышения ранга химеры могли повлиять на свой внешний облик. Стоило сконцентрироваться на одном из составляющих тело существ, чтобы его черты стали доминировать над остальными. Естественно, для этого требовался более или менее развитый разум, который в прошлый раз у Дигаммы еще дремал, и он остался в состоянии по-умолчанию, то есть в виде варана. Во-вторых, имелась хорошая возможность заполучить дополнительную Способность. Нужно было лишь в процессе перехода на новый ранг держать при себе часть какого-нибудь монстра, чтобы скопировать одну случайную системную силу из принадлежавших ему при жизни. Именно так Змей стужи поделился с Ди «Драконьей кровью».

Оставалось найти, от кого оторвать кусочек. Под рукой у Дигаммы были только хрустальные саламандры, но они совершенно не годились, ведь уже стали частью химеры. Кроме них, насколько помнил ящер, в пещерах обитали летучие мыши, хироты[1] и белый дух. Однако Способности, потенциально имевшиеся у рукокрылых, не особо привлекали, а как отделить хотя бы частичку от тела потусторонней медузы, он вообще не представлял. Теперь Ди знал, что эти существа являлись обитателями Бездны и изредка просачивались на Теваир, наводя страх на все живое своими природными способностями растворять органику. Шанс получить столь неудобную силу еще больше предостерегал его от выбора белого духа. Выходило, что оставался лишь вариант с заимствованием у драконового хирота.

Мысли о драконах всколыхнули память Дигаммы. Он ведь уже совсем забыл, что имел при себе вещицу, связанную с настоящими повелителями неба. И искать хирота, их блеклую имитацию, не было никакой нужды. Порывшись в недрах «Пространственного кармана», ящер достал кольцо, которое когда-то получил из тайника Карела. «Кольцо с застывшим глазом дракона». Это название не было просто красивой метафорой. Широкая полоска металла обхватывала настоящее глазное яблоко, окаменевшее под действием неизвестной магии. Размер оно имело, конечно, очень скромным, но насыщенный небесно-голубой цвет и узкий вертикальный зрачок говорили в пользу принадлежности дракону.