Потерянная жертва

– Несколько вопросов у нас возникли с самого начала, – добавила Кейт. – Когда мы только приступили к работе, мы не знали, что Форрест был близким другом Роберта Дрисколла и Роланда Хакера. Когда мы брали интервью у Форреста на прошлой неделе, он официально заявил, что больше не общается с Роландом.

– Простите, но я сижу перед вами, – сказал Форрест.

– Верно. Думаю, лучше позволить Форресту самому все объяснить. Да? – спросила Фиделис.

Форрест ссутулился, широко раскрыл глаза. Мэдди отпустила его руку, подвигала пальцами, как будто они болели оттого, что она вцепилась в него слишком сильно. Какое-то время Форрест молчал, но наконец выпалил:

– Ладно. Это… Я должен признаться, что не стал вам говорить о проблемах Роланда – Джона – с психикой. Это никого не касается, верно? Он много лет страдал психическим заболеванием, и отчасти это проявилось в его желании закрыться от всего мира. Так что да, время от времени мы связывались, и я помогал ему деньгами.

Фиделис переводила взгляд с Мэдди на Форреста.

– Время от времени? – повторила Кейт.

– Подробности – не ваше дело. Простите, но здесь я должен провести черту. Я просто пытался помочь старому другу, психически нездоровому старому другу, которого, как я только что узнал, убили! – Форрест поднялся, стал натягивать пальто. – С меня хватит.

Фиделис тоже встала.

– Форрест, успокойся. Я думаю, Кейт и Тристану просто нужно, чтобы мы поделились всем, что знаем. И конечно, они будут обращаться с этой информацией очень деликатно. Да?

– Разумеется, – ответила Кейт.

Форрест застыл у стула, сжимая в руке пальто.

– Они подписали договор о неразглашении, верно? – спросил он.

Кейт посмотрела на Мэдди. Ее глаза встревоженно бегали – значит, кто-то в агентстве облажался. Мэдди знала, что подписанного соглашения о неразглашении не было, но, видимо, побоялась признаться в этом Фиделис и Форресту на таком позднем этапе. Кейт решила рискнуть и соврать.

– Да, конечно, мы его подписали, – сказала она.

Тристан все понял и кивнул. Наступил неловкий момент, когда Кейт думала, что Мэдди заговорит, но она ничего не сказала и опустила взгляд. Фиделис с облегчением посмотрела на них.

– Я всегда говорила, что оно поднимает настроение. Так что, видишь ли, Форрест, мы все здесь на одной стороне. Все, что сказано в этой комнате, конфиденциально. – Она посмотрела на него и приподняла бровь.

Мэдди все это время сидела очень тихо и настороженно наблюдала. Когда он сел, ее плечи немного расслабились.

– Спасибо, Форрест, – сказала Кейт, поняв, что имеет дело с инфантильным человеком, склонным к истерикам. – Я могу задать вам вопрос, просто чтобы мы установили сам факт: когда вы в последний раз общались с Роландом?

Он глубоко вздохнул, и его плечи опустились.

– За несколько дней до того, как я отправил ему деньги… потом мы только говорили по телефону. Однажды ночью он позвонил мне в отчаянии. Я хотел помочь.

– Какого рода отчаяние он испытывал?

– Финансовое. Он потерял работу в офисе, где занимался вводом данных. Он не спал. У него была задолженность по арендной плате. Он отрезал себя от всего мира, а его родители умерли. Те деньги, которые они ему оставили, кончились.

– Вы отправляли ему деньги. Вы были у него дома? – спросил Тристан.

– Нет. Я не знал, где он живет!

– Как часто вы отправляли ему деньги? – спросила Кейт.

– Я не думаю, что это имеет значение, – сказала Мэдди.

– Вы серьезно? Мы ожидаем некоторого сопротивления, когда расследуем нераскрытые дела, но чего мы не ожидаем, так это того, что люди, тесно связанные с клиентом…

– Будут нам лгать, – закончил за коллегу Тристан.

– Я пытался защитить своего друга. Он не имел ко всему этому никакого отношения. Он был просто хорошим человеком со своими тараканами, – сказал Форрест.

– Вы общаетесь с Робертом Дрисколлом? – спросила Кейт.

Форрест закатил глаза.

– Несколько лет назад говорил с ним о Роланде. Опять же по телефону.

– Мать Роберта умерла три года назад. Вы были на ее похоронах?

Мэдди бросила взгляд на Форреста.

– Да, был. Но с Робертом не говорил.

– Вы оба были на похоронах?

– Роберт жил в Голден Лейн, и Форрест очень тепло относился к его матери. Она часто о нем заботилась, когда он был маленьким, – сказала Мэдди.

– Вы говорили с Робертом Дрисколлом на похоронах? – спросила Кейт.

– Обменялись парой слов.

Кейт вздохнула.

– Вы оба нам лгали.

– Мы не лгали! – Мэдди повысила голос, ударила тыльной стороной правой руки по ладони левой. Ее глаза стали дикими.

– Ладно. Давайте сделаем шаг назад, – сказала Фиделис, заинтересованно наблюдая за этой внезапной вспышкой. – Договор о неразглашении у нас есть. Это хорошо. Мы все можем говорить правду, не боясь за свою безопасность.

– У нас нет договора! – выкрикнула Мэдди. – Они ничего не подписывали!

Повисло долгое молчание.

– Что за… Господи Иисусе, Фиделис. Я давал им интервью под запись. Они сказали мне, что договор у них есть! – закричал Форрест.

– Давайте не забывать, где мы находимся, – сказала Фиделис, и в ее голосе зазвучали пугающие нотки.

Мэдди не отрывала глаз от ковра.

– Мне жаль, – сказал Форрест, тяжело сглотнув и, казалось, лишь теперь осознав, какой резкой была его вспышка.

Кейт решила пойти на риск.

– Мадлен, когда мы впервые с вами встретились в квартире в Перси-Сёркус и вы дали нам ключи, вы сказали, что в запертом шкафу в гостиной лежат постельное белье и полотенца… – Поймав взгляд Мэдди, она продолжала: – Когда квартиру взломали, Тристан заметил, что злоумышленник открывал этот шкаф. Вчера мы отперли дверь и обнаружили, что она ведет в подвал, где лежат строительные материалы, мешки с цементом, лопаты и ведра, и, кроме того, там была пластиковая коробка с несколькими патологоанатомическими мешками. Вы можете пролить на это свет? Ситуация кажется нам довольно подозрительной, особенно когда речь идет о пропаже человека.

Тристан взглянул на Кейт. Дело зашло дальше, чем они рассчитывали.

– Вы взломали эту дверь? – спросила Мэдди.

– Мы ее открыли. Мы не взламывали замок. Это внутренняя дверь в квартире, которую мы снимаем.

Теперь обеспокоенный вид сделался у Фиделис.

– Я сказала, что это шкаф, из соображений безопасности и охраны труда, – пробормотала Мэдди. – В подвале неровный пол, и мы храним там строительные материалы, необходимые для ремонта… для строительства и отделочных работ. – Мэдди коснулась рукой живота. – Знаете, я беременна… и все эти скандалы не пойдут на пользу моему будущему ребенку…