Потерянная жертва

– Ты ни в чем не виноват.

– Офицер судебной экспертизы прибыл, когда я был в больнице, – сказал Тристан, указывая на порошок с отпечатками пальцев.

Кейт подошла к дверце шкафа и подергала ручку.

– Ты уверен, что шкаф был открыт?

Он кивнул. Кейт видела, что Тристан и Джейк устали, и сама никогда в жизни не чувствовала себя такой вымотанной. Мысль о том, что придется искать другое место для ночлега, была слишком невыносима.

– Давайте убедимся, что двери заперты на засов. На всех окнах есть решетки. Через несколько часов рассветет. Нам нужно немного поспать. Хорошо?

Тристан кивнул и пошел в ванную. Джейк стащил с дивана две огромные подушки.

– Ты можешь взять эти подушки и лечь на полу в комнате Тристана? – спросила Кейт. – Я просто хочу убедиться, что с ним все в порядке.

* * *

Кейт проснулась от звонка в дверь. Посмотрев на часы, увидела, что уже два. Натянула джинсы. В дверь снова зазвонили. Дверь в комнату Тристана была закрыта. Джейк, очевидно, ночью все же решил перебраться на диван и теперь храпел там под одеялом.

Когда Кейт открыла дверь, на пороге стояла Мэдди. К перилам, огибавшим небольшой дворик, жались три фотографа. Увидев заспанную и растрепанную Кейт, они тут же защелкали камерами.

– Привет, Кейт, – сказала Мэдди. Ее лицо было обеспокоенным. – Мне позвонили из полиции по поводу взлома. – Она обернулась, обвела глазами фотографов. – Можно войти?

– Да, – ответила Кейт хриплым спросонья голосом.

Мэдди вошла в коридор и закрыла дверь. На ней было коричневое пальто свободного покроя и зеленый снуд. Ее очки начали запотевать.

– На диване спит мой сын Джейк. Мы рано утром вернулись из Уэйкфилда.

– Я знаю о смерти Питера Конуэя. Я видела газеты. – Мэдди покачала головой.

– Их несколько? – спросила Кейт и тут же сама осознала, какой глупый задала вопрос.

– Боюсь, это на всех первых полосах. И куда теперь будет двигаться дело Джейни Маклин?

– Пока без понятия.

Мэдди снова покачала головой.

– Джейк очень подавлен? – спросила она, слегка вытягивая шею, чтобы попытаться заглянуть за дверь гостиной.

– Да. И к тому же еще эти фотографы. Не очень приятно, что они ходят за нами по пятам.

– Полагаю, мы никогда не узнаем обо всем, что он совершил… Ну, Питер. Как бы то ни было, я пришла не обсуждать рабочие вопросы. Обо всем этом мы поговорим завтра утром, когда вы к нам придете. Я просто хотела убедиться, что с Тристаном все в порядке. В полиции сказали, что кто-то вломился в дом и напал на него?

– Да. Ему пришлось наложить на лоб три шва.

– О боже, – воскликнула Мэдди, прикрыв рот ладонью.

Кейт заметила, что на ней зеленые варежки, в тон снуду.

– Бедняга.

– Полиция думает, что у того, кто это сделал, была отмычка или ключи, раз он смог открыть и общую дверь, и дверь квартиры.

Мэдди обвела глазами груду серебристого порошка у двери.

– Отмычка?

– Да, или ключи.

– Ну, ключи есть только у меня. Еще у Форреста, на случай, если гостей будет встречать он, и у вас с Тристаном.

– Где вчера вечером был Форрест? – спросила Кейт.

Мэдди растерянно посмотрела на нее.

– Вы серьезно? Со мной, конечно.

– Простите. Эти дни выдались очень уж непростыми.

– Конечно, я все понимаю. Но с дверью все в порядке? Замок не поврежден? – Она повернулась, чтобы посмотреть.

– Все хорошо.

– Обычно тут так тихо. Насколько я помню, сюда никогда никто не вламывался. Ладно. Я просто пришла узнать, как дела, и принесла вот это. – Она протянула Кейт полиэтиленовый пакет. – Это мой персиковый коблер [13] . Персики мне присылают родители из Кента. В любой непонятной ситуации приноси что-то вкусное! – Она нервно рассмеялась.

13

Разновидность фруктового пирога.

– Спасибо, – сказала Кейт.

– Ну все, больше вас не беспокою. И если что-то будет нужно, звоните.

Кейт вернулась в дом. Заревели фотографы, Мэдди защебетала: «Простите, без комментариев!» Выглянув в окно сквозь щель в жалюзи, Кейт увидела, как Мэдди садится в машину, за рулем которой сидит Форрест.

Какое-то время спустя Тристан решился выйти из дома, чтобы купить еды и все сегодняшние газеты. Как и боялась Кейт, все до единого таблоиды не только в подробностях рассказали о преступлениях Питера Конуэя, но и опубликовали несколько сенсационных статей о Кейт и происхождении Джейка. Больше всего на свете ей хотелось вернуться в Эшдин, подальше от всех этих проблем, гулять по пляжу и плавать в море. Где-то часа в четыре Кейт пожарила всем яичницу с беконом, а десертом стал персиковый коблер с мороженым.

– Я в душ, – сказал Джейк, отодвигая стул и вставая. – Спасибо за еду, мам.

Джейк вошел в ванную и закрыл дверь. Кейт собрала грязные тарелки и поставила в посудомоечную машину. Выждав немного времени, Тристан спросил:

– Ну, как он?

– Не знаю. Целый час говорил по телефону с Оливией, пока ты ходил за газетами, но я не знаю о чем. Кажется, приходит в себя понемногу. Наверное, нам всем стоит отвлечься.

Она подошла к полке с дисками, стала выбирать, что посмотреть. Тристан чуть приподнял жалюзи.

– Пять человек. И как они не замерзли? – сказал он.

В туалете спустили воду, Джейк высунул голову из-за двери.

– Мам, есть лишнее полотенце?

– На обогревателе лежит сухое, – пробормотала Кейт, глядя на полоску пыли с отпечатками пальцев на нижней полке. – Ты не заглядывал в эти коробки?

– Нет. У меня не было времени на фильмы, – сказал Тристан. – Мы только поменяли несколько дисков местами, когда устроили вам фотосессию.

– Но ты думаешь, что во всех этих коробках диски?

– Ну да.

Тристан подошел к полке. Кейт вытащила одну из коробок и открыла. В ней лежал диск. Тристан достал другую, и они принялись методично просматривать коробку за коробкой. Наконец Кейт достала со второй полки коробку с фильмом «Джильи», которая показалась ей тяжелее, чем обычная. Раскрыв ее, она обнаружила внутри небольшой цифровой диктофон, с тонкий портсигар величиной. Маленький экран показывал отсчет секунд и то, что идет запись.

Они переглянулись. Тристан наклонился, чтобы выключить диктофон.