Противостояние

Чародей, тяжело дыша, оглянулся. Это не шутки, форсировать Высшую магию. Он даже толком не успел поставить блок. Монстры на поляне ревели. Они, наконец, увидели Элумия и, сначала медленными шажками, а затем какими-то невероятными прыжками, бросились на мага. Их было никак не меньше двух десятков. Разбираться в природе тварей и их происхождении времени не оставалось, поэтому нужные заклинании подобрать сейчас было нереально. Приходилось бить наугад. Чародей, понимая, что у него есть лишь несколько секунд перед тем, как первая тварь замахнется своими когтями и снесет ему голову, чтобы затем сожрать, выбросил первое заклятье, пришедшее в голову. Это была цепная молния. Разряд невероятной мощи ударил по настигающим Элумия тварям. Воздух пропитался запахом гари и тлеющего мяса. Раздался жуткий вой. Однако, в следующий миг, маг с удивлением увидел, как монстры, обугленные ударом и дымящиеся, словно угли, продолжали свое движение. Цепная молния лишь потрепала шкуру тварей и спалила серую шерсть, в то время как виски Элумия сжало от отката. Чародей, не долго думая, пустил в ход следующее заклятие. Земля под ногами тварей дрогнула и пошла волнами, воздух наполнился запахом серы и исказился на столько, что Элумий с трудом мог различить очертания тварей. Ды-хание смерти. Высшее заклинание черной магии. Это дыхание уничтожало все живое вокруг. Рухнули, словно спичечные, дома Звонких Ручьев, превратившись в прах, на месте половины деревни разом возникла одна сплошная равнина. Не осталось ни забора, ни домов, ни скота. Элумий сморщился от боли отката и с удивлением посмотрел на руины, среди которых в предсмертных агониях корчились чудовища. Дыхание смерти, одно из самых разрушительных заклятий, разорвало их на куски, но они все еще были живы… Волна должна была стереть в порошок этих тварей, не оставить и волоска, косточки от них, ни единого упоминания о том, что они когда-то существовали на этом свете. Монстры же, пусть и разорванные на части чарами, все еще шевелились в предсмертных муках.

Элумий с удивлением смотрел, как одна из тварей пытается встать, другой монстр, оставшись без головы, пытался подползти к магу. Отделенные от тел, шевелились руки и ноги тварей. Жили головы, оторванные от туловища. Из каких же миров появились такие твари? И, интересно, что сказали бы те, кому он служил когда-то, на их счет? Чародей покачал головой. Пора было закончить с этим недоразумением. Голова болела от примененных подряд трех сильнейших заклятий, но оставлять все так, как есть не следовало, мало ли каковы возможности тварей, которых не смогли убить ни Цепная молния, ни Дыхание мерти. Элумий сосредоточился и, стараясь не обращать внимания на головную боль, сотворил заклинание Поглощения энергии. Это было достаточно сложное заклятье, и сплести его в бою, даже такому умелому магу, как Элумий, за считанные мгновения было не так-то просто. Но сейчас, когда враги были повержены, самым простым способом покончить с ними, высосать их жизненные силы и положить конец нелепому недоразумению, начавшемуся с того момента, как пространственная нить Бездны Миров, по которой он шел к своей цели, вдруг оборвалась, выкинув его в этот дрянной мир.

С ладоней чародея сорвались две струйки лилового потока, которые, до-стигнув места, где корчились в агониях останки чудовищ, растеклись по их телам. Лиловый поток постепенно становился красным. Корчившееся руки, ноги, головы и туловища, все, что осталось от монстров, но все еще жило, теперь толика за толикой теряло свою силу, пока наконец поток красного цвета не иссяк. Элумий опустил руки. Твари лежали недвижимые, чернея и рассыпаясь прахом. Все было кончено. Чародей довольно кивнул и отвернулся, натолкнувшись взглядом на ту самую дюжину трупов лежавших за его спиной, которую он увидел в самом начале. Теперь стоило разобраться с этим. Понять, что здесь произошло, и где он вообще оказался. Если тот парнишка не помер, сделать это будет проще, потому что иначе придется заниматься некромантией и поднимать на ноги мертвеца, чего Элумий очень не любил и предпочитал не делать, кроме тех редких случаев, когда ничего другого не оставалось. Впрочем, юноша еще дышал, и чародей довольно потер руки. Он подошел поближе к юноше и, скрестив руки, несколько раз глубоко вздохнул. Запахи, запа-хи… Элумий уловил чуть различимую Силу, затаившуюся в лежавшем перед ним человеке. Значит этот парень тоже маг, наряду с тем стариком. Еще слабее, чем тот, но кое-что все же умеет. Тем лучше, так проще будет установить связь. Правда Элумий сознательно опускал тот момент, что когда его собственная Сила коснеться Силы этого мальчишки, он просто не сможет выжить от той Мощи, что пройдет сквозь него. Хотя он и так практически мертв…

Чародей, чувствуя, что у него по-прежнему стучит в висках, закрыл глаза. Так будет гораздо проще разобраться, что там творится в голове у этого малого. Информация с закрытыми глазами считывается гораздо легче, и усвоить ее тоже проще. Элумий сосредоточился.

«Так… Хм… Значит я оказался в Ториане?».

Он задумался, тщетно стараясь припомнить знакомо ли ему название этого мира. Он точно не бывал здесь раньше. Конечно кто-то мог сказать, что за несколько тысяч лет что-то могло стереться из его памяти, однако Элумий помнил каждый мир, в котором бывал когда-то. Всего таких миров было… порядка тысячи. Не много и не мало. С тех пор, как он встал на путь поиска того, что похитил у древних Троун, прошло немало лет, и он обошел немало миров. В Ториане же Элумий оказался впервые. Интересно было узнать, что это за мир. И почему рок решил преподнести ему такой сюрприз, оборвав вьющуюся нить пространства Бездны Миров именно здесь. Теперь чародей еще более отчетливо чувствовал, что баланс сил в этом мире, в Ториане значительно пошатнулся и висит на волоске. И он со своими могучими заклятиями и прорывом пространства пробил очередную брешь в защите этого мира.

«Так, так…»

Элумий нахмурился. Этих жалких существ убило откатом после того, как разверглась дыра. Но, видят Боги, он не прилагал к этому руки. Этот грех не был на его совести.

«Хоть что-то приятное я узнал сегодня» - подумал маг.

Он принялся медленно распутывать нити сознания юноши, лежавшего у его ног, и вдруг вздрогнул, застыв на месте. По его телу прошел слабый разряд, откуда ни возьмись взявшегося тока. Волосы на коже встали дыбом. Старый маг прищурил глаза. Как такое могло произойти? Уголки его рта расплылись в улыбке.

«Нет, наверное, я что-то путаю» - подумал он.

Но тело приятно ласкали волны посторонней Силы, такие слабые, но по-стоянные. Маг глубоко вздохнул. Без сомнения это был именно тот запах, который он знал и не мог забыть уже никогла. Ошибки быть не могло. Это был запах священного посоха Наруали, артефакта древних Богов, который много веков назад у древних украли тогда еще молодые и дерзкие друзья Элумий Новион и… Грибилий Троун. Если бы он знал тогда, что Троун обманет его и предаст, а единственное, что успеет сделать Элумий, это коснуться посоха древних. Артефакта Наруали. Но с тех пор он помнил его Силу, он помнил всю его Мощь. Этот посох не был обычным артефактом Бездны Миров. Нет… Много лет назад Элумий понес страшное наказание за содеянное, но благодаря ему он и познал истинную Силу этого артефакта, когда узнал об участи тех, кто наказал его, лишившихся посоха…

Этот запах отчетливо шел от юноши, он чувствовал его. Нет, юноша не соприкосался с могущественным артефактом… Он знал. Знал откуда-то о его существовании.

«Неужели посох находится в этом мире?» - Элумий вздрогнул от этих мыслей.

Что такое Арканум? В сознании всплыли образы башен, какие-то люди в странных одеяниях с капюшонами. Троун,… неужели этот старый плут основал здесь что-то вроде магического ордена или школы? И передал артефакт в руки своих учеников? Элумий не чувствовал присутствия Грибилия в этом мире. Похоже, его враг был мертв. Но он чувствовал Силу посоха Наруали. Такую отдаленную, но манящую к себе старого чародея. Похоже, те, в чьих руках оказался посох, не представляли, какая Мощь храниться у них в руках. Маг стоял посреди полуразрушенной деревушки и не верил в свою удачу. Сотни лет, которые он провел в поиски артефакта, способного уничтожить целый мир, если он окажется в руках сильного чародея, тысячи пройденных миль, реки крови… Все это, получалось, было не зря. Он приблизился к тому, что искал, так близко, как никогда. Посох был в этом мире. Когда-то он понес наказание за утрату артефакта, теперь за все пора расплатиться Грибилию или тем, в чьих руках окажется посох. Оставалось только его найти, двинувшись по следу, пока только с трудом различимому, но становившемуся все отчетливей, потока Силы. 

Глава 22

Альфия сидела в походном шатре, склонив голову, и смотрела, не двигаясь, в одну точку. Тамалий знал, что сегодня девушке снова приснился кошмар, но говорить о том, что было в видении, девушка, как всегда отказывалась. И как не просил король первородных эльфов свою приемную дочь поделиться об этом с ним, увиденное ночью так и осталось тайной. С тех пор, как войска Местальэ два дня назад покинули священный лес, она не сказала ни слова. Альфия всячески пыталась спрятать свое лицо, и когда Тамалий уходил, она, обняв живот в котором лежал ребенок руками, плакала. Что происходило с девушкой, король не знал. Оставалось надеяться, что она сама, рано или поздно, начнет разговор и расскажет отцу, что происходит. Пока же лучше было ее не трогать.

В походном шатре они расположились вдвоем, и поэтому места здесь было предостаточно. Тамалий Зеленый прилег на одном из лож и вертел в руках корень дерева, свой талисман, который подарил ему еще отец. Война началась как нельзя лучше для светлых эльфов. Люди, захваченные врасплох, практически не защищались. Они бросали оружие и подставляли спины под стрелы и копья лесных жителей. Обессиленные Черной смертью, хумансы не могли поверить, что светлые эльфы вышли из своего священного Местальэ, чтобы отомстить Империи за все то зло, которое в свое время люди причинили этой расе. Теперь настал их час. Час расплаты. Тамалий из окна своего шатра видел, как расправляются теми, кто попадался в руки живым. Их сажали на колья и оставляли умирать, как собак, на съедение диким зверям, птицам и насекомым. Дома же сжигали дотла. И пусть пока на пути армии эльфов не встречалось ни одного города, и все, что было разрушено, оказалось только деревушками, все веселье ждало впереди. Войска подходили к Сертагу, до которого оставалось чуть больше десяти миль. Наверняка в городе уже знали о надвигающейся опасности, собирали силы, может быть готовились к осаде. Но никакой осады не будет. Будет лишь короткая, молниеносная расправа и резня, которую он устроит, когда первородные эльфы во-рвуться за городские стены. А потом город будет сожжен дотла, и зола, вперемешку с костями и домами горожан, станет добротным удобрением для деревьев Местальэ, который со временем раскинет сюда свои просторы. Потом же настанет черед Ломена, Авлана и Курнема. Эльфы отдадут свой кровавый долг сполна. Но это будет лишь начало. Потому что затем, вернув долги, Местальэ покажет Императору силу Короны Мрака Тиаро Менториум!

Тамалий заметил, как вздрогнула Альфия. Неужели девушка сумела прочитать его мысли? От этого стало немного не по себе. Он посмотрел на приемную дочь.

 - С тобой все в порядке, дорогая?

Альфия не ответила. Нет, она будет молчать. Эта девушка была весьма странная, и стоило с этим мириться. Она была такой всегда…

«Но всегда ли?» - подумал Тамалий. – «Или с тех пор, как мой народ начал реализовывать планы мести?»

Наверное, можно было сказать и да, и нет. Потому что Альфия действи-тельно изменилсь за последнее время, особенно с тех пор, как неведомые Силы Тиаро Менториум избрали Бордерика хозяином артефакта, измени-лась в ту самую минуту, когда Корона Мрака указала на принца, в тот самый миг. Но, с другой стороны,… разве не вынашивали ли эльфы Местальэ планы мести с того самого момента, как проиграли? Разве не за кровь, муки и страдания, не за жуткую несправедливость этого мира неведомые Силы вручили самый могущественный артефакт в руки принца Местальэ? Разве не ради восстановления справедливости последовал загадочный подарок, Тиаро Менториум? Разве нет?

Альфия вдруг тихонько заплакала. Тамалий, за последние дни не раз ви-девший слезы приемной дочери, опустил взгляд. Успокаивать ее не было никакого смысла. Если только, попытаться обнять. Король подсел к девушке и лалково приобнял. Он не сказал ни слова. Альфия опустила ему голову на плечо и взглянула своими большими и заплаканными глазами в глаза Тамалия.

 - Скажи, ты собираешься идти на восток, отец? – спросила она всхлипывая.

Тамалий ласково поцеловал приемную дочь в лоб.