Пыль

Дарси взял папки, сунул их за спину и заправил в шорты. Потом начал застегивать комбинезон.

— Я их посмотрю. А теперь пошли.

Взяв пистолет, он указал на дверь, и Шарлотта с облегчением вздохнула. Они обошли станцию управления дронами. Ее раздирали противоречивые желания. Прежде она хотела, чтобы этот человек ее арестовал, но теперь ей хотелось рассказать ему больше. Она боялась его, но теперь у нее возникло желание ему довериться. Казалось, что избавление от страданий придет после ареста, после того, как ее снова уложат спать, и в то же время Шарлотте подумалось, что есть еще другой выход, более досягаемый.

Ее вели по коридору, и у нее колотилось сердце. Дарси закрыл дверь в комнату управления. Шарлотта миновала спальные помещения и туалеты и стала ждать в конце коридора, когда он откроет дверь в арсенал. Ее связанные за спиной руки были бесполезны.

— Знаешь, а я знал твоего брата, — сказал Дарси, придерживая для нее дверь. — Он никогда не выглядел слишком крутым. Да и ты тоже.

Шарлотта покачала головой:

— Я никогда и никому не хотела причинить вред. Мы хотели докопаться до правды.

Она прошла через арсенал и направилась к лифту.

— В этом-то и проблема с правдой, — ответил Дарси. — И лжецы, и честные люди заявляют, что знают, в чем она заключается. А это ставит людей в моей должности в сложное положение.

Шарлотта остановилась. Похоже, это насторожило Дарси, он отступил на шаг и крепче сжал пистолет.

— Давай не будем останавливаться, — сказал он.

— Подожди, — попросила Шарлотта. — Тебе нужна правда? — Она повернулась и кивнула на дроны под брезентом. — Как насчет того, чтобы перестать доверять только словам? Перестать решать, кому верить на слово. Позволь мне показать. И ты сам увидишь, что там, снаружи.

52

УКРЫТИЕ 1

Бок Дональда превратился в море фиолетовых, черных и синих ссадин. Он задрал футболку, спустив комбинезон на бедра, и осмотрел свои ребра в зеркале в туалете. В центре синяка виднелось оранжево-желтое пятно. Он коснулся его легко — буквально подушечками пальцев, — и электрический разряд прошел по ногам в колени. Дональд едва не потерял сознание и лишь через несколько секунд смог успокоить дыхание. Осторожно спустив футболку, он застегнул комбинезон и поплелся обратно к койке.

Болели голени, которые он подставлял под удары Турмана. На предплечье вздулась шишка размером с локоть. И каждый раз, когда его одолевал приступ кашля, ему хотелось умереть. Он попытался заснуть. Сон был средством скоротать время, избежать настоящего. Это была спасительная тележка для всех, впавших в депрессию, всех нетерпеливых и умирающих. Дональд был и тем, и другим, и третьим.

Он выключил свет возле койки и лежал в темноте. Криокапсулы и смены — это чрезмерные формы сна, подумалось ему. То, что выглядело неестественным, было скорее вопросом степени, чем характера. Пещерные медведи впадали в спячку на сезон. Люди впадают в спячку каждую ночь. Дневное время было сменой, каждая из которых длится, подобно кванту жизни, все краткосрочные планы подводили к очередному периоду тьмы, мало думалось о том, чтобы сплести эти дни во что-то полезное, в некое ожерелье ценных жемчужин. Просто еще один день для выживания.

Он кашлянул, и ребра пронзила боль, а перед глазами метнулись вспышки. Дональд молил о том, чтобы потерять сознание и уйти из жизни, но боги, управляющие его судьбой, были опытными мучителями. Боли достаточно — но не чересчур много. «Не убивай этого человека, — слышал он перешептывание богов. — Он нужен нам живым, чтобы страдать за содеянное».

Кашель прошел, оставив на губах привкус меди, а на теле запачканный кровью комбинезон, — но ему было все равно. Он запрокинул голову, весь в поту от боли и напряжения, и слушал тихие стоны, срывающиеся с губ.

Миновали часы или минуты. Дни. Возле двери послышался шум, дверь скользнула в сторону, щелкнул тумблер, кто-то включил свет. Это мог быть охранник с ужином, завтраком или какой-нибудь другой бессмысленной отметкой времени суток. Или Турман, чтобы читать ему поучения, учинять допрос, а потом отправить на заморозку.

— Донни?

Это была Шарлотта. В коридоре позади нее горел тусклый свет, как в третью смену. Когда она подошла, в дверном проеме появился мужчина, один из сотрудников службы безопасности. Значит, ее нашли и заперли тоже. Но они, по крайней мере, подарили ему этот момент. Дональд так стремительно сел на койке, что едва не потерял равновесие, но их руки нашли друг друга, и брат с сестрой соединились в объятиях.

— Ребра, — прошипел Дональд.

— Посмотри на мою руку, — сказала сестра.

Она высвободилась и шагнула назад. Дональд захотел спросить, что не так с ее рукой, но она прижала палец к губам.

— Быстрее, — сказала она. — Сюда.

Дональд взглянул мимо нее на мужчину в двери. Тот оглядел коридор в обе стороны, его больше тревожило, не идет ли кто по нему, чем возможность побега Дональда или его сестры. Боль в ребрах Дональда поутихла, когда он понял, что происходит, даже ребра у него стали меньше болеть.

— Мы уходим? — спросил он.

Сестра кивнула и помогла ему встать. Дональд вышел вслед за ней в коридор.

Так много вопросов, но молчание было важнее всего. Сейчас не до вопросов. Сотрудник службы безопасности закрыл дверь и запер ее. Шарлотта уже направлялась к лифтам. Дональд похромал за ней босиком, левая нога отдавалась болью при каждом шаге. Они были на этаже администрации. Миновали отдел учета, где подсчитывались запасные части и расходные материалы, оставили за собой архивный отдел, где сводились воедино и вводились в серверы основные события в каждом укрытии, и отдел контроля народонаселения, где когда-то брали начало многие из его отчетов. В этот, скорее всего, ранний утренний час во всех офисах царила тишина.

На посту охраны никого не оказалось. За ним их дожидался лифт, настойчиво жужжащий в режиме блокировки. Дональд отметил, что в лифте сильно пахнет чистящим средством. Шарлотта нажала кнопку блокировки, отсканировала свое удостоверение и нажала кнопку этажа арсенала. Охранник боком проскользнул через закрывающуюся дверь, и Дональд заметил в его руке пистолет. Дональд понял, что пистолет тот держит не из-за опасения, что его обнаружат. Они были не до конца свободны. Молодой мужчина стоял в лифте напротив них и настороженно наблюдал за ними.

— Я знаю тебя, — сказал Дональд. — Ты работаешь в позднюю смену.

— Я Дарси, — отозвался охранник.

Он не подал руку. Дональд подумал о безлюдном посте охраны и понял, что этот парень должен был находиться там.

— Верно, Дарси. Что происходит? — Он повернулся к сестре. Из-под ее футболки с короткими рукавами выглядывала марлевая повязка. — Ты в порядке?

— В порядке. — Она с явным беспокойством наблюдала, как загораются и перемещаются на панели индикаторы этажей. — Мы запустили еще один дрон. — Она повернулась к Дональду, ее глаза заблестели. — И он пробился.