Рекрут
Шрифт:
Остен долго смотрел на маленький сверток. Потом быстро схватил его и спрятал за пазуху.
Глава 9
— Рекруты, остановить тренировку!
Глава Лунных стражей Тарен Сойр вошёл в зал, тишина обрушилась на нас так внезапно, словно кто-то выключил весь звук разом. Даже вечно неугомонный Хван притих и вытянулся по струнке. Мы выстроились в шеренгу перед высоким начальством.
Тарен Сойр был из тех, кто не нуждается в громких словах или эффектных позах. Он просто появлялся, и становилось понятно: сейчас объявят что-то важное.
—
Несколько человек вздрогнули. Остальные замерли, боясь дышать. Свет над нами — мягкий, бледно-голубой — тоже, казалось, поблёк.
— Через три лунных цикла состоится финальный отбор в особые отряды. Экзамен только для тех, кто собирается носить знак Лунного стража. Так что еще раз подумайте, хотите ли вы связать жизнь с моим подразделением.
Вот и оно. Официально. Без намёков и полутонов. Что мне нравилось в Сойре, так это его привычка говорить все чётко и по делу.
— Экзамен состоит из трёх этапов, — продолжал глава Лунных стражей. — Первый — теоретический: устройство отрядов, тактика выживания в Диких землях, твареведение, топография, магическая теория. Второй — практический: Теневой бой, бой с артефактным оружием, адаптация к нестабильной обстановке. И третий…
Он сделал паузу. Не ради драматизма — он просто умел расставлять акценты.
— Третий этап — самостоятельный полевой выход. Один из секторов Диких земель второго контура. Выход автономный. Без наставников. Без поддержки. Цель — выжить и вернуться с результатом.
Один из новичков, стоявших рядом, громко проглотил слюну. Другие тихо перешёптывались.
Я не шевелился. Эта часть мне как раз была по вкусу. Вероятно, я был одним из немногих, кого по-настоящему тянуло в Дикие земли.
— Провалившие не смогут повторить экзамен в течение одного года, — продолжил Сойр. — Но пока — у вас есть три лунных цикла на подготовку. Не тратьте это время зря.
Он вышел, оставив нас среди навалившейся тишины и новых перспектив.
Через пару минут, когда воздух в зале снова стал пригодным для дыхания, рекруты оживились. Хван был первым, кто пришел в себя:
— Ставлю двадцать лунаров, что Хельдр снова завалит теорию.
— Принято, — тут же отозвалась Элвина, не оборачиваясь. — А я ставлю, что Ром пройдёт на третий этап. И вернётся.
Я приподнял бровь, повернувшись к ней. Она едва кивнула мне и улыбнулась. Но взгляд у неё был сосредоточенный. Словно она пыталсь что-то просчитать.
— А ты как думаешь? — Хван ткнул меня локтем в бок. — Пройдёшь?
— А ты? — парировал я. — Рискнешь заночевать в долине?
— Я? — Он изобразил скромность, от которой захотелось вызвать санитаров. — Это вряд ли. Я здесь исключительно ради атмосферы. Должен же кто-то веселить вас в эти безрадостные будни…
Я усмехнулся. В паре шагов от нас Лия о чем-то тихо разговаривала с наставницей. Когда она бросила на меня взгляд, в нём было что-то спокойное. Поддерживающее. И что-то ещё — более глубокое. Или мне просто показалось.
Позже, уже ближе к выходу, я увидел Хвана, корпевшего над каким-то блокнотом.
— Ещё одна ставка на Хельдра? — спросил я.
— Таблица! — торжественно сообщил он. — Победители, фавориты, темные лошадки… Ты, кстати, как раз в этой графе —
«тёмная лошадка». Немногие ставят на то, что ты пройдешь на третий этап. Очень выгодный коэффициент…— Ещё одно слово — и коэффициент резко упадёт вместе с тобой с лестницы, — пригрозил я без тени злобы.
Он фальшиво ахнул:
— Угроза? На территории тренировочного зала? Это дисциплинарное нарушение!
— Жаловаться будешь Сойру? Он наверняка тебя поддержит.
— Лично подаст мне бинты! — хохотнул товарищ. — И утешит. Тычком в солнечное сплетение…
Я покачал головой и направился прочь. Завтра возобновятся тренировки, потом — этапы, потом — экзамен, и дальше либо Белый Утёс, либо… Гриб его знает. Что ж, я не был из тех, кто отступает перед шансом. Даже если этот шанс — поганый удар твари в спину где-нибудь в пустыне.
Я выживу. И узнаю правду. Просто потому, что не могу себе позволить другого.
Закат в Альбигоре — отдельное природное явление сродни произведению искусства. Особенно если наблюдать его не сквозь прорезь тренировочного шлема, пока тебя неслабо лупит по рёбрам юноша, который мечтает видеть тебя трупом с первого дня встречи.
Я стоял напротив Остена на главной площадке для спаррингов. Вокруг нас светилась каменная арена, покрытая рунами поглощения — чтобы особенно буйные не устроили шоу с жертвами. Мы были в снаряжении лёгкого класса — кожаная куртка с защитой суставов, артефактные клинки. Магия допускалась, но дозированно — больше для тренировки контроля, чем для реального боя.
Пары определялись случайно.
Остену «повезло». Наставник вытянул жребий и заулыбался — тот самый хищный оскал, которым приветствуют новости о потенциальных травмах. Остен хмыкнул, доставая меч. Я ответил легкой улыбкой.
— Не волнуйся, — сказал он, — постараюсь оставить тебе хотя бы зубы.
— Ты благороден, как всегда.
Мы поклонились по уставу. Затем — сигнал. И началось.
Он атаковал первым. Остен вообще был парень порывистый — в бою полагался на силу и агрессию, хотя с техникой у него все было в порядке. Всплеск Ноктиума окрасил воздух — его клинок налился багряным, будто жаром от кузнечного горна. Рывок — и удар сверху, с замахом, способным снести половину черепа.
Я отступил, парировал, нырнул под клинок и провёл серию коротких рубящих ударов в корпус. Он отреагировал мгновенно — отскочил, развёл руки, призывая крошечную искру света между ладоней. Она мигнула — и исчезла. Иллюзия. Отвлекающий манёвр.
И в этот момент его нога уже летела мне в живот.
Я сгруппировался, принял удар, ушёл в перекат и выбил клинок у него из рук. Досадно. Слишком рано — неинтересно.
— Я готов продолжить! — крикнул Остен наставнику.
— Разрешаю.
Остен и не думал сдаваться. Он рванул вперёд, уже без меча, пустив в ход серию приёмов из ближнего боя. В этом он был хорош — и явно тренировался с пелёнок.
Не знаю, сколько мы дрались. Подходы, атаки, уходы. Вспышки Ноктиума, метания Теней. Пыль на сапогах. Сухой ритм ударов, будто барабанная дробь на праздничном шествии.
В какой-то момент я поймал его на открытом плече — прямой удар врезался точно ему в ключицу. Он пошатнулся, но не сдался. Поднырнул под мою руку, резко крутанулся и едва не выбил клинок.