Рекрут

Аркиса отбросило на несколько шагов, и он едва удержал равновесие.

Мастер резко выдохнул.

— Ох и норовистый! Да это же… — Он поднял глаза на меня. — Глазам не верю! Он тебя слушается? Тебя?!

— Он — часть меня, — сказал я. Его имя — Тень-Шаль.

— Хвала Жару, — прошептал Аркис. — Выходит, не зря один из ваших Герцогов его тогда купил… Что ж, Лия, в кои-то веки ты пришла с чем-то интересным.

Он жестом велел нам идти за ним. Мы прошли через зал рун, спустились по лестнице в архивы. Пахло гарью, чернилами и старым железом. В одном из залов стояли каталоги артефактного оружия. Бесконечные стеллажи с пронумерованными фолиантами.

Аркис долго рылся. Наконец достал тонкий свиток, перевязанный красной лентой.

— Вот. Записи ковки. Исходный материал был найден три сотни лет назад на развалинах старого форта. Мы нашли его обломанным. Магия внутри почти выгорела, но кое-что осталось. Здесь указано: перекован из фрагмента клинка мага или воина высокого ранга, найденного в развалинах Форта Белый Утёс. Металл редкий — он откликался на магию Тени. Имя хозяина не установлено. Меч упрямый. Тогда он никого не выбрал. В итоге его продали Лунорождённым, потому что была очевидна связь с магией Тени.

— Могу я взглянуть?

— Конечно. Раз Тень-Шаль тебя выбрал, ты должен знать о нем всё.

Я забрал свиток. На обратной стороне — затёртая эмблема, смутно напоминавшая полумесяц, пересечённый всполохом пламени. Я чувствовал, как в груди что-то загудело — отголосок. Память не пришла. Но… клинок что-то знал. Знал, да сказать не мог.

— Спасибо, — сказал я тихо, еще раз пробежавшись глазами по записям. — Это важно.

Аркис кивнул и вдруг добавил:

— Если он тебя выбрал, парень… не предай. У древнего оружия есть душа. Старые маги и воины ковали клинки, и вкладывали в них свою магию и кровь. Отдавали часть себя. Порой — лучшую часть. Если этот клинок решил тебе довериться, не подведи его.

Словно подтверждая слова старого мастера, Тень-Шаль тихо загудел у меня в ножнах.

Мы вышли из Храма, солнце уже клонилось к закату. Воздух всё ещё был горячим, но даже в кузнечном квартале начал дуть прохладный ветерок.

Лия молчала, пока мы не дошли до фонтана у границы квартала. Наконец, она не выдержала:

— Ничего не понимаю, Ром! Как такое возможно? Такое оружие должно реагировать только на владельца. Но ты не можешь им быть…

Я пожал плечами.

— Может, он принадлежал моему предку? Если дело в крови.

— Или в Тени, — тихо добавила Лия. — У тебя очень странная Тень…

Глава 8

Зал Наставников клана Лунорожденных

Потолок, высокий и темный, скрывал резные своды, от которых тянуло прохладой. Магические светильники горели приглушённо, не рассеивая тени, а лишь очерчивая фигуры тех, кто сидел за стеклянным столом.

Магистр Салине склонилась над чашей с дымящимся зельем — слабая синяя дымка поднималась вверх, меняя форму, словно отражая настроение происходящего.

— Он побывал у Варейна, — сказала Салине, не глядя на собеседника. — И вернулся с официальным разрешением продолжать занятия. Значит, Герцог не счёл его угрозой. Пока что.

— Просто не стал избавляться от оружия, которое может быть полезным, — тихо отозвался магистр Алвар Трейн. — Не обольщайся, Салине. Герцог тоже не до конца доверяет нам, как и мы ему. Он — потомственный воин, а мы — маги.

Салине кивнула.

— Но этот юноша, Ром… В нем объединены воинское искусство и магия, как у истинных Лунных стражей. Алвар, я видела его Тень. Видела, как клинок сам бросился ему в руку. Это — истинное чудо. Дыхание древней, забытой магии. Безродный уже несет в себе то, что мы столетиями собираем по крупицам после Столкновения…

Магистр Трейн покачал головой.

— Я знаю, что тебя всегда влекли древние знания. Но будь осторожна, Салине. Если все пойдет дальше так, как идёт сейчас, весь наш клан может оказаться в опасности. Солнцерожденные контролируют городской совет. Они сделают всё, чтобы не допустить нашего возвышения.

Салине подняла глаза. Её лицо, как всегда, было спокойным, но в глазах плясали ледяные искры.

— Пусть Солнцерожденные боятся. Сейчас для них настали тяжелые времена. Пока не станет известно о судьбе Дневных принцев, их клан уязвим. А мы… Мы уже слишком долго плавали в стоячей воде. Иногда её нужно взболтать, чтобы поднялся ил. И я думаю, что Ром — именно та палка, которую мы боялись взять в руки.

Трейн недовольно поморщился.

— Он пока что не один из нас, Салине. Какими бы успехами он ни блистал — его ядро нестабильно, происхождение туманно, поведение… непредсказуемо. Он еще не Лунный страж. Ему нельзя доверять.

— А мне казалось, ты был одним из тех, кто первым голосовал за то, чтобы взять его в рекруты. — В её голосе промелькнула мягкая насмешка.

— Тогда я полагал, что это жест милосердия, не более. Но теперь… Все заходит слишком далеко.

Магистр поднялся и отошёл к окну. За плотными стеклянными створками мерцал спокойный пейзаж родного квартала — как будто город действительно спал.

— С тех пор, как появился этот Ром, всё начало меняться. Слишком быстро. Дневной клан все чаще шлёт шпионов и вынюхивает в нашем квартале. Ищут предлог, чтобы качнуть равновесие. И твой Ром — идеальный предлог.

Салине улыбнулась.

— Ты боишься, учитель?

— Я предчувствую, — тихо сказал Трейн. — Мы стоим на границе между двумя эпохами. И если сделаем шаг не туда — нас сметёт.

Салине подошла ближе. Пальцы её мягко легли на плечо старика.

— И всё же… Ром может стать нашим щитом. И мечом. Мы слишком долго были в тени Солнцерожденных и позволили им взять под контроль почти весь Альбигор. Иногда нужно атаковать первыми.

— Иногда. — Алвар Трейн вновь повернулся к ней. — Но если ты сделаешь ставку на него, то будешь нести всю ответственность. Он не просто ученик. Он символ. Для кого-то — перемен, для кого-то — угрозы. И мы должны возглавить эти перемены, пока они не уничтожили нас самих.

* * *

Я уже не считал, в который раз пересекал плац перед залом тренировок. За последние дни я почти привык к утренним марш-броскам и вечерним тренировкам на износ, к расписанию, где личное время — это роскошь, а сон — милость. Но сегодня всё было иначе. Наконец-то нам назначили не практику, не физподготовку, а лекцию.

Лекцию о тварях.

Не скажу, что я обрадовался. После рейда, где я чуть не потерял и голову, и Лию, я успел насмотреться на тварей с избытком. Но всё же вошёл в зал, как положено — в форме, с планшетом и готовностью впитывать информацию.

— О, вот и новичок!

Внутри уже собралась почти вся наша группа — стажеры, как и я, и старшие рекруты, которые успели уже поносить полевые доспехи. Я мельком оглядел их. Слева — хмурый Галлен, с тяжёлой походкой и ещё более тяжёлым взглядом. Его всегда звали последним на тренировках, потому что он бил так, что инструкторы потом искали замену мишеням. Рядом с ним — близнецы Тар и Рион, весельчаки и задиры. А чуть поодаль — девушка.