Рыжее море

– Соображаем, - кивнула Катерпилариса, - Пара эсминин от силы, не более того. От кого им защищать линкоры? Только от подлодок, но никак не от надводных кораблей.

– Допустим даже так, - не оставал Бондар, - Но это же долбанные плавучие горы железа с долбаной прорвой долбаных пушек! И против них - восемнадцать катеров?!

– Ты математику видел, или куда?
– осведомилась грызуниха, - У нас будет раз в десять больше вероятности попадания, а это не шутки.

– Да, но... пффф, - клацнул пастью лис, - Ладно, будем считать, что вы знаете, что делаете.

– Теперь - да, - хмыкнул Тратень, - Вот когда из Мртыевска послали нам "баклана" через Тад-болото, это была так себе идея, как выяснилось. Хорошо ещё, что там оказалась Лиса, а не баран какой-нибудь. Без этого запаса топлива и боеприпасов ни о какой операции не могло бы идти и речи.

– Надо отметить экипаж, - тявкнул лис, - И капитана.

– Вот и займись, - хихикнула Катерпилариса, - А у нас мешки.

Единственное, в чём у грызей имелись сомнения, так это в рациональности уничтожать гурпанские линкоры прямо сейчас. В сложившейся стратегической обстановке они не представляли серьёзной угрозы для Союза, потому как к приморским городам никто их не подпустит в прямом смысле на пушечный выстрел. А вот для листовцев эти лоханки стали бы неприятным сюрпризом, если бы гурцы раскачались перебросить их на западный фронт. Однако, это всё теоретические разбрылы мысли, а на практике, "Циприт" имеет на вооружении восемь орудий по триста восемьдесят миллиметров калибра. Такие пульки, весом по пол-тонны каждая, да выпущенные по любому плацдарму, не могут не принести огромных разрушений. Поэтому, хихикали тактики, листовцам повезло, беречь для них линкоры никто не будет.

Пока остальные пересчитывали время операции, деля километры на ноль, как это называлось, Грибыш снова помотал ушами над списком кораблей. Ну как кораблей, корабликов... Одним из преимуществ мортанков было то, что никто не воспринимал их всерьёз - а потом уже становилось поздно. "Цыплота" впринципе несла десяток мортанков, но три из них уже получили повреждения в первой операции, так что, оставалось семь. На однотипном тяжёлом носителе "Объ" в боеготовности имелось девять штук, ещё два сидели на малой несушке "Гиря". Причём этим двум, мортанкам тип 1, отводилась существенная роль, потому как они тащили торпеды. Остальные, тип 2, полагались на артустановки, маневренность, и малые габариты. Плюс ещё кое-что, привезённое "бакланом" как раз вовремя, потёр лапы грызь, хихикая.

Вылезши наверх, Грибыш повертел ушами в потоках свежего морского воздуха. Жары конечно нету, однако погодка радует тем, что шторм переходит в зыбь, что чрезвычайно полезно для мортанков. Чем более спокойное море, тем больше у них преимуществ перед крупными кораблями в артиллерийском бою. А волны всё убывали, так что грызь, как и остальные морячки, довольно хихикал.

– -----

Отважно и ловко

Воюет плутовка,

Хозяйка морской глубины.

Недаром в почете

На северном флоте,

Подводники нашей страны!

– изъ песни

– ------

: Мортанки - вперёд!

– -------

Тёмная вода Неюжного моря плескалась крупной зыбью, а на небе разлилась белая облачность; ветер задувал от случая к случаю и весьма вяло, так что, в ближайшее время усиления волнения не предвиделось. Такая погодка здесь случалась далеко не часто, если уж копнуть лопатой метеорологию, то штормило более половины времени. Так что, относительное затишье можно было счесть значительной удачей. Так сочли даже гурпанцы, толпящиеся на палубах двух линкоров, каковые сейчас неспеша двигались на восток. Огромные стальные горы, в четверть километра длины каждая, оставляли за собой длинные хвосты белого дыма из труб, и перелопачивали своими винтами воистину гигантские объёмы воды. Сопровождающие эсминцы выглядели лодками на фоне серых туш линкоров.

"Циприт" и "Крамсиб" таращили во все стороны стволы орудий, от огромных главных калибров до скорострельных зениток - в общем, это как раз подходило под определение "ощетиниться, как ёжъ". Если смотреть вдоль борта, замучаешься только считать огневые точки! При этом здоровенный корабль движется практически бесшумно, только вал воды, разрезаемой носом, создаёт звук - соль в том, что машины упрятаны слишком глубоко под конструкции, и снаружи их не слышно. Таращась глазами на соседний линкор, гурпанские морячки преисполнялись чувства собственного веса и совершенно расслаблялись - ну какой псих может подойти близко? Капитаны, правда, соображали, что определённая угроза всё же есть, в первую очередь от подлодок. Чтобы исключить случайности, имперский флот выделил дюжину кораблей, прослушивавших море на пути следования линкоров. У лодок противника не было шанса незамеченными подойти для атаки.

Ньюанс состоял в том, что советские подлодки и не собирались подходить сколь-либо близко. На охоту за линкорами в данный момент вышли в основном трое - тяжёлые носители "Цыплота" и "Объ", плюс лёгкая "Гиря". Носители поддерживала группа боевых подлодок, но они тоже не собирались гоняться за гурпанцами, пытаясь попасть торпедой. На расстоянии в сто пятьдесят километров от конвоя, в направлении северо-востока, из барашков на зыби показались сначала трубы перископов, режущие воду при движении, а затем и рубки подводных кораблей. Вздымая пенные буруны, подлодки поднимались на поверхность, и тонны воды сливались с верхних палуб обратно в море. "Цыплоте" потребовалась пара минут, чтобы поднять всю свою тушёнку, от острого носа, похожего на обычную субмарину, до боковых палуб, на которых стояли бронекатера, по пять штук с каждого борта.

Из открытых в бортах мортанков балластных люков широкими потоками хлестала вода, осушая посудины. Перевозить корабли под водой можно только при условии их затопления, так что мортанки именно затапливались забортной водой, чтобы не создавать лишней плавучести. В стороне от длинных подлодок-носителей всплыли и боевые "щуки", дыхнуть свежего воздуха и прикрыть зенитками, на всякий случай. Над морем разнёсся хоровой грохот дизельных движков, заряжавших аккумуляторы, и слышался шум воды, хлещущей с несушек по обеим бортам. Как только стало ясно, что подлодки заняли стабильное положение на воде, заскрипели запоры люков, и на палубы повалили морячки... поскольку здесь это большей частью были грызи, они при этом ещё и ржали, как кони.

– Да чё вы ржёте, грызота эдакая! Устроили тут конюшню, пух в ушах!
– катался по смеху Грибыш, вылезши на верхнюю площадку рубки.

– На себя посмотри!
– резонно отвечали грызи.

Но, как известно, смех с мехом, а обед по расписанию - всмысле, пухня война, главное маневры. Сейчас эта присказка была актуальна как никогда, потому как морячки уже две недели мариновались в отсеках подлодок, и всё для того, чтобы выйти на цель в точно высчитанный момент. Экипажи мортанков сейчас протягивали на свои посудины воздушные шланги от компрессоров, при помощи которых проводилось полное осушение... Тут ещё какой-то умник рассыпал по палубе сушки, так что, ржач начался с новой силой. Оглядывая горизонт, который оставался совершенно чистым, грызь отмечал, что погодка весьма способствует. Может быть, даже слишком.

– Если эти фофаны не поленятся запустить аэропланы, - цокнула Катерпилариса, вспушившись, - Это может выйти боком.

Грибыш кивнул, соображая. При условиях, близких к штилю, нет никакой проблемы выкатить из ангара гидроплан, поставить на катапульту и запулить его в полёт. Правда, чтобы принять его обратно, потребуется остановиться и потратить некоторое время на подъём аппарата на корабль. В самом идеальном случае - минут пятнадцать будет потрачено...

– Вряд ли, - мотнул ухом грызь, - У этих фофанов здесь полно патрульной авиации, вот она-то скорее и спалит наши маневры.

Морячки переслухнулись и кивнули - если что, они без колебаний отзовут мортанки, примут на носители, и флот исчезнет под водой, ожидать другого удобного случая. Упираться и пытаться прыгнуть выше ушей на ровном месте - это не про белокъ. С другой стороны, гурпанцам требовалось покрывать патрулированием огромадные площади морей, и на всю эту акваторию никак не могло хватить самолётов. И наконец, прямо здесь же, в Неюжном море, уже давно действовали советские подводные гидрокрейсера, причинявшие большие неудобства противолодочникам. Насколько было известно, неудобства исчислялись десятками сбитых самолётов. Причём, чем спокойнее море - тем проще работать гидропланам, взлетающим с поплавковых катеров. По этой причине тактики с "Цыплоты" могли рассчитывать, что ударные группы мортанков всё же не будут обнаружены с воздуха, когда у гурцев ещё будет возможность изменить курс и уклониться от встречи.