Солнце больше солнца

Благодаря дани, взятой с беглецов от раскулачивания, преобразился внутри дом. В большой с четырьмя окнами комнате вместо комода с зеркалом, перебравшегося в одну из новых комнат, встала дубовая жёлто-коричневатая горка. Её верхнюю полку заняли фарфоровые рыжая лиса и белая уточка с вереницей утят, на полках ниже поблескивали хрустальные бокалы, рюмки, пузатый графинчик, ещё ниже поместились стопками блюдца с голубой и золотой каёмкой, разного размера стопки расписных тарелок, в самом низу нашло место блюдо для двухнедельного поросёнка.

Мысль купить горку и то, что в ней, подали хозяину Федосья, Поля и Потаповна. Маркел с Полей раз за разом ездили в Сорочинское на подводе, которую предоставлял председатель сельсовета, привозили облюбованные вещи. В угол большой комнаты поставили трюмо, у одного из окон - небольшой лакированный письменный стол с одной тумбой. На нём принялся тикать будильник, редкая для села вещь, - конструкция Б-4, самая новая, разработанная на 2-м Московском часовом заводе. Кровать покрыло одеяло из верблюжьей шерсти, в изголовье на одну пышную подушку встала торчком взбитая вторая, обе сверкали белизной накрахмаленных наволочек. Стену над кроватью украсил яркий ковёр, на котором над овцами с ягнятами распластал крылья огромный орёл. Второй ковёр, толстый, с восточным орнаментом, стлался по полу от кровати до середины комнаты. Табуретки в ней были заменены венскими стульями.

В двух других комнатах тоже появилось по ковру на стене и по коврику на полу; в той, где спали Виктория и Любовь, занял угол шифоньер с зеркалом. Комната, куда переместили комод, была отдана сыну Льву, она обрела письменный стол без тумбы с глобусом на нём, над столом прибили к стене полку, на которой заняли место "Букварь", "Арифметика", книжка с картинками "Дети подземелья" Владимира Короленко, несколько книг Горького - их сам Маркел Николаевич почитывал. На подоконниках во всех комнатах Поля держала горшки с геранью и с алоэ.

Потаповна по-прежнему жила в кухне. Во дворе жила в конуре лютая немецкая овчарка Терзай чепрачного окраса - с жёлто-песочным подпалом и с чёрной спиной. Хозяин на ночь спускал Терзая с цепи.

Поутру Неделяев отправлялся на службу в тёмно-синей форме с металлическим нагрудным знаком: на красном щите - золотые серп и молот, расположенные крест-накрест, рукоятками вниз, обрамлённые белым венком из колосьев, венок внизу завязан красной ленточкой с надписью "РСФСР". Название должности Неделяева теперь было: участковый инспектор сельской местности.

Сидя у себя в кабинете, он принимал подростков-разведчиков очередного поколения, которые, как и их предшественники, тайком входили через лавку утильсырья. Инспектор узнавал, что свинарь заколол и унёс из колхозного свинарника одного из новорождённых поросят, что колхозницы украдкой выкапывают в поле молодую картошку, а плотник, который должен подправить колхозный амбар, украл несколько досок.

Неделяев с дотошностью разоблачал виновных, отчитываясь перед начальством за каждую возвращённую картофелину, за каждую доску, он прекрасно понимал, как сурово время, как можно поплатиться за неусердие в охране колхозного добра. Он получил молодую рослую лошадь, ездил на ней по подконтрольной ему местности и, благодаря осведомителям, ловил детей, которые воровали с колхозных полей колосья или приходили в коровник к матерям-дояркам тайком пить колхозное молоко.

Придя со службы домой, сняв сапоги, галифе, китель, он мыл с мылом руки, лицо и в мягких домашних тапочках на войлоке, в лёгких сатиновых шароварах, в ситцевой рубашке садился в большой комнате за обеденный стол. Поля подавала густой мясной суп и частенько - те самые блины трубочкой с жареным молотым мясом внутри, которые когда-то так полюбились мальчишке Маркелу в доме Даниловых. После блинов полагалась сладкая заедка.

Маркел Николаевич поглядывал на горку, полную хрусталя и фарфора, на ковёр над кроватью, бросал взгляд на своё отражение в трюмо - здоровый отрастивший брюшко мужчина, чья шея раздалась шире головы. Его погреб, подполье, кладовые были полны запасов, и он не мог не понимать, что стал истинным сусликом, нагуливающим всё больше жира. Раздражаясь из-за этого понимания, он говорил себе, что у него необыкновенно иное сознание, что ему, Маркелу Неделяеву, как, может быть, более никому в стране, открыто значение сил всемирного господства. "Я! я! я пишу о видах невероятного оружия!" - исходил криком в его душе голос, отвечая зловредному: "Толстеющий суслик".

Он спешил к письменному столу, брал карандаш и писал, писал, писал, опьяняясь гордостью от того, что открывает читателям.

62

Какой пухлой стала папка с рукописью! Как тяжелела от груза вмещающихся в неё событий! Главный герой произведения с командой своих людей на подводной лодке подплыл к берегу Британии, тёмной ночью лодка всплыла, и разведчики на надувных лодках добрались до суши. Им пришлось немало постараться, с блеском проявляя изворотливость, раз за разом обводя вокруг пальца британскую контрразведку, пока, наконец, они обнаружили в неусыпно охраняемой местности засекреченные военные заводы.

Возвратившись на родину - опять же, после приключений, от которых перехватывало дух, - герой с помощниками привели в действие невиданное оружие, и в Британии над военными заводами раскалился воздух, воспламенилось всё, что может гореть, - бомбы, уже готовые и полуготовые, сколько их ни было, взорвались так, что от заводских зданий остались лишь пыль и пепел.

А у героя и его команды - уже другая цель. В самолёте, летящем на большой высоте, они оставили под собой границу Германии, которой правят фашисты во главе с Гитлером. Спрыгнув с парашютами, разведчики принялись водить за нос германскую контрразведку, выведывая, где скрыты заводы, которые вырабатывают отравляющий газ. Заводы найдены. Запасы уже готового газа таковы, что можно умертвить треть населения СССР. Разведчики угнали германский самолёт, вернулись на родину и посредством невероятного оружия вызвали на фашистской земле чудовищный смерч, который разметал и разбил всё неисчислимое множество баллонов с заготовленным газом.

Оставался ещё страшный враг - Америка, чьи хозяева, извечные дельцы, задумали, послав тучи самолётов бомбить Советский Союз, высадить затем войска на всём его тихоокеанском побережье. И вот главный герой книги и подчинённые ему учёные, инженеры, военные усаживаются на исполинский плот из стали, который отрывается от земли, поднимается ввысь за счёт силы, открытой советской наукой, и летит над океаном к Америке. С плота виден внизу портовый город, видны огромные военные корабли, которых так много, что им тесно в гавани.

Главный герой отдаёт приказ, и с летающей громадины на флотилию сыплются бомбы, низвергаются потоки всепожирающего огня. Затем плот-исполин опускается на сам город, дробит здания-небоскрёбы, расплющивает в лепёшки автомобили, которые заполняют улицы.

Неделяев описал как мог полно ужас титанической силы разрушения.

В сельской школе в последнее время появилась пишущая машинка, одна из учительниц, беря на себя обязанности секретарши, печатала то, что требовалось. Маркел Николаевич поговорил с ней, и она, перепечатав рукопись, поблагодарила за оплату ответственного труда. Неделяев отправил книгу в Москву в Государственное Издательство Художественной Литературы (ГИХЛ). Ожидая ответа, он ел без всякого аппетита, парился в баньке один, без Поли.

Настал день, когда, придя домой обедать, он взял из её рук пакет, надорвал его и, не вынимая рукопись, извлёк письмо. Не давая себе глядеть на него, пошёл в уборную в крыле дома за коридором, уселся, стал читать. Письмо припекло его к гладкому настилу с отверстием. Страница была отведена примерам его малограмотности, после чего говорилось, что это "лишь малая толика огрехов, наполняющих рукопись". Ему советовали "повышать уровень образования, вообще работать над языком" и сообщали, что "в настоящем виде рукопись не представляет художественной ценности".