Солнце больше солнца

После обеда в обязательный "тихий час" Ростислав лежал на спине и самозабвенно читал роман "Батый", а Маркел Николаевич в том же положении, но с закрытыми глазами, представлял, как усаживает брюнетку в люльку иссине-серого мотоцикла, везёт в поле под знойным небом к стогу душистого сена, она выскакивает из люльки, играючи убегает за стог и, настигнутая, становится покорной, позволяет уложить себя на сено...

За "тихим часом" обязательным был полдник, отдыхающие опять собрались в столовой, и Неделяев поймал два ответных, хотя и мимолётных взгляда брюнетки. Доев сырник, она, как почти весь народ, вышла из здания, он последовал за ней на некотором расстоянии, собираясь ненавязчиво приблизиться, но его опередил шустрый нахрапистый мужчина - помощник прокурора одного из районов области, как потом узнал Неделяев. Мужчина весело обратился к даме:

– Не хотите в сельский магазин сходить - посмотреть, что там есть?

– А это далеко?
– вяло спросила она.

– Да вон деревня!
– он показал рукой вдоль берега озера на видневшиеся между ним и лесом домики.

Маркел Николаевич вклинился в разговор.

– Вам надо кофту с собой брать. Когда будете возвращаться, ветерок посвежеет, - сказал он незнакомке, откровенным взглядом в её глаза объясняя свою заботливость.

Помпрокурора недовольно заметил:

– Долго за кофтой сходить?

Неделяев спросил брюнетку таящим усмешку голосом:

– Вам нужен деревенский магазин?

Она бесцеремонно посмотрела в лица мужчинам.

– Я хочу на уток поглядеть, - и направилась к озеру, где у берега плавали утки с утятами.

Помпрокурора от неё не отстал, а Маркел Николаевич, решив: "Теперь уж как захочет - чьей быть", дал отвлечь себя другим женщинам, отвечая на их благосклонные взгляды фразами "вот бы на лодке покататься", "хорошо бы из озера щуку тягнуть", "а какие бури здесь, наверно, бывают!" и иными того же рода замечаниями. Перед ужином он, постаравшись остаться в одиночестве, стоял у воды, глядя на садившееся солнце; к нему подошла брюнетка, спросила требовательно:

– Ну как вам этот дом отдыха?

Он, погружённый в себя, не сразу ответил:

– Похож на лесную избушку, где хорошо мечтать...

– О чём?
– произнесла она с нажимом.

– Об убежище и о мировой силе победы над врагами, - проговорил он, не сдерживая вдохновения.

Она спросила в смеси удивления и недоумения:

– Какая связь между убежищем и этой силой против врагов?

– Одни люди хотят убежища от сил, которые над ними, а другие хотят самой сильной из сил - ужасной для всех врагов!
– объяснил он в чувстве искреннего переживания.

У неё вырвалось:

– Кто вы?

Он уже на другой ноте назвал свою должность, спросил:

– А вы?

– Следователь прокуратуры Советского района Челябинска, - ответила она веско, тоном служащей, которая ценит своё место работы.

Маркел Николаевич не без растерянности подумал: "Ишь ты!" и в злости на себя бросил мысленно: "Да будь хоть прокурор!"

Она произнесла с чуть уловимой иронией:

– Не чаяла встретить такого инспектора милиции.

Он подумал с внутренним яростным смехом: "А ты никого такого больше не встретишь!" К ним подходил помпрокурора, говоря:

– Мне рассказали - летом ночью окна открыты, и в женскую палату лось заглянул. Одна как вскрикнула!
– он обратился к брюнетке: - Ваша кровать не под окном? Представьте, вы открыли глаза, а прямо над вами - огромная голова в шерсти с рогами!
– мужчина хохотнул.

Неделяев удалился, зная, что она не хотела бы этого, и задиристо думая: "Пусть сравнит!"

78

После ужина почти все столы из столовой вынесли в коридор, народ охватило волнение, появился пожилой, с седыми кудрями, баянист в галстуке, сел на стул и заиграл вальс. Кавалеры, которых было меньше, чем дам, разобрали партнёрш, другие дамы взялись танцевать друг с другом.

Маркел Николаевич, когда случалось, плясал в Саврухе, но городских танцев не знал, однако решил присутствовать - отошёл к окну, опёрся задом о подоконник. К нему подходили женщины, с которыми он поговорил давеча у озера, встречали его улыбку конфуза:

– Я вам ноги отдавлю.

– Ничего, я вас научу.

– Дайте, я сперва посмотрю на танцы, войду в настроение, - просил стесняющийся мужчина.

Брюнетка вальсировала с помощником прокурора, с другими кавалерами, но вот в паузе подошла к Неделяеву, сказала, строгая лицом:

– Кстати, меня зовут Нина.

– Маркел, - ответил он с таким же выражением.

– Интересное имя!
– произнесла она, после чего велела: - Правой рукой берите меня за талию!
– когда он сделал это, положила на его руку ладонь, правой рукой подняла его левую выше плеча, скомандовала: - Правой ногой шаг в сторону! Левой ногой - мах в правую сторону! держите ногу в этом положении, теперь маленький шаг в левую сторону!

Он старался, и у него получалось. В конце концов ему удалось исполнить с нею полный оборот в два такта с тремя шагами в каждом.

– Вот так и научитесь, - сказала она тоном распоряжения, продолжила тихо: - Мы достаточно побыли в центре внимания. После отбоя ждите меня в библиотеке. Если ваш сосед уйдёт на ночь, я пойду к вам.

Оставила его и была подхвачена одним из кавалеров. Маркел Николаевич в неисчезающем аромате её духов укусил себя подозрением: "Хочет посмеяться? Буду ждать и попадусь на обман". Вместе с тем порывами нападало ликование: "Какая стать! А если тело оголит..." - и он едва не зажмуривался мурлыкающим котом. Чтобы успокоиться, не видя её танцующей с другими, ушёл в палату, где сидевший на кровати Ростислав поделился:

– И почитать хочется, и официантка позвала к себе... толстая, правда.

– Позвала - иди. А я свою сюда приведу, - сказал, дружески улыбаясь, Неделяев.

– Ну, если так...
– согласился Ростислав, потянулся и подмигнул.

"А то бы ты не пошёл, променял ночь с новой бабой на чтение!
– насмешливо подумал Маркел Николаевич.
– Рисуешься передо мной - толстая она тебе!" Сам он не заметил толстух среди официанток.

После того как в коридоре выключили свет, Ростислав махнул соседу рукой, скользнул за дверь. Неделяев обул вместо сапог взятые из дома тапочки, неслышной поступью подался в библиотеку, замер в углу. Трое мужчин, один за другим, прокрались в темноте на женскую половину, потом открылась дверь оттуда, кто-то осторожно вошёл. Маркел Николаевич разглядел силуэт дамы, не вытерпел и громко шепнул:

– Вы?

Она быстро приблизилась, прошептала:

– Ну что ваш сосед?

– Ушёл.

Мимо них проскальзывали тени, она произнесла жёстко прозвучавшим шёпотом:

– Договор - никаких вопросов, замужем ли я, разведена, вдова, есть ли дети. Никаких!

– Да мне-то что, - проронил он, думая: "Ты хоть когда-нибудь улыбаешься?"

– Мне понравилось, что в вас нет никакой манерности, но есть внутреннее содержание. Вы и неотёсанный, и непростой. Таким со мной и будьте, - произнесла чуть слышно Нина.
– Пойдёмте.