Суть Руми
Шрифт:
В ста футах нам пук опознать невозможно!
И ты уж немолод, меня ранним утром
Ты спутал с каким-то юнцом златокудрым,
А мы ведь с тобою давненько знакомы,
И знаю я этой болезни симптомы -
Ты лжёшь постоянно! Твоё опьяненье –
Обман, непростимо такое глумленье
Над тем, что для каждого
Ведь ты не дитя, что от груди отнято.
Реальность увидеть мешает гордыня,
Гордишься "дервишеством" будто гусыня!
И клятвы твои о "покорности Богу"
Фальшивы - не верит никто демагогу
Орущему: 'Я - средоточие мира!
Я музыку слышу ночного эфира,
И пук ишака моего дорогого
Божественный знак, подтверждающий слово'!"
* * *
Ты знаешь, наверно, другие примеры,
Как сами себя выдают лицемеры.
Любой, кто сказал: "Я хранитель порога**",
Тебе подтвердит - испытание строго.
У суфиев правило чтилось веками -
Проверка учителя учениками.
Ждёт каждого мастера жизнью проверка,
Портному проверка - костюма примерка.
Как вывесит мастер табличку на лавку,
Так может сам Шах заказать безрукавку,
Оставив отрез из парчи драгоценной ...
Тут сдохнет со страху обманщик презренный!
И Богу противна игра плутовская,
Вино для Всевышнего - честность людская!
Болван-лицемер не вином, а кумысом
Себя опьянил и метался, как крыса.
Приятелю врал: "Я в таком опьяненье,
Что ты мне мешаешь вкушать наслажденье!
Я ключ с топором перепутать способен.
Джунайдом*** я стал, Бистами*** я подобен!"
Но спрятать духовной не смог своей лени,
И выползла мерзкая жадность из тени.
* * *
Постыдно - Халладжа** святое горенье
Трескучим и глупым сменить говореньем!
Ожог от фальшивой горелки реален,
И дружба сгорает, коль друг аморален.
Обманом нельзя лицемеров прожжённых
За ночь переделать в дервишей влюблённых.
Обманщик и плут, лицемерьем живущий,
Есть клоп-паразит, кровь общины сосущий.
Апломб, что безмерною наглостью добыт,
Собой не подменит вам близости опыт.
____________________
* Сохбет (в суфизме) – сессия личного духовного взаимодействия между наставником и учеником. – Прим. перев. на русск. яз.
** Порог – дервиш (фарси). – Прим. перев. на русск. яз.
*** Джунайд, Бистами, Халладж – знаменитые суфии.
Баязид (Абу-Язид) Бистами - один из наиболее чтимых мистиков-суфиев IX в., признанный мусульманским святым, убит в 874 г. Бистами ничего не написал, но время сохранило много его экстатических высказываний. Например:
– Как велика моя слава!
– Я вылез из моей баязидности, как змея из кожи.
– Я понял, что влюблённый, любимая и любовь – это единое целое.
– Я и пьяный, и виночерпий, и вино.
– Я выковал себя сам.
– Я и трон и ступенька трона.
– Твоя преданность мне сильнее моей преданности Тебе.
– Я чистая таблица для письма.
– Я видел как Кааба вращалась вокруг меня.
Опыт Бистами – иллюстрация состояния "фана" – полного растворения в Боге. Когда всё сказанное человеком, сказано самим Богом. В медитации Бистами необычайно смело достигал глубоко-мистических духовных состояний. Его медитативный эксперименты уходили за пределы различий субъекта и объекта, и любых, приписываемых им атрибутов.
Более тысячелетия в суфийских кругах сохраняются и высоко ценятся экстатические плачи Бистами.
В произведениях Руми, Бистами часто упоминается вместе с Джунайдом, который проповедовал духовную трезвость, в той же степени, в какой Бистами проповедовал духовное опьянение. Джунайд сказал: "В трезвости утопает всякое опьянение, но нету опьянения, в котором утонула бы вся трезвость."
Учителем Бистами на пути этого мистического опьянения был Абу Али аль-Синди, который не знал арабского языка. Бистами пришлось обучать своего духовного наставника арабскому, чтобы тот мог читать коран. В ответ аль-Синди обучил Бистами медитации. Бистами осуществил синтез исламского и индийского мистицизма в единое течение суфизма. – Прим. перев. на англ. яз.
Меснави (3, 0650 - 0702)
ШУТ - ПОСЛАННИК
Над шахом Термеза нависла однажды
Угроза войны с Самаркандом. И каждый
Был день на счету. Шах посланца такого
Искал в Самарканд, чтобы мудрое слово
Сказать как мулла мог, был предан и молод -
Чтоб мог, презирая усталость и голод,
Скакать много дней с стратегической вестью,
И чтоб обладал незапятнанной честью!
И Шах приказал огласить в своих градах
О ждущих посланника щедрых наградах -
Невольниц, коней и садов пару дюжин,
Почётных одежд, драгоценных жемчужин
Глашатай сулил кандидату в посольство,
Плюс - пост при дворе и монарха довольство.
* * *
Далгак** – шахский шут, был в селе в это время.
Узнав про призыв, он, вложив ногу в стремя,
Погнал ишака в город, как угорелый,
Да так, что под ним пал ишак очумелый!
Вот в шахский дворец прибыл шут поздней ночью,
Измотан, в пыли. Визирь, видя воочью
Шута в небывалом таком состоянье,