Тень в зеркале

Через двор я не пошёл — в грязи утону, и вышел на идущий вдоль реки проспект. Старая, ржавенькая табличка на доме поясняла, что проспект носит банальное название «Речной». За старой, забрызганной грязью деревянной оградой с бетонными столбами протянулся заросший парк, выходящий к реке — судя по инструктажу, где-то здесь была пристань, у которой принимали баржи с топливом из Нефтехима, что выше по реке.

Я хлюпал по тротуару и думал, что напрямик, наверное, было не сильно и грязнее. Ладно хоть, у меня сапоги. Гидрострой в целом был не грязнее нашего Вокзального — весна, таяние, лужи… Наверное, чуть подсохнет — и начнут прибирать более активно. У нас начинают засыпать лужи битым кирпичом где-то в середине апреля.

Свернул на следующую улицу, идущую перпендикулярно бывшему парку. Вон и вход в общагу — парадный, как его называют.

На проходной меня встретила неласковая тётушка лет пятидесяти и отправила к коменданту. Комендантом оказался седой мужик примерно того же возраста с шрамом на пол-лица, сильно припадающий на левую ногу. А по манерам и речи видно — к порядку привык, скорее всего — бывший сотрудник или военный, получивший травму и потому сидящий на хозяйственной должности…

— Комната один-шесть, первый этаж, направо, — комендант, заполнив бланк, поставил на него печать и отдал мне. — Ключ и постельное возьмёшь у дежурной. В комнате не готовить, не курить. Свободен.

Неласково… Точно бывший служака, из командиров — привык, наверное, что его приказания сразу исполняются.

Поблагодарив, я вышел из кабинета — такое ощущение, что комендант сразу про меня забыл.

Дежурная, увидев бланк пропуска с подписью коменданта, сменила гнев на милость:

— Ну, будь как дома, Владислав, но не забывай, что тут и другие люди живут…

— Да знаю, сам живу в общаге, — улыбнулся я, чтобы чуток разрядить обстановку.

— Ну и славно… Ключ держи, — она протянула мне ключ с деревянной «грушей». — Уходишь — сдавай на вахту, вас в комнате двое.

Вот как? Ну, не знаю даже, плюс это или минус. Смотря кто сосед. Одно понятно — тоже из милиции, общага-то их.

— А с кем я живу? — за спрос денег не берут, так что можно и поинтересоваться.

— Тоже из наших, милицейских, тоже молодой, — не стала конкретизировать дежурная. — Дня два его не будет, он в командировке, так что обживайся, и вещи его не трогай — у нас не принято.

— Ну это понятно…

Ну ладно, если повезёт — может, и сосед что расскажет.

— А где у вас поесть можно? Чтобы расплатиться деньгами Вокзального? — уточнил я, получая от дежурной тощенькую стопку не нового, но чистого постельного белья с вафельным полотенцем в придачу.

— Первый раз у нас? — тётушка дождалась моего кивка и продолжила: — «Сказка», тут на площади, рядом, но вечером она закрыта — хочешь есть, иди сейчас. «Ладога», там, где рынок — это далеко, спроси у прохожих на Молодёжи, не буду объяснять, но там шушера собирается по вечерам, осторожно. Или «Триада», это квартал дальше по Молодёжи и там во двор. Пьёшь? — подозрительно глянула она на меня.

— Нет, — помотал я головой, поняв, что она о спиртном. — Я из Колледжа, у нас не пьют.

— А, это хорошо, — ещё больше смягчилась тётушка. — В «Триаде» много пьют, если пойдёшь туда — осторожно. Наши часто туда заходят, когда не на службе, но всё равно смотри по сторонам.

Ах, вот как. А вот это уже интересно. С пьяными дела иметь не хочется, но языки у них обычно развязаны, так что если надо что узнать — идти лучше туда, где пьют. И быть осторожным, конечно.

Правда, я пока не знаю, что хочу узнать… но тут всё может пригодиться. Интересно, а мой Андреев туда заходит? Вполне может быть, что заходит. Решено — надо заглянуть. И поем заодно.

Поблагодарив, я пошёл устраиваться в комнате. Комнатка оказалась узкой, но с высокими потолками. Шкаф, стол, книжная полка, решётки на окнах — на первых этажах они везде есть. Форточка открыта, но в комнате тепло — котельная хорошо работает. У входа высокое узкое зеркало — такое ощущение, что раньше оно было декоративным и в числе прочих украшало стену какого-то помещения.

Сосед явно живёт справа — кровать неумело заправлена, а вот слева на кровати есть только тощенький матрас и подушка без наволочки. В изголовье кровати тумбочка, в ногах вешалка — у соседа есть такая же, но отставлена чуть дальше, на ней сиротливо болтается лёгкая куртка. Ну ладно, вот и моё жильё на ближайшие две недели…

Повесив арбалет, куртку и свою походную сумку на пустую вешалку, я быстро заправил кровать. Поставил на свою тумбочку кружку, сунул в ящик умывальные принадлежности и смену белья. Сел на жалобно скрипнувшую кровать, почесал затылок. Сходить поесть, а заодно сплетни послушать? Надо бы, но сначала попытаемся понять, кто мой сосед.

Сконцентрировавшись, я запустил простенькое колдовство для поиска ловушек. Ничего — то ли сосед неосторожен, то ли, что более вероятно, ему нечего скрывать. Живёт в общаге — дежурная сказала, что молодой, ну так и есть — квартиры обычно дают людям постарше, по крайней мере у нас в Вокзальном. Не думаю, что в Гидрострое подход сильно отличается.

Остаточных аур нет — в комнате его не было уже дня два. Интересно, куда отправили? Ну, вернётся — может, расскажет. Кстати, на тумбочке у него стоит будильник — а вот это штука полезная, воспользуюсь завтра утром. Надеюсь, хозяин не будет против.

Я приоткрыл дверцу шкафа — ничего интересного, одежда, нательное бельё. Вещами не оброс. Книги на полке — потрёпанные томики фантастики и детективов. Сейфа в комнате нет — значит, оружия не имеет, кроме пистолета, а если имеет — хранит на работе. А может, у них в Гидрострое и не нужен сейф… В общем — информации ноль.

Теперь можно и на прогулку.

Подумав, я сунул чехол с арбалетными зарядами под подушку, прихватил опустевшую сумку и вышел из комнаты. Подумал было не сдавать ключ, но дежурная аж привстала, увидев, как я выхожу, и я подал ей «грушу»:

— Спасибо! Скоро приду.

Надо бы ещё купить что-то на утро поесть. Хотя бы печенья — чай, может, на работе попью, пока не понял, как будет строиться мой день.

Дойдя по улице Молодёжи, такой же разбитой и грязненькой, до следующего перекрёстка, я поинтересовался у прохожего, где «Триада» — оказалось, совсем рядом. Как выяснилось, тут же есть и продовольственный, где я разжился кульком печенья и пачкой местного чая. Сунул их в сумку — ну, по крайней мере, утром голодным не останусь. Если чайник найду, конечно.

«Триада» оказалась приземистым небольшим зданием во дворе, окружённом типовыми серокирпичными четырёхэтажками. У входа курила группка мужчин, судя по виду — работяги. Или с гидростанции, или из какой-нибудь артели — на милицию не похожи. Хотя, поди пойми, кто работает в милиции — единой формы-то практически нет, у нас в Вокзальном что-то похожее на форму есть разве что у боевой группы городской Управы. Патруль и то без единой формы.

Я ожидал, что внутри будет накурено — но нет. Это хорошо, а то от курева голова сразу болеть начинает. Среди колдунов курящих нет вообще, а вот «старики» частенько балуются этой дрянью. А свободные столики есть, и даже не один — наверное, я рано пришёл, люди собираются позже, а тут ещё и пяти вечера нет.