Тень за окном
Шрифт:
...В половине восьмого вечера Боксон пил кока-колу в баре "Соверен". В картонном блюдце перед ним лежал сложносоставной сэндвич, а традиционную бутылочку с кетчупом Боксон проигнорировал.
Сильвия появилась в баре без пяти минут восемь, вместе с ней вошел пожилой мужчина с сигарой, они сели за столик напротив - место выбирала Сильвия.
Музыкальный автомат грохотал так навязчиво, что Боксон догадался, зачем выбран был именно этот бар - музыка не позволяла подслушать разговор за соседним столом.
Мужчина с сигарой напоминал мелкого посредника - масса амбиций и
Примерно через двадцать минут Сильвия положила сумочку справа от себя. Боксон встал, но не успел он выйти из-за стола, как какой-то тинейджер в теннисных туфлях, до того внимательно изучавший репертуар музыкального автомата, вдруг решил поправить свое материальное положение и бросился к сумочке. На бегу он смахнул её со стола и так стремительно помчался со своей добычей к двери, что его шансы уйти безнаказанно представлялись почти стопроцентными.
Боксон один раз уже видел нечто подобное - в припортовом кабачке Гавра малолетний цыган так же резво бежал к двери с портмоне какого-то зазевавшегося канадского штурмана. Штурман оказался не растяпой - не отходя от стойки, бросил вслед беглецу бутылку с остатками кальвадоса и попал точно в голову. Присутствующая публика аж взвыла от восторга. Боксон запомнил этот прием.
Взметенная рукой Боксона, бутылочка с кетчупом деревяшечным стуком ударилась об затылок криминального спринтера и осыпалась осколками по его спине. Кетчуп пополам с кровью слепил волосы и изобразил страшную рваную рану, как от пули дум-дум. Сумочка упала на пол, раскрылась и вслед за тюбиком губной помады и пудреницей оттуда вывалился симпатичный короткоствольный револьвер.
Боксон подошел к поверженному, поднял уцелевшее горлышко бутылки, чем вызвал неуверенный писк какой-то крупногабаритной дамы в обтягивающем красном мини-платье, развернулся и приблизился к настороженно наблюдавшему за событиями бармену.
– Сэр!
– сказал Боксон с вопиющим лондонским акцентом.
– Полагаю, сэр, что полиции нечего делать в вашем благопристойном заведении. Согласны ли вы сей малозначительный инцидент предать забвению, сэр?
Сильвия в это время собрала в сумочку так некстати рассыпавшееся имущество и вернулась к своему контрагенту.
Бармен кивнул:
– Все в порядке, парень! Мне не нужны неприятности.
Боксон, стараясь не замараться красной жижей, выволок незадачливого грабителя на улицу и напутствовал его несколькими словами из гарлемского жаргона. Несчастный тинейджер удалился в слезах.
Боксон в бар вернуться не успел - из дверей вышла Сильвия и кивнула в сторону автомобиля:
– Пойдем!
Они проехали квартал, и Боксон полюбопытствовал:
– Как прошли переговоры?
– Ты произвел неизгладимое впечатление, - ответила Сильвия.
– Мой контрагент чуть не [И.А.Ю.1]наложил в штаны. Сделка состоялась.
– Мой гонорар, пожалуйста!
Сильвия остановила "понтиак", вынула из сумочки кошелек, отсчитала деньги.
– Предлагаю дальнейшее сотрудничество.
– сказала она.
– Опять изображать Вильгельма Телля?
–
Кто такой?– не поняла Сильвия.
– Меткий стрелок. У него был счет в швейцарском банке, - доходчиво объяснил Боксон.
– А, в школе что-то рассказывали!..
– вспомнила Сильвия.
– Нет, когда начинается стрельба, то это означает катастрофу. Мне нужен европейский курьер. У тебя ведь бессрочные визы почти во все европейские страны?
– Да, кроме тех, что восточнее Эльбы, - подтвердил Боксон.
– Следовательно, ты почти беспрепятственно можешь передвигаться через границы. Путешествовать тебе нравится, а заодно ты будешь перевозить небольшие сувениры...
– Наркотиками не занимаюсь!
– Чарли, даже если бы я торговала наркотиками, то все равно не предложила бы тебе роль наркокурьера - для этого всегда можно найти какого-нибудь недоразвитого щенка из трущобного района. Я предлагаю тебе перевозить бриллианты...
Боксон улыбнулся:
– Сильвия, ты хочешь составить конкуренцию старым евреям из Нью-Йорка? Говорят, именно они перевозят тысячи каратов в карманах своих сюртуков...
– Да, это будет выглядеть примерно так. Только старые евреи не должны знать о твоем грузе.
– Алмазы будут украдены у них?
– Ты догадлив, Чарли, я тебе уже говорила!..
– А если я по дороге исчезну вместе с грузом?
– А зачем тебе это? Парень из трущобы может рискнуть жизнью за пару сотен долларов, а ты на такую глупость не способен...
– Ещё как способен! Совсем недавно я сунул голову в петлю за три сотни баксов и едва уцелел!
– Уверена, это был всего лишь эпизод. Ты же нуждаешься в деньгах, не так ли?
– Да, - признал её правоту Боксон.
– Но даже в Европе ты не сможешь самостоятельно продать бриллианты за достойную цену. Слишком специфический товар и слишком ограниченный рынок. Так что - тебе предстоит долгое и взаимовыгодное сотрудничество со мной...
– Сильвия! Я, конечно, иногда бываю ошеломительно глуп, но не до такой же степени! В конце концов, неужели у тебя такое трудное положение, что ты предлагаешь столь криминальное дело первому встречному?
– Чарли! Ты давно уже не первый встречный! Ты осознаешь ситуацию?
Боксон обречено махнул рукой.
– Поехали, дорогая, в мотеле "Тип-Топ" у меня остался рюкзак. У меня, кстати, к тебе тоже есть дело.
– Ого!
– заинтересовалась Сильвия.
– Как ты однажды выразился: излагай!
– Мне необходимо встретиться с любовником актрисы Сэнди Стивенс. Он со мной встречаться не желает. Твои предложения?
– Надо подумать. У меня есть некоторые знакомства...
4
Боксон и Сильвия лежали на широкой кровати в её номере в мотеле "Рок-мотор", и когда сквозь неплотно закрытые жалюзи в комнату проникали полосы света от фар проезжающих автомобилей, Боксон мог разглядеть обнаженное тело женщины. Сильвия курила, тлеющий красный огонек сигареты иногда становился ярким, и в красном мерцании сочетание светлых и затененных деталей напоминало полотна импрессионистов.
– Месяц назад ты не курила...
– сказал Боксон.
– Курение отвлекает...
– отозвалась Сильвия.