Трель соловья

Телепорт был настроен на главную столичную больницу, где уже вовсю суетились лекари — как маги, так и нет. По коридору быстрым шагом ходил раздраженный заведующий, покрикивающий на нерасторопный персонал. Увидев магичку с почти потерявшим сознание наемником, он кивнул двум санитарам и сам подошел.

— У вас сегодня урожайный день, можно сказать, миледи, — хмыкнул лекарь, склоняясь над раненным. — С этим хуже, чем с вашем приятелем, но не так все плохо, как с подарочком из дворца. Там вообще, если бы не старания магистра, девушка бы умерла — хоть наши специалисты и имеют достаточную квалификацию, но сил бы не хватило.

— Что, Лирен все-таки?.. — прохрипел Маркус, с трудом поворачиваясь к Марике — как назло, еще и в шее что-то нехорошо так хрустнуло, и ее свело болью, так что в первоначальное положение пришлось возвращаться через силу и ругань.

— Да, она тоже присоединилась к этому обществу инвалидов. Но за международную политику можно не переживать — поправится.

Наемник слабо улыбнулся — Лирен была славной девушкой, было бы очень жаль, если бы она погибла, — и все-таки потерял сознание.

— Магистр говорит, что с миледи Лирен все будет хорошо… она поправится по прошествии некоторого времени. Мне жаль, что так вышло, однако в то же время я не могу не радоваться, что послание от Стефана было доставлено в настолько удачный момент — королева и ее маг как раз пытались убедить меня в отсутствии необходимости продления договоров. Не доверять словам ее бывшего величества у меня не было оснований, раз мне до этого не приходило никаких уведомлений, а она появилась в Гирне, — расхаживающий по кабинету король устало опустился в кресло. — Благодарю вас, капитан, ваши заслуги сложно переоценить.

В этот раз его величество Кристоф принимал Карстена в своем личном кабинете, рассудив, что тронный зал годится только для больших делегаций, а для личного общения с глазу на глаз категорически не подходит. Кроме того, зал несколько пострадал после непродолжительной битвы магов, и теперь там кипели ремонтные работы.

С тех событий прошло уже больше недели, и всю эту неделю капитана, как неожиданно обнаружившегося представителя противоположной стороны, постоянно дергали какие-нибудь официальные лица — то придворный маг счел необходимым проверить искренность дипломата (к счастью, та часть памяти, которая относилась к воровской жизни, была надежно скрыта Дерилом тем заклинанием, которое обычно использовали мужчины для сокрытия своих любовных похождений, поэтому к подобным блокам маги относились с уважением и не трогали. И хотя на их месте Карстена это бы насторожило в первую очередь, но тайна личной жизни есть тайна, и ничего с этим не поделаешь), то представители местной дипломатической службы, то лично сам король. В этот раз Кристоф уже все-таки что-то решил и теперь собирался донести это до капитана.

— В связи с сложившимися обстоятельствами, я вынужден просить вас, капитан, выполнить роль дипломатического представителя второй раз и доставить мой ответ его величеству Стефану. Лично прибыть я смогу только тогда, когда будут сняты ограничения по использованию телепортационной сети на вашей стороне, а подписание договоров до этого времени будет отложено.

— Почему я? — не менее устало спросил Карстен, которому, вообще-то, уже было все равно, куда ехать, с кем общаться и что делать. Ну разве что хотелось отдохнуть, отпуск все-таки… но этого ему не грозило в ближайшие месяцы. — У вас есть собственная служба.

— И они все мои подданные, — грустно сказал Кристоф. — А это недопустимо. И все же, капитан, не окажете нам с коллегой еще одну услугу?

— Конечно, ваше величество.

— Вам будет необходимо передать Стефану пакет, который находится у моего секретаря, он вам выдаст. До Таркешши я предлагаю отправиться вам теплоходом, единственным на сегодняшний день образцом достижения современной науки, — улыбнулся король. — Уникальная возможность. В пути он находится намного меньше, чем привычные нам корабли.

— Никогда про такое не слышал.

— Заодно и ознакомитесь. Итак…

Спустя два часа изрядно замученный Карстен с облегчением покинул слишком уж гостеприимные стены дворца и неторопливо направился в сторону больницы. Попавшаяся ему на глаза пару дней назад Марика торопливо объяснила, куда идти и где искать Маркуса, и тут же снова исчезла — после безобразного побоища на площади много работы было и у стражи, и у магов, и отвертеться в этот раз ей не удалось.

К тому же после своей личной победы она стала намного спокойней и покладистей, избавившись от временами мучавших ее отзвуков прошлого — пусть она и утверждала обратное. Карин даже предположила, что к жизни снова вернется Керолайн Энн, на что Марика только расхохоталась, заявив, что прошлое осталось в прошлом, пусть там же будет и все, с ним связанное. А новое имя пусть и не было известным или особенно красивым, но ей нравилось.

Маркус нашелся почти сразу — обмотанный бинтами, он, громко ругаясь, бодро убегал на костылях от преследовавшей его со шприцом в руке лекаря, чем изрядно развеселил друга. Услышав неуместный в стенах больницы хохот, наемник остановился и раздраженно посмотрел на капитана, но выразить свое возмущение сразу ему не дала подошедшая девушка.

— Чего лыбишься? — простонал он, ковыляя к ближайшей лавочке. — Не люблю я уколы, а они достали — надо, надо… Еще всего вон обмотали, хорошо хоть к кровати не привязали. Для шеи, говорят, полезно, защемило. Над тобой так же издевались?

— Нет, — хмыкнул Карстен, садясь рядом. — Бегать за мной не бегали. Правда, подозреваю, там дело было в том, что бегать я и сам не хотел.

— Смеешься, да? — мрачно буркнул наемник и мстительно добавил: — Насколько помню, ты валялся бревном и уверял Дерила, что подыхаешь.

— Есть немного. И я этого, кстати, и не отрицаю.

— Ну и хрен с тобой. Ты вот что лучше скажи — возьмешь к себе в стражу, когда поправлюсь?

— О, я даже больше скажу, — многообещающе произнес Карстен, протягивая ему сложенный пополам лист бумаги, к которому был прикреплен серебряный медальон капитана. — Меня тут припахали к общественно полезному делу в Таркешше. И вот… Как раз шел к тебе с этим предложением. Нире не нравится исполнять обязанности, так что она обещала по моей рекомендации любого к этому делу пристроить. Тебя — так вообще с распростертыми объятьями.

— Ну спасибо, друг, — усмехнулся Маркус, но письмо и медальон аккуратно засунул в карман. — Вспомни, ты сам-то доволен этим местом?

— А ты собрался прямо так, с больной ногой преступников ловить? Не смеши. А к тому времени, как полностью восстановишься, я успею вернуться, — заверил его капитан, хотя сам в этом сомневался — пусть спина и не болела всю последнюю неделю, но никто не мог гарантировать, что этого не повторится снова. Как и того, что он благополучно избавился от проклятия, хотя верить в это очень хотелось.

Но проклятие почему-то сейчас, при взгляде на перемотанного друга, волновало его меньше всего.

— Ладно, убедил. А…

— Милорды, будет лучше, если вы поговорите позже, — вежливо, но непреклонно сказала стоявшая поблизости лекарь. — Больному еще на перевязку.

Полюбовавшись напоследок на вытянувшуюся физиономию Маркуса, Карстен хлопнул его по плечу и пошел дальше, оставив друга наедине с хищно нацелившейся на него девушкой.

Попасть к Лирен оказалось сложнее — на этаж с тяжелыми пациентами пускали только по специальному пропуску, но его вполне заменила записка, подписанная лично его величеством. Пробегавшая мимо девушка, нагруженная какими-то трубочками и хирургическими инструментами, быстро объяснила, куда пройти, попросила сильно не тревожить и спешно скрылась за дверью, из-за которой уже доносились злые окрики.

Лирен лежала на боку, опершись на забинтованную руку, и что-то писала здоровой. Услышав щелчок открывающейся двери, она напряглась — лекари запретили ей шевелиться лишний раз, — но, увидев Карстена, расслабилась и откинулась на подушку.

— Как ты себя чувствуешь?

— Ничего, — грустно улыбнулась девушка, тихо шмыгая носом. — Жива. Единственное, что хорошо… Ты знаешь, что стало с Дени? Расскажешь?

— Ты уверена, что хочешь про него слушать? — уточнил капитан, затаскивая в палату стоявший в коридоре стул.