В объятиях орка

— Мерея, мы полетим тихонько, и Мальвани поможет мне не бояться.

Варгант посмотрела в сторону орчанки, которая молча любовалась моей красоткой. Молча, потому что первые полчаса она только и делала, что восхищалась Мереей. Я и половины всего не поняла, а вот варгант явно наслаждалась комплиментами, довольно щуря глаза. Она даже позволила себя погладить, поэтому я была уверена, что сопротивляется Мерея лишь для виду.

— Хорошо, — сдалось мое крылатое чудо.

— Пошли, — позвала я подругу, озвучивая согласие Мереи, которая уже подставила свое крыло, помогая нам взобраться на спину.

— Не верится, что я полечу на варганте, — прошептала мне на ухо Мальвани.

Ее лицо лучилось счастьем и детским восторгом. Улыбка не сходила с губ и сильно меняла подругу. Мальвани будто помолодела, похорошела. Этот блеск в глазах! Эх, увидел бы ее сейчас Корс, все локти искусал бы себе.

— Я тоже, — прошептала лишь губами и мысленно дала распоряжение Мерее взлетать.

До города было недалеко, и я запомнила дорогу, поэтому давала распоряжения варганту четко и без страха, но отметила себе, что неплохо бы карту купить.

В городе оказалось не так уж и людно, но я все равно держала Мальвани за руку, боясь потеряться.

— Куда мы идем? — спросила подруга после того, как мы прошли мимо торговых рядов.

— К другу Ирвиша.

К сожалению, я не запомнила, как будет слово «эльф» по–орски, но Мальвани сгодились и мои неказистые объяснения. Пройдя несколько метров, я заметила вывеску и, улыбнувшись, потянула подругу в лавку к Леалу.

Внутри все было так же, как и при первом моем визите. Единственное, что изменилось — это отношение хозяина. Эльф встретил нас с улыбкой.

— Какой приятный сюрприз! Вчера Ирвиш, сегодня его жена!

Он вышел нам на встречу из–за прилавка.

— Ирвиш заходил к тебе? — Я не смогла скрыть своего удивления.

Интересно, зачем он заезжал к другу? Неужели просто попрощаться? Но ведь вождь сказал мне, что визит к эльфам не продлится долго. Всего неделю, может, чуть больше. К празднику он должен вернуться в стан. Или я чего–то не знаю? Может, вождь обманул меня?

А если Ирвиш навсегда улетел? Сердце забилось сильнее, паника начала накрывать меня, но прежде чем она вырвалась наружу, Леал ответил:

— Забежал на секунду, взял подарок для Жаэль и улетел к эльфам. — Улыбаясь, развел руками: — Все как всегда.

Прекрасно! Да мой муж бабник! Мало ему Ирльен, так у него еще и эльфийка есть при дворе. Прямо как моряк — жена в каждом порту!

— О! Нет–нет, Марьяна! Это не то, что ты подумала! Она эльвийка!

Видно, моя мимика была слишком откровенной, да я и не пыталась ничего утаить, поэтому Леал не только догадался о моих мыслях, но и понял, что сболтнул лишнее.

— Эльвийка? Кто это? — спросила Мальвани у Леала, пока я мысленно называла Ирвиша всякими милыми животными, в основном рогатыми или не особо умными, но он заслужил.

— Жрица любви. Они продают себя за деньги.

В голове не нашлось приличных слов. Скрипнув зубами, я поспешила закрыть тему Ирвиша, иначе, боюсь, мне будет не до изучения языка.

— Все в порядке. Мы больше не женаты. Он может делать все что хочет и с кем хочет, — сказала я больше для самой себя, чем для собеседника.

— Марьяна, я не так высказался! — горячо возразил Леал, я же, не желая слушать покрывательство, просто попросила эльфа о помощи.

— Мне очень не хватает знания орского языка, поможешь?

— Хорошо, только забудь, что я сказал, — взмолился эльф и тихо добавил: — Ирвиш меня убьет, если узнает.

— Не узнает. Я ничего не скажу. Поможешь мне?

Хотелось быстрее закончить с делами и как–то успокоиться от новостей. Ай да Ирвиш! Как же я могла так ошибиться в нем?

— Конечно. Садись. — Мужчина засуетился: убрал со стола какие–то флакончики и, выдвинув стул, жестом пригласил меня присесть. Мальвани тоже заняла место за столом, но с другой его стороны, напротив меня. Обзор у нее был отличный, я же, вспомнив прошлый конфуз, обрадовалась, что ничего не ела.

Эльф вскинул бровь, молча спрашивая, готова ли я. Моим ответом стали прикрытые глаза.

— Постарайся расслабиться и не сопротивляться моей магии. — Леал положил пальцы мне на лоб. — Представь, что это лучи солнца, а не мои руки.

— Хорошо.

Дав обещание, я сосредоточилась на дыхании и сердцебиении, запрещая себе думать о чем–то другом. Длинные пальцы, словно присоски, прижимались то к вискам, то сходились на переносице. Движения Леала были плавными и напоминали скорее массаж, чем ментальное воздействие.

— Все.

Эльф отошел в сторону спустя пару минут. Я удивленно взглянула на него: а где же боль, тошнота?

— Ну же, скажи что–нибудь, — видя мою растерянность, попросил Леал. Подруга тоже не сводила с меня глаз, не веря до сих пор, что можно так — за пару минут — выучить язык.

— Мальвани, у тебя прекрасная улыбка.

Орчанка улыбнулась.

— У тебя отличное произношение! — воскликнула девушка и посмотрела на Леала, как на божество. — Это просто невероятно!

Эльф засиял от похвалы и довольно потер руки.

— Спасибо, Леал. Сколько я тебе должна?

Мальвани потянулась к мешочку с монетами.

Его Ирвиш подкинул к моим вещам в сундук, который его брат принес в дом к Мальвани, когда понял, что переезжать в его шатер я не намерена. Так даже Арвинг сунул мне в руку такой же мешочек с монетами, сбивчиво объясняя причины щедрости. Когда утром следующего дня вождь протянул мне еще один презент, я не удивилась и с благодарностью приняла заботу. Щедрость у этих мужчин — семейное. Я долго вертела в руках свое богатство, раздумывая, что же делать. Была даже шальная мысль переехать в город, но я не решилась покинуть племя. Глупо, но оказалось, я слишком близко к сердцу приняла обязанности сквок–ори.

Решив остаться, отдала один мешочек Мальвани. Орчанка вначале упорствовала и не хотела принимать плату за гостеприимство, но я была убедительна. Второй мешочек забрала сегодня с собой, а третий оставила на черный день. В местной валюте я разбиралась плохо, поэтому Мальвани взяла на себя оплату наших покупок. Она уже высыпала пару монет, когда Леал обиженно заявил:

— Ничего ты мне не должна. Я лишь исправил свою ошибку.

Эльф нахмурился, словно его обидели до самого сердца, но я ведь помнила, как мужчины спорили и Ирвиш подкреплял свои доводы монетой.