В объятиях орка

— Почему?

Что такого произошло с нашей последней встречи? Его волнение, порывистость решений сбивали с толку. Ирвиш находился в состоянии некой эйфории. Мне было важно понять его, узнать настоящего, а не выдуманного.

— Я люблю тебя. — Его пальцы бережно пробежались по щеке, очерчивая ее. — Я дышу тобой. Думал, что ради тебя самой смогу отпустить, что брат даст тебе больше. Надеялся, что смогу довольствоваться дружбой, родственной связью, но не смог.

Это признание давалось орку с трудом, было видно, что он искренен. Он же обнажал передо мной свои страхи! Показывал всего себя без прикрас. Осознание этого факта вызвало во мне целую бурю эмоций.

— Когда увидел тебя в объятьях Арвинга, чуть с ума не сошел, еле сдержался, чтобы не убить его.

Его рука на миг сжалась в кулак. О боже, он не преувеличивал! Ирвиш действительно бросился бы на Арвинга и дрался бы до последнего. Сейчас я видела это в его глазах, передо мной, словно слайды, так явно стояли сцены этого боя, что горло стянуло от ужаса.

— Я понимаю, что мне нет прощения, но ты должна знать: все, что было после нападения орков, сплошной обман.

Ирв сжал мои плечи, заглядывая в лицо. Его глаза молили меня поверить и простить. Он оправдывал свою жестокость ко мне любовью. Дико для моего мира, но так ли это для орков? Защитить любимых любой ценой — не традиция, а инстинкт. Так же поступила Мальвани. Она защитила Корса от своей любви. Ушла из его жизни, чтобы дать ему свободу. Пожертвовала своим счастьем ради его.

— Я не звал Ирльен, не был с ней близок, мои слова о кубке — ложь. Моей женой будешь ты или никто.

Я не смогла скрыть улыбку. Последнее признание мужчины согрело мое израненное сердце лучше тысячи солнц.

— А жрица любви?

Разум цеплялся за какие–то факты, хотя я уже все решила. Я уже начала свой разбег.

— Кто?

Ирвиш нахмурил брови, пытаясь понять, а я еле сдержалась, чтобы не разгладить появившуюся складочку.

— Эльфийка, которой ты отвез подарок.

Ирвиш заулыбался, в его глазах появился лукавый блеск. Мужчина понял, что я ревновала.

— Это не подарок, это плата за сведения о горных.

Орк шагнул ближе, явно собираясь повторить фокус с поцелуем. Моё сердце бежало к обрыву.

— Ей–то откуда знать?

Ирвиш усмехнулся.

— Поверь, именно там все тайны и раскрываются. Много вина, окружение прелестных девушек, одурманивающие запахи, которые расслабляют мужчин.

— Можешь не продолжать, поняла.

Я вздохнула то ли от облегчения, то ли от того, что детектив из меня никакой. Ирвиш же расценил этот вздох как–то иначе. Его веселость исчезла. Он весь напрягся и казался чересчур серьезным, своим поведением пугая меня до дрожи, но я уже оттолкнулась от земли и прыгнула в бездну, доверив вновь свое сердце орку.

— Марьана, — начал Ирвиш, проникая своим взглядом мне в душу, — я уничтожил то, что зарождалось между нами, но все равно прошу тебя дать нам шанс. Поверить мне. Я не предам. Шайнари.

Мое падение превратилось в полет.

Теперешняя его клятва была для меня дороже той, которую мы произнесли в день знакомства.

— Ты помнишь, что я сказала тебе, когда уходила? Помнишь мою клятву?

Орк кивнул, ожидая моего решения.

— Я была честна с тобой тогда, и сейчас ничего не поменялось. Я твоя жена, этого не изменит никто и никогда. Я принадлежу тебе душой и телом. Шайнари.

Слова былой клятвы слетели с губ легко и просто, но принесли мне такое счастье! Не взрыв эмоций, не шальное веселье, а гармонию и покой. Словно последняя деталь пазла положена и картина собрана. Во мне появилось такое же ощущение завершенности.

Когда Ирв ожил и, подхватив меня на руки, закружил в объятьях, я поняла, как же легко и свободно мне стало дышать!

— Ирвиш, — смеясь, одернула я мужчину, и он тут же поставил меня на ноги, но рук не убрал.

— Ты не пожалеешь о своем решении.

Я готова была заверить Ирвиша в моем доверии к нему, любви, но все слова застряли в горле: позади мужа стоял его брат. Крупный, грозный, с горящими чернотой глазами, он смотрел на нас как на врагов.

— Приветствую тебя, брат. — В голосе Арвинга было столько стали и злобы! Орк находился в нескольких метрах от нас и не сводил яростного взгляда с Ирвиша.

— И я тебя, — кивнул Ирв, но не отошел от меня ни на шаг, всем видом давая понять, что не отступится.

— Отойди от нее! — Не выдержав, орк сжал кулаки и подошел к нам. Мужчины смотрели друг на друга. От боя их удерживало только мое присутствие, точнее, возможность задеть меня.

— Арвинг, — я встала между ними, — нам надо поговорить.

— Тут не о чем говорить: ты — моя невеста.

Он был категоричен и зол, как тысяча чертей и сотня демонов. Глаза горели чернотой, в которой было так же легко утонуть, как в омуте.

— Нет, я его жена.

Я говорила мягко, но уверенно.

— Ты приняла мою магию, ваша связь вот–вот разорвется, а я могу дать тебе все, что пожелаешь!

Он уговаривал и меня, и себя. Воевал как всегда. Неважно, нужно ли это, просто его суть такова: если надо — умереть за свое.

— Остановись. — Моя рука легла ему на грудь, и я услышала, как бешено бьется сердце орка.

— Я люблю его не потому, что он лучше тебя, не потому, что он может мне что–то дать. Просто есть люди, которые задевают наши души, и что бы ни происходило потом, мы не в силах отречься от них. Я надеюсь, когда–нибудь ты поймешь меня, когда встретишь свою женщину. А я не твоя, отпусти меня.

— Ты моя невеста! — прорычал Арвинг.

Покачав головой, я вытянула вперед руку и прислонила ее к руке Ирвиша.

Оба мужчины смотрели на запястья. Множество линий переплелись в красивый узор. Сейчас татуировка выглядела такой же, какой я запомнила ее в таверне. Видно, наши клятвы вернули связь между нами.

— Она не исчезает. — Арвинг схватил мою руку и принялся крутить, рассматривая линии. — Почему?

— Такова воля богов!

Я пожала плечами и лукаво улыбнулась: очень удобно сваливать ответственность на того, кто не может возразить.

— Ты ведь приняла мою магию?

Орк явно не верил увиденному, продолжая дергать мое запястье.

— Возможно, боги хотели помочь тебе моими руками.

Если уж врать, так до конца, а может, и не врать! Кто знает, на что надеялись эти боги, когда переносили меня сюда.

— Помочь, — эхом повторил мужчина и отпустил мою кисть. — Отец ждет тебя с новостями, — холодно бросил Арвинг брату и, резко развернувшись, ушел.

— Значит, ты меня любишь?

В голубых глазах светилось торжество — Ирвиш был безумен от счастья.

— Но это не значит, что я тебя простила. Учти, я знаю, как рушить и восстанавливать связь.